Белорусская библиотека имени Франциска Скорины — частичка Беларуси, каких мало в самой Беларуси. Библиотека располагается в живописном тихом предместье на севере Лондона. Среди уютных фахверковых коттеджей с досмотренными садами располагается небольшая «белорусский деревня»: Белорусский библиотека, Мариан Хаус (миссия белорусских монахов-мариан) и жилой дом белорусской католической миссии в Великобритании. Еще один соседний дом, принадлежавший белорусскому миссии, был недавно продан, а на территории рядом с Мариан Хаус сейчас планируется строительство церкви.
Алесь Чайчиц: Давайте начнем хронологически: как появилась идея создания библиотеки, кому она принадлежала?
Отец Александр Надсон: Библиотека как книжное собрание существовало уже давно, почти с тех пор, как белорусы, во время войны оказавшиеся в войске польском или в Германии, приехали в Великобританию. В 1947 г. в Лондон приехал отец (будущий епископ) Чеслав Сипович, большой книголюб. Он уже тогда начал собирать книги, и мы ему помогали. Это была частная коллекция, которая хранилась в Мариан Хаус [доме белорусской католической миссии в Лондоне].
Потом я поехал в Рим и вернулся священником в 1959 г. Вскоре сюда приехал из Парижа отец Лев Горошко, также большой книголюб.
Идея о библиотеке возникла в конце 60-х годов.
Помню, как мы вышли на прогулку — епископ Сипович, отец Горошко и я — и епископ Сипович говорит: «Давайте будем создавать белорусскую библиотеку». Мы говорим: «Давайте», но ни денег, ничего у нас на это не было. Уже возвращаясь домой с прогулки мы обсуждали, какой дом нам нужен под библиотеку.
В это время как раз продавался подходящий дом. Соседние два дома уже были нашими, а напротив был Мариан Хаус — поэтому это было очень кстати. Мы договорились с владельцами и купили дом. При этом залезли в долги. Надо сказать, что белорусы, которые жили за границей, понимали, что необходимо подобное учреждение, и много помогали. Но значительную сумму должны были заплатить мы сами, священники.
АЧ: Белорусская католическая миссия в Лондоне?
АН: Да. Наши доходы были малы, и с тех доходов мы забирали половину, чтобы с голоду не умереть, а половину отдавали на библиотеку.
Потом от каждого из нас были собраны все книги вместе, и так возникла библиотека, которая начала расти помаленьку. На 1971 год, когда библиотека была официально открыта, здесь уже было собрано достаточно много книг, преимущественно из частных собраний отцов Сиповича и Горошко и, в меньшей степени, моего.
Отец Горошко вскоре после этого снова выехал из Лондона — на этот раз в Рим, где стал главой белорусской программы Ватиканского радио. Мы с епископом Сиповичем остались здесь.
Спустя десять лет, в 1981 г., епископ Сипович умер, и с тех пор все легло на мои плечи.
АЧ: С какой целью основывали библиотеку?
АН: Цель основания библиотеки была двойная: прежде всего, собрать как можно больше материалов о Беларуси и на белорусском языке. Чтобы дать возможность тем, кто интересуется Беларусью на Западе, найти нужную информацию. О Беларуси на Западе в то время практически ничего не было известно.
Во-вторых, необходимо было спасти большой объем материалов, которые в то время были в частных руках.
Многие молодые белорусы выехали из Беларуси во время войны или вскоре после войны, имея с собой одну-две книжки. Впоследствии, в эмиграции, они умирали, и жены, обычно иностранки, выбрасывали эти книги на непонятном им языке.
АЧ: То есть, книги собирали всем белорусским зарубежьем?
АН: Да. Белорусы понимали необходимость этого, слава Богу.
Кроме этого мы следили за новинками, искали и покупали их. Искали по антиквариатам в разных странах: в Германии, Голландии, Франции — всюду, где было возможно. Очень часто нам удавалось купить очень редкие и очень ценные книги.
АЧ: Можете привести примеры таких интересных находок?
АН: Белорусские старопечатные издания XVI—XVII веков. Много книг XIX века. Например, «Записки Иосифа Митрополита Литовского» 1883 г. — записи епископа Семашко, который искоренял церковную Унию.
У нас такие редкие книги как «Белорусский архив», изданный в 1824 году в Москве, который составил известный тогда православный священник-белорус Григорович. Это первый археографической сборник белорусских документов.
Можно рассказывать много, нам удалось приобрести сотни интересных книг по истории Беларуси, Церкви в Беларуси — и теперь они доступны всем, кто этим интересуется.
АЧ: Параллельно с библиотекой создавали и музей…
АН: Музей — как бы дополнение к библиотеке, библиотека важна, но и в музее есть несколько интересных экспонатов: слуцкие пояса, монеты Великого княжества Литовского, начиная с серебряной гривны.
Очень важно также было собирать архивные материалы. У нас документы, датированные с конца XV века и вплоть до сегодняшнего дня.
АЧ: Наверное, много документов, связанных с Белорусским Народной Республикой?
АН: Есть некоторые документы БНР 20-х годов. Также мы собирали архивы белорусских организаций в разных странах. Например, архивы организации белорусских скаутов в Германии, союза белорусских рабочих во Франции — организации, действовавшей еще до войны. Есть архивы из Канады, США, других стран.
АЧ: Получается, что это глобальный архив белорусского диаспоры…
АН: Да, глобальный архив. Все эти архивы вот они, стоят у нас в коробках.
Плюс, у нас церковные архивы, архивы белорусских священников, которые уже скончались: отцов Горошко, Татариновича, Соловья, Падяво, Германовича и других. Самый крупный архив, безусловно, епископа Сиповича — это целый шкаф. Есть документы, касающиеся белорусской церкви XIX века. Самая древняя рукопись у нас — конца ХV века.
АЧ: Церковные архивы, наверное, помогли потом возрождать Церковь в Беларуси в постсоветское время?
АН: Церковь начала возрождаться, когда еще был Советский Союз, и архивы были действительно важны. Когда я теперь пишу книги о белорусской Церкви — о епископе Сиповиче, о марианах в Друе или о княгине Радзивилл — то все соответствующие архивы доступны здесь у нас в библиотеке. И многие еще архивов остаются необработанными, ждут исследователей, которые ими могли бы заняться.
АЧ: Насколько белорусским ученым интересны эти материалы?
АН: У нас было довольно много посетителей из Беларуси в конце 80-х и начале 90-х. Теперь меньше, но тем не менее к нам приезжают работать.
АЧ: Есть ли в библиотеке книги с дарственными надписями авторов?
АН: Есть книга российского историка П. Владимирова «Докторъ Францискъ Скорина» 1888 года. На этой книге имеется интересная дарственная надпись историку Станиславу Пташицкому, поляку по происхождению. Из нынешних автографов — многие белорусские писатели прислали и присылают нам подписанные книги. Есть автографы Быкова, Короткевича — он перед смертью прислал нам свою последнюю книгу. Есть книги с автографами Бородулина, Гилевича, Мальдиса и многих других.
АЧ: Это честь для автора, когда его книга хранится в такой знаковой библиотеке…
АН: А мы благодарны за то, что нам присылают.
АЧ: Много ли рукописей белорусских писателей хранится в собрании?
АН: Как раз рукописей не так много. Есть что-то Арсеньевой, Ильяшевича, Соловья.
Есть также рукописи Купалы и Коласа, в том числе рукопись известной поэмы Купалы «Курган».
Самая ранняя, имеющаяся у нас, рукопись Коласа — это «Другое чытанне для дзетак-беларусаў» 1905—07 гг.
АЧ: Какие интересные люди посещали библиотеку? В начале 90-х годов сюда приезжал кто-нибудь из членов правительства?
АН: Много деятелей со всего мира бывало в нашей библиотеке, всех не упомню.
Среди наиболее известных были Пазняк, Шушкевич; писатели, поэты — Нил Гилевич, Геннадий Буравкин. Из политиков — Петр Кравченко. Из числа церковных деятелей — украинский архиепископ митрополит Иосиф Слипый, когда библиотека только была создана. Многие оставили записи в книге гостей.
АЧ: А лукашенковские чиновники бывали?
АН: Все белорусские послы в Великобритании к нам приходили. Был Козулин (его запись в книге), Мясникович. Мы всех принимаем.
Остается сожалеть только, что многие высокопоставленные белорусские правительственные чиновники не владеют белорусским языком.
Хорошо, что приезжают целые группы молодежи.
АЧ: Проявляло ли независимое белорусское государство интерес в том, чтобы помочь библиотеке?
АН: Может и лучше, что нет [смеется].
АЧ: А академическое сотрудничество с официальным учреждениями существует?
АН: Было очень плодотворное сотрудничество с библиотекой Академии наук, но сейчас с этим стало сложнее — и нам, и им. Подорожали почтовые услуги, подписка на необходимые Академии наук специализированные журналы из Великобритании.
АЧ: То есть, прежде всего по материальным причинам?
АН: Да. Кроме того, в самой Беларуси белорусское книгоиздание сейчас слабое. Мы получаем книги оттуда, изыскали способы получения литературы — но наладить какой-то официальный обмен с Беларусью очень сложно.
АЧ: Фонд библиотеки продолжает пополняться?
АН: С большим трудом.
АЧ: Поиски реликвий у антикваров продолжаются?
АН: Теперь антиквары уже совсем не те, что в 60-е, 70-е и даже 80-е годы. Спустя лет двадцать после войны у антикваров в Западной Европе, особенно в Германии, стали появляться действительно сотни интересных нам книг. Возможно, их во время войны вывезли из Беларуси, и в то время стали распродавать. Но этот был очень короткий период: лет через десять все закончилось.
АЧ: А было ли сотрудничество с аналогичными учреждениями в других странах? В Праге, кажется, белорусы недавно создали библиотеку…
АН: В Праге библиотеку только сейчас создали, надеюсь, что она будет расти. В Америке, к сожалению, ничего создано не было — возможно, были другие условия. Там больше белорусов, чем здесь, и возможностей, в том числе материальных — но почему-то не сложилось.
Некоторые американские белорусы собирали приватно и собрали крупные книжные собрания — доктор Витовт Тумаш (прекрасный человек и скоринист), семья Кипелей, доктор Матей Смаршчок.
Насколько знаю, некоторые американские белорусы передали свои частные библиотеки американским университетам. И это очень хорошо — в университетских библиотеках книги не пропадут и будут доступны для исследователей — главное, чтобы люди знали, где искать. Плюс, значительную часть книг люди из Америки, конечно, передали нам, в Лондон. Много книг передали Чеслав Будько из Чикаго, Антон Адамович из Нью-Йорка. В Нью-Йорке также был букинистический магазин, где я приобрел много книг.
Многие архивы из Америки хранятся здесь — архив епископа Владимира Тарасевича, архив священника Чеслава Будько — очень ценные довоенные книги, которые все они передали нам.
АЧ: Насколько хорошо библиотека известна западным ученым, и пользуются ли они ею?
АН: Знают и пользуются — у нас налажены связи с теми британскими библиотеками, где есть восточноевропейские отделы. Сотрудничаем с английскими университетами, по материалам нашей библиотеки было написано уже немало научных работ.
АЧ: Только ли из Великобритании, или из других стран тоже?
АН: Из Британии больше всего, но приезжают ученые (слависты, историки) и из других стран — из Америки, из Израиля, Германии, Австралии.
Беларусь не очень известна в мире, но благодаря тому, что библиотека существует, растет и интерес.
АЧ: То есть само существование библиотеки — это как знамя: если есть библиотека, значит и люди знают, что есть и такая страна?
АН: Да.
АЧ: Как Вы видите будущее библиотеки, как она должна дальше развиваться, по Вашему мнению?
АН: Трудно сказать, я много думаю об этом, как и о дальнейшем существовании миссии. Теперь ждем окончания ремонта Мариан Хауса, потом хочу собрать наш библиотечный совет, чтобы подумать, как библиотеке дальше существовать. Мне уже 85 лет, пора думать о том, чтобы кто-то занял мое место. Дело даже не в финансовой стороне, а в человеке, который бы этим занимался.
Еще многое не сделано в библиотеке: каталог не закончен, а я этим заниматься уже не могу. Но хранятся здесь богатства, которых больше нигде нет.
Если бы Беларусь была действительно независимой и белорусской, то правительство могло бы взять на себя управление библиотекой, и мы бы с радостью ему ее передали.
У британцев существует British Council в других странах, у немцев — Гёте-Институт. Скориновская библиотека была бы таким белорусским культурным центром при посольстве Беларуси.
Но в современных условиях у нас нет морального права и нет желания передавать библиотеку в руки нынешних властей, где даже президент не разговаривает по-белорусски.
Хорошо, что мы не поспешили сделать это в начале 90-х годов и ждали, пока курс на независимость и белорусскость в Беларуси окрепнет.
Слава Богу, что библиотека существует, и я думаю, что будет существовать в дальнейшем и приносить пользу. Но в значительной степени это будет зависеть от самой Беларуси. Если Беларусь будет действительно белорусской, тогда правительство будет заинтересовано в развитии библиотеки.
***
Адрес библиотеки: 37 Holden Road, London N12 8HS (ближайшая станция метро — Woodside Park)
