Белорусский журналист Дмитрий Галко был задержан в Донецке сотрудниками СБУ по подозрению в террористической деятельности. В его двухместном номере была найдена взрывчатка. Как выяснилось позже, ему очень не повезло с соседом по комнате.
Сосед Дмитрия Галко по комнате. Фото сделано тайком, на телефон.
Дмитрий рассказал своим коллегам по телефону обстоятельства малоприятного инцидента.
— Дмитрий, расскажи, пожалуйста, что случилось.
— 9 и 10 марта я находился в Донецке. В ночь на 11 марта я собирался ехать дальше по своему маршруту, но за несколько часов до поезда неожиданно был задержан сотрудниками СБУ (Служба безопасности Украины).
Я пришел в комнату отдыха на железнодорожном вокзале, где снимал койку в двухместном номере, чтобы забрать свои вещи. Еще при входе меня заблокировала группа людей в штатском, которые заставили идти за ними.
— Они целенаправленно тебя задерживали?
— Да, это была специальная засада для моего задержания.
— Сразу ли ты понял, что происходит?
— Было несколько минут, пожалуй, одних из самых страшных в моей жизни, когда я был уверен, что меня пришли убивать бандиты. Словно отвечая на мои мысли, меня заверили: «Здесь нет бандитов, все официальные лица». И объяснили причину моего задержания.
— И что это была за причина?
— В моей комнате была найдена взрывчатка. Соответственно, меня подозревали в террористической деятельности.
— Ты сказал, что номер был двухместным.
— Да, немного раньше меня туда заселился человек. Я так понимаю, сейчас он остается единственным подозреваемым.
— Что это был за человек, знакомился ли ты с ним?
— Он не называл себя, и вообще очень неохотно отвечал на вопросы. Разве что подтвердил мою догадку, что он из России: «выразительный русский акцент». Меня самого в Донецке безошибочно идентифицировали как чужого. К сожалению, при первой мысли меня всегда принимали как приезжего из России.
— Что-нибудь еще выдавало в нем россиянина, помимо акцента?
— Безапелляционность. Он всегда знает лучше тебя, ему твое мнение неинтересно. Как-то он спросил «Ну что, обморозился ваш батька?», имея в виду отсутствие поддержки действий России со стороны официального Минска, называл «идиотами» не только активистов Майдана, но и участников пророссийского митинга в Донецке и самих россиян.
— Даже россиян?
— Да, он говорил, что «99-ти процентам населения на самом деле все равно, а из тех, кто делает вид, что им не все равно, никто не готов идти воевать». Имелось в виду — идти воевать за Крым или за всю Украину.
Мне показалось, он считал Путина слабаком. При этом он пересматривал запись его пресс-конференции по Украине, но похвалил Путина лишь однажды — за какое-то особенно жесткое выражение.
— Похож он был до террориста?
— Сначала я предполагал, что это какой-нибудь обычный заносчивый москвич. Однако кое-что в моем соседе настораживало, начиная от нежелания представляться даже при чрезмерной для москвича имперской горячности. Впрочем, я не шел в своих мыслях дальше того, что он может быть членом какой-либо ультранационалистической группировки, приехавший «поддержать» украинцев.
— Разве на Донбассе не ждут с нетерпением такого рода поддержки?
— Абсолютно нет. Мне хватило двух дней, чтобы, поварившись в этом городе, понять, что он мифологизирован не меньше, чем Львов. Если последний в шутку называют Бандерштадтом, то Донецк можно было бы в таком ключе назвать Титушкоградом. Как и всякая мифологема, эта так же далека от реальности. Хотите верьте, хотите нет, но я уезжал оттуда с самыми приятными впечатлениями. И внутренне спокоен за то, что второго Крыма здесь не будет.
— С самыми приятными впечатлениями? Это после задержания сотрудниками СБУ?
— Как независимый белорусский журналист, я привык к внезапному задержанию людьми в штатском, которые потом оказываются «официальными лицами». Но я не привык, что при задержании тебя не оскорбляют, не бьют, не отзываются издевательски о твоих политических взглядах. Тем более я не привык к тому, что передо мной несколько раз искренне извиняются, когда оказывается, что задержание было ошибочным, жмут руку на прощание и приглашают приезжать еще. Вот где был настоящий культурный шок! Но ведь еще совсем недавно СБУ начинала приобретать такую же зловещую славу, которая присуща КГБ и ФСБ. Если это не случайность, а завоевание Майдана, он уже был не напрасным. Еще раз: меня задерживали как подозреваемого в террористической деятельности, я уже успел примерить на себя судьбу Коновалова и Ковалева, но в конце концов это было гораздо менее страшно, чем задержание за «нецензурную брань в общественном месте»! Я бы хотел жить в стране, где спецслужбы ведут себя именно так. Профессионально и строго в рамках закона.
— Было много разговоров о том, что украинские спецслужбы при Януковиче были фактически подчинены российским интересам.
— Они не говорили ничего лишнего, но по косвенным приметам мне показалось, что они настроены очень патриотично, точно — антипутински.
— Пока мы с тобой разговаривали, появилась новость, что в Донецке вчера был задержан сотрудник ГРУ. Об этом на своей странице в Фейсбуке сообщил министр внутренних дел Арсен Аваков. Он добавляет, что этот сотрудник был задержан «при определенных обстоятельствах, которые компрометируют эту спецслужбу». Возможно, это и был твой сосед по комнате?
— Ну, ничего себе!.. Однако, как я уже сказал, мой сосед явно не очень высоко ценил Путина, считая его недостаточно решительным. И он мало походил на холодного профи, находящегося на задании. Слишком близко к сердцу принимал происходящее. Хотя военная выправка в нем была заметна. Давайте не будем спешить с выводами, подождем дальнейшей информации.
