Печальный рекорд побили любители спайсов в ночь Хэллоуина, с пятницы на субботу: в реанимации Республиканского центра по лечению острых отравлений Минской больницы скорой медицинской помощи оказались сразу 15 (!) человек в возрасте от 17 до 25 лет.
К счастью, обошлось без летальных исходов. Но нагрузка на врачей оказалась такой колоссальной, что наутро один из них задумался о смене работы…
Вообще, происходящее сегодня в стенах центра ужасает даже бывалых медиков. Долгие годы большинство пациентов здесь были из числа самоубийц, грибников, алкоголиков, жертв самолечения или собственной оплошности, пострадавших от чрезвычайных ситуаций.
А сейчас каждый день медикам приходится возвращать к жизни до десяти молодых и даже юных граждан, отравившихся так называемыми спайсами и другими «дизайнерскими» наркотиками. С начала года — уже 520 человек…
Корреспондент «СБ» провел в отделении токсикологии всего несколько часов в воскресный вечер, но впечатлений хватило с избытком…
— Ой, вы бы на 15 минут раньше пришли! — восклицает с порога молоденькая санитарка. — Психбригада как раз обкурившегося студента доставила, так он на стены лез — выход в космос искал…
Мой визит пришелся на дежурство врача-токсиколога высшей категории Валентины Постниковой, специалиста с 35-летним стажем, с коллегами и создававшей это отделение. Казалось бы, повидала все, но признает:
— Впервые создается впечатление, что медики перед бедой как будто бессильны. Из-за спайсов здесь уже, как в прифронтовом госпитале!
Конечно, у нас достаточно профессионализма и технических возможностей, чтобы справиться с самыми серьезными отравлениями. Но одно дело — выкладываться, чтобы спасти юношей или девушек, пострадавших в непредвиденных обстоятельствах и не по своей вине, когда наши усилия имеют перспективу, потому что сами пациенты жизнь считают наивысшей ценностью. И совсем другое — когда вчера стоявшего одной ногой в могиле паренька мы откачали, а сегодня он снова у нас с теми же симптомами! И это снова спайс…
Едва успела Валентина Васильевна вручить мне белый халат и проинструктировать о необходимости быть предельно осторожной, как поступил сигнал: привезли очередную жертву наркотика.
На кушетке в приемном отделении — 30-летний мужчина, которого бригаде «скорой» передала милиция. Пугающими змеиными движениями он пытается достать лицом до бетонного пола.
Лицо багровеет, слюна течет на грязные кроссовки. Взгляд блуждает, в ответ на вопросы — истерическое мычание. Впрочем, пациента узнали сразу — в похожем состоянии Вадим здесь уже в восьмой раз! Раздели, накрыли простыней и увезли в реанимацию. Гашиш, метадон, клофелин, димедрол, диазепам? Позже выяснится, что Вадим принял это все и за один вечер.
Наркоман с 8-летним стажем просто не знал, в чем найти облегчение. До сих пор ему везло: всякий раз его вовремя находили и доставляли к врачам. А если когда-нибудь не найдут?..
Из 12 коек реанимации свободны только две. Для каждого пациента здесь капельница, катетер и сложная аппаратура, ведущая непрерывный мониторинг состояния. Большинство привязаны за руки и за ноги к койкам.
Прямо тут же и рабочее место врача-реаниматолога Андрея Шмигельского. Скоро койки пришлось раздвигать, чтобы втиснуть новые, потому как в 20.00 прямо с семейной спайс-вечеринки поступили сразу двое — 22-летняя Анжела и 29-летний Артур. Рядом с обмякшим телом супруги виновато топтался, пытаясь отвечать на вопросы Валентины Васильевны, муж Максим:
— Артур пришел в гости, и мы затянулись. Ну, как всегда… А что еще делать? И тут Анжелку с Артуром чего-то рубануло!
«Скорую» вызвала мама Максима. Сын с невесткой уже который год болтаются в ее квартире и сидят на шее — оба нигде не работают и особо не стремятся.
Сотрудница бригады «скорой» рассказала, что признаки жизни у Анжелы появились лишь после применения специфической неотложной терапии. Тем временем курильщица спайсов, к которой еще в приемном боксе подключили капельницу, потихоньку начала оживать: не открывая глаз, брыкалась, завывала, рычала, а на пути в реанимацию смачно выругалась.
Вскоре на запястьях и ступнях Анжелы появились «смирительные манжеты».
Следом везли на каталке и друга семьи Артура.
Он каждого умолял срочно его сфотографировать, с готовностью нелепо позировал и требовал выложить снимки в интернет.
Доктор Шмигельский периодически пытался выяснить, помнят ли участники спайс-вечеринки друг друга, но Анжела в ответ только выла и отключалась, а Артур предлагал новый ракурс для фото. Скоро и его пришлось привязать к кровати…
Как правило, заметил Андрей Анатольевич, наркоманы проводят в больнице лишь сутки-двое — потом или выписываются домой «до новых встреч», или с психбригадой отправляются в Новинки…
По последнему сценарию недавно прошло знакомство со спайсом у 15-летнего недоросля. Врач-реаниматолог Ольга Солтан долго подбирала выражения, вспоминая его «причуды», потом махнула рукой:
— Про такое бесстыдство и беспредел не расскажешь, не напишешь…
25-летняя Софья Андреевна вспомнила свое имя только через два часа в реанимации. Так и представилась: «Софья Андреевна я!»
Непрерывно материлась и требовала позвонить папе, который обязательно приедет и всех накажет…
Валентине Постниковой хватило всего несколько секунд, чтобы заключить: это спайс!
Девушка металась по женской смотровой приемного отделения, пытаясь то вырвать себе волосы, то прыгнуть на стену, а потом безумными глазами всматривалась в свои совершенно обычные ладони и начинала в ужасе рыдать: «Посмотрите, что они сделали!»
С огромным трудом ее удалось раздеть, надеть «смирительные манжеты». Но тело продолжало извиваться. Наконец, Софья Андреевна вспомнила телефон мамы. Когда ей позвонили и коротко сообщили о произошедшем, на том конце провода особого интереса не проявили…
— Да это вполне нормально! — заметила мое недоумение Валентина Постникова. — Родственники наркоманов нередко и сами рады хоть на денек от них избавиться. Рядом с зависимым жизнь похожа на ад…
В 22.30 в отделении «прописался» 28-летний Жора, прибывший в сопровождении сотрудника милиции прямо из заключения, которое отбывал в колонии-поселении. Около двух часов ночи возвращали к жизни двух студентов-второкурсников престижного вуза, чей наркотический дебют со спайсом едва не закончился трагедией в общежитии. Потом практически воскрес наркоман-»рецидивист» Вадим.
Он уже рассказал доктору Ольге, как променял на наркотики жену и дочку, как обманывает теперь новую семью, спуская немалые деньги на адские таблетки, порошки и траву…
Теперь вот с интересом наблюдал за суетой врачей вокруг пожилого пациента на соседней койке: дедушка поругался с бабушкой и от обиды выпил… серной кислоты.
— Во дурак! — Вадим покрутил у виска.
— А ты разве умный? — тут же отреагировала на эту выходку Валентина Васильевна. — Этот человек прожил жизнь и только сейчас по глупости умирает. А ты по еще большей глупости в общем-то умер уже давно. Молодым…
Комментарий
заместителя главного врача Минской клинической больницы скорой медицинской помощи, главного токсиколога Минздрава Игоря Григорьева:
— Как и многие мои коллеги, я обеими руками за то, чтобы на уровне законодательства ввести ответственность за потребление наркотиков. Такая позиция особенно быстро формируется здесь, образно говоря, на линии фронта, где масштабы беды ничем не завуалированы.
Ведь в основе столь стихийного распространения спайс-эпидемии лежит самый опасный механизм — вседозволенность и распущенность. Под страхом наказания не пойдут лечиться, погибнут? Но они ведь и так погибают, осознанно и упорно! Однако, руководствуясь полной безнаказанностью, не только не стесняются своего образа жизни, а даже культивируют его, позиционируют как особо модный и даже престижный, массово вовлекая друзей, любимых и просто случайных знакомых…
Спайс относится к разряду так называемых «дизайнерских» наркотиков, которые опасны еще и тем, что преподносятся распространителями как экзотические, изготовленные якобы по древним рецептам.
Но на деле — это опаснейшие синтетические вещества, стремительно разрушающие здоровье.
После кратковременного эффекта релаксации у человека возникает острый психоз, который выражается в неадекватном поведении, галлюцинациях, желании выйти в окно.
Каждая вторая история болезни — это когда голый пациент ходит по улице, хулиганит, громит автомобили, в общем, ведет себя крайне вызывающе.
Если говорить об отдаленных последствиях употребления курительных смесей, то такие пациенты в 8 раз чаще при выходе из психоза подвержены шизофрении.
Девушки рискуют родить умственно отсталых или мертвых детей…
Медики, начинавшие практиковать еще в советское время, помнят, как старательно изолировались от общества наркопотребители, когда закон рассматривал их действия сначала по административной статье, а потом по уголовной. Такая позиция означала, что наркоманам нет места в обществе! А что сейчас?.. Максимум — исключат из учебного заведения.
Между тем, например, в Италии, если человека за употребление наркотиков приговаривают к 3 годам лишения свободы, то предлагается выбор: сесть в тюрьму или провести год в реабилитационном центре. Там он проходит довольно жесткую реабилитацию, но все беспрекословно выполняет, ведь если что-то не будет делать — тут же отправится за решетку. Такие центры бесплатные, их финансирует общественный фонд, куда поступают деньги, конфискованные у наркоторговцев и наркобаронов. Так или иначе, а действовать необходимо срочно. И усилий одних только медиков или милиции уже явно недостаточно!
Читать статью полностью на портале «СБ»: http://www.sb.by/obshchestvo/article/stoyashchie-na-krayu-toksikologia.html
