Поздним воскресным вечером в Донецке мало что напоминало о победоносном окончании судьбоносного, по мнению его организаторов, референдума «о самоопределении Донецкой народной республики». Мне на глаза попался всего один агитплакат с призывом сказать «да» государственной самостоятельности ДНР, на котором чьей-то рукой было дописано слово «нет». Прохожий, который фотографировал плакат на мобильник, заметив меня, сказал полным комического трагизма голосом: «Смотрите, что натворили… сволочи».
Он был одним из немногих горожан, которые переживали за результаты референдума до такой степени, что уснуть не могли. Многотысячных уличных гуляний со смехом, шутками и весельем не наблюдалось. Пустовал и центр центробежного движения — площадь Ленина.
Даже у здания областной администрации, ныне главного штаба ДНР, собралось всего несколько сотен человек, да и те в полусонном состоянии смотрели постоянно включенный российский телеканал.
Из здания территориальной избирательной комиссии раскрасневшиеся, словно из бани, выходили хорошо знакомые белорусскому избирателю, обеспечивающие элегантные победы тетеньки — с мощными фигурами, начесом, с заботой на лице о своих домашних и мыслями о борще, который они должны приготовить для семьи на завтра.
Это могло бы напоминать какие-нибудь заштатные, никому не интересные выборы в Беларуси — неизвестно кого неизвестно куда. Но вот привезли очередную порцию бюллетеней. За ними из здания выскочила группа людей в камуфляже, балаклавах, с разнокалиберным оружием. Впрочем, напряжение, которое вызвало их появление, быстро сменилось сдавленным смехом у всех, кто за ними наблюдал. Они комично петляя, подпрыгивали, приседали, куда-то прицеливались…
Хихикая в тихой пустоте воскресного вечера, домашние тетеньки с начесами говорили друг другу: «Вот уж, не наигрались в зарницу».
Одним словом, исторического величия момента не ощущалось. Увиденное совсем не вязалось с бравурными цифрами: явка — 75%, за государственную самостоятельность ДНР — 89%. Поэтому на следующий день, 12 мая, в понедельник, я решил пообщаться с людьми на донецких улицах об их участии в референдуме. Ходили ли они голосовать, как проголосовали и почему именно так.
Вместе с моим коллегой Олегом Суховым, недавно уволенным из «The Moscow Times» в рамках патриотической чистки и выявления неблагонадежных элементов, мы обратились к 70 прохожим, многодетным домохозяйкам, парикмахерам, шахтерам, автослесарям, инженерам, ученым, юристам, экономистам, самым разным людям. После чего Олег, который очень сочувствует Украине, сказал: «Мои бандеровские иллюзии развеялись…»
Иллюзией было бы считать результаты проведенного референдума сплошным пшиком и фальсификацией, которая была нужна кучке вооруженных бандитов, тогда как мирным жителям Донбасса нужна единая и неделимая Украина.
Почти половина опрошенных, 48,6%, если быть точным, голосовали на референдуме за государственную самостоятельность ДНР. «Против» проголосовали всего 2,7%. По разным причинам не принимали участия в опросе 23%. Наконец, отказались отвечать на вопросы 25,6%.
У моего коллеги был большой соблазн причислить всех «отказников» в число тех, кто проголосовал бы «против», ведь страх отвечать мог быть только у тех, кто боялся попасть в черный список ДНР. На самом деле мотивы скрывать свое отношение к референдуму были разные. По крайней мере, несколько человек проговорились, что они опасаются либо пресловутого «Правого сектора», либо киевской власти, которая может их отомстить за сепаратизм.
В общем, люди в Донецке сильно запуганы. Одна женщина сказала: «Я вам сейчас что-нибудь отвечу не то, а сзади человек с винтовкой…»
Иллюзией было бы думать, что все, кто голосовал на референдуме «за», голосовали за присоединение к России. Таких оказалось меньшинство. Остальных же лидеры ДНР, которые уже заявили о планах скорейшего вхождения в состав Российской Федерации, просто использовали втемную.
Еще меньше людей голосовали за создание независимой Донецкой республики. Большинство опрошенных отмели эту идею как непродуманную, нежизнеспособную и абсурдную.
Кто-то говорит об автономии в составе Украины, кто-то хочет докричаться до Киева и дать ему понять, что «мы здесь другие». Но в основном люди голосовали за то, чтобы «все это наконец закончилось». Поэтому они и не праздновали свою победу вместе с вооруженными «ополченцами». Поскольку хотят, чтобы они тоже «наконец закончились».
Насилие, кровь и беспредел страшно напугали их. «Может, хоть Россия принесет нам мир?» — неуверенно спросил нас самих парень-рабочий.
Многие не понимают, что именно Россия принесла им войну, ведь они привыкли безоглядно и некритично ее любить. Другие же это понимают, но склоняются на ее сторону просто потому, что она сильнее. «Что уж тут поделаешь, даже Штаты бздят на Россию лезть», — выразился один донецкий таксист.
