29 октября 1992 г. Верховный Совет Беларуси принял необычное постановление. Оно называлась «О предложении группы граждан по проведению республиканского референдума». Постановление заслуживает того, чтобы привести его текст полностью: «В связи с нарушениями инициативной группой по проведению референдума статей 11 и 13 Закона Республики Беларусь «О народном голосовании (референдуме) в Республике Беларусь» отклонить на основании статьи 14 Закона Республики Беларусь «О народном голосовании (референдуме) в Республике Беларусь» предложение группы граждан Республики Беларусь о проведении республиканского референдума с формулировкой вопроса «Считаете ли Вы необходимым проведение осенью 1992 года выборов в высший орган государственной власти Республики Беларусь на основе Закона «О выборах народных депутатов Беларуси», проект которого внесен оппозицией БНФ в Верховном Совете, и в связи с этим досрочный роспуск нынешнего Верховного Совета?».

За кратким текстом постановления кроется целая эпопея, которая могла привести к тому, что первый референдум в независимой Беларуси мог состояться уже в конце 1992 года, а его результаты — к кардинальному развороту в развитии страны. Однако обо всем по порядку.

С чего начиналось?

Как известно, в первой половине 1990-х гг. одним из центральных субъектов политической жизни страны была парламентская оппозиция Белорусского Народного Фронта.

В период 1990—1995 гг. оппозиция БНФ имела представительство в Верховном Совете XII созыва. Вскоре после начала работы парламента депутатская группа БНФ стала все чаще говорить о недееспособности Верховного Совета, засилье в нем коммунистических консерваторов, которые никогда не решатся ни на какие реформы, а, более того, сделают все для реставрации старых порядков.

Карикатура из правительственной газеты «Рэспубліка» на идею БНФ организовать референдум о роспуске Верховного Совета и провести досрочные парламентские выборы.

Как показало время, относительно малочисленная (из 27—30 человек) депутатская группа БНФ была не в состоянии противостоять парламентскому большинству, упорно блокировавшему какие бы то ни было инициативы оппозиции. Поэтому депутатская группа решила пойти радикальным путем: смести Верховный Совет с политической арены при помощи такой процедуры как референдум. Соответствующее заявление появилось в парламентском издании «Народная газета» 21 декабря 1991 г.

Формальным поводом для оглашения инициативы референдума стало то, что во время обсуждения повестки дня 8-й сессии Верховного Совета все предложения депутатской группы были отклонены. Например, депутаты отказались рассматривать законопроект оппозиции о выборах, который предусматривал пропорционально-мажоритарную систему и существенно сокращал число депутатов, и проект постановления «о запрете политических организаций, структур и групп, которые базируются на античеловеческих взглядах и учениях», ибо под него, в первую очередь, попадали коммунисты.

Вот отрывок из этого заявления: «… Если бы в Беларуси был демократический, а не номенклатурно-коммунистический Верховный Совет, не было бы той нужды и беды, которая есть сейчас. Наш трудолюбивый народ безвинно страдает из-за бездарности и непоследовательности нынешнего, избранного при коммунистическом режиме руководства. Это руководство своим бездействием и неадекватными поступками привело к разбалансировке товарного рынка, к массовому вывозу товаров из Беларуси, к ухудшению жизни. Оно не подготовило введение национальной валюты, не решило вопрос с советскими войсками, как это сделала Украина, не проводит независимой государственной политики, не укрепляет государственного суверенитета. Оппозиция Белорусского Народного Фронта приступает к формированию Инициативного комитета по проведению Всебелорусского референдума об отставке правительства и досрочных выборах в Верховный Совет республики. Мы надеемся на поддержку Народного Фронта, демократических партий, организаций, рабочих стачкомов, независимых профсоюзов, трудовых коллективов, всех жителей Беларуси.

Кончилось терпение. Исчерпаны все возможности. Наступает время решительных действий. Депутатская оппозиция БНФ призывает готовиться к ним, так как стало ясно, что никто не поможет белорусскому народу, если не поможет народ себе».

Оппозиция считала, что время для референдума благоприятное: бело-красно-белый флаг и герб «Погоня» стали государственными символами, а Советский Союз был распущен в соответствии с Беловежскими соглашениями.

Карикатура из коммунистической газеты «Мы и время» по поводу идеи БНФ организовать референдум о роспуске Верховного Совета и провести досрочные парламентские выборы.

Декабрьское заявление парламентской оппозиции представляло собой первый реальный шаг к подготовке референдума, при помощи которого оппозиция рассчитывала в 1992 г. расширить доступ к политической власти либо даже получить ее.

При этом БНФ стремился быть единственным выразителем идеи референдума, а поэтому ревниво относился ко всяческим альтернативам в этом вопросе. Поэтому не удивительно, что в специальном сообщении Управы БНФ (январь 1992 г.) критиковалась идея создания блока «Новая Беларусь», на которую возлагались материально-технические вопросы, связанные с референдумом. Создание такого блока, утверждалось в сообщении, выглядело ни больше ни меньше как «реанимация необольшевистского лозунга «консолидации», всеобщего искусственного единства, необходимого номенклатуре ради сохранения власти».

Инициатива создания этого блока принадлежала одному из основателей БНФ Михаилу Ткачеву, который разошелся с руководством Фронта после альтернативного шествия в Минске 7 ноября 1990 года и начал новый проект — Белорусской социал-демократической громады (БСДГ). Ткачев был уверен, что «Новая Беларусь» будет более гибкой, чем БНФ. В частности, ставилась задача налаживания связей «Новой Беларуси» с официальными профсоюзами. Несмотря на упреки со стороны БНФ, БСДГ, как утверждал Ткачев, выделила деньги на сбор подписей за проведение референдума (см.: Ткачоў М. Паходня. — Мн.: Беларуская энцыклапедыя імя Петруся Броўкі, 1994. — С. 12)

Формально дело осложнялось тем, что действующая на тот момент конституция БССР 1978 года не предусматривала досрочного роспуска Верховного Совета путем референдума.

Тем не менее, 11 января 1992 г. была создана инициативная группа по сбору подписей за проведение референдума. Заявление о создании группы и формулировка вопроса были направлены в Центральную избирательную комиссию (ЦИК) 14 января 1992 года вопрос звучал так: «Считаете ли Вы необходимым досрочный роспуск Верховного Совета и проведение осенью 1992 года выборов в профессиональный парламент Республики Беларусь на основании демократического закона, внесенного оппозицией БНФ в Верховном Совете?»

Руководителем инициативной группы по сбору подписей стал активист БНФ Владимир Анцулевич.

13 февраля 1992 г. состоялась встреча представителей инициативной группы с руководством Центризбиркома. В результате вопрос было зарегистрирован, но существенно переформулирован: «Считаете ли Вы необходимым проведение осенью 1992 года выборов в высший орган государственной власти Республики Беларусь на основе Закона «О выборах народных депутатов Беларуси», проект которого внесен оппозицией БНФ в Верховном Совете, и в связи с этим досрочный роспуск нынешнего Верховного Совета?»

Таким образом, из новой формулировки исчезло упоминание о профессиональном парламенте, ибо такой институт власти не был прописан в Конституции 1978 года.

На факт регистрации вопроса, ставшего определенной неожиданностью для руководства республики и для главы Верховного Совета Станислава Шушкевича, повлияла и субъективная ситуация: отсутствие председателя ЦИК.

19 сентября 1991 г. эту должность покинул Михаил Лагир, а новый председатель — Александр Абрамович (за него высказалась представительница БНФ Галина Семдянова) — был избран парламентом 12 марта 1992 г.

Карикатура в демократической газете «Выбор» в поддержку идеи БНФ организовать референдум о роспуске ВС и провести досрочные парламентские выборы.

Идея референдума потрясла общество, подтолкнула к той или иной реакции представителей практически всех политических сил. Так, Александр Лукашенко выразил уверенность, что необходимое количество — не менее 350 тыс. — подписей будет собрано. Этот депутат, выступая в феврале 1992 г. на Шкловской районной сессии местных советов заявил, что «не собирается защищать Верховный Совет», но тут же предложил начать проведение разъяснительно-пропагандистской работы против референдума среди населения. По словам А. Лукашенко, надо держать власть, а не сидеть в окопах.

4 марта 1992 г. было принято совместное заявление Президиума Верховного Совета и Совета Министров Беларуси, направленное против референдума. В заявлении утверждалось, что досрочный роспуск Верховного Совета не решит наболевших вопросов.

Против инициативы оппозиции БНФ выступил и лично Председатель Верховного Совета Станислав Шушкевич, который на первом заседании 9-й сессии 11 марта 1992 г. предложил реорганизовать и оптимизировать структуру парламента: «Референдум все погубит, не даст укрепиться тому положительному, что наработано. Референдум замедлит реформы в самый ответственный момент, наступит настоящий паралич власти. Реорганизация — вот средство улучшения работы Верховного Совета».

В связи с референдумом правительственные круги осознали, что им необходимо иметь в Верховном Совете сильную группу поддержки, которая противостояла бы оппозиции БНФ и способствовала бы утверждению законов и постановлений, необходимых руководителю правительства Вячеславу Кебичу и его окружению.

11 марта 1992 г. депутат Геннадий Козлов на открытии 9-й сессии парламента зачитал заявление следующего содержания:

«Мы, группа депутатов Верховного Совета, считаем, что единственным реальным выходом из нынешней ситуации является сохранение политической стабильности в республике, укрепление исполнительной власти, консолидация всех сил, всех социальных слоев на основе интересов народа. Приоритет экономики над политикой. Не революция, а эволюция. Разумные, последовательные реформы, а не скачок в царство демократии. Не слом, а реконструкция. Роспуск нынешних Верховного Совета и Правительства отбросит республику назад, возможно, к тоталитаризму, приведет к полной потере управляемости народным хозяйством. Мы решительно против попыток подменить право революционной волей».

«Хлопцы, не кричите «гоп», пока не перепрыгнули»

Такое замечание Зенону Пазняку сделал депутат Александр Лукашенко. Дело в том, что лидер парламентской оппозиции БНФ 12 апреля 1992 г. выразил уверенность, что референдум состоится, а Верховному Совету «осталось существовать несколько месяцев». При этом утверждение Пазняка было не на пустом месте. 13 апреля 1992 г. инициативная группа передала в ЦИК 446.601 подпись.

Коллаж в демократической газете «Ратуша» в поддержку идеи БНФ организовать референдум о роспуске ВС и провести досрочные парламентские выборы

Об уверенности оппозиции БНФ в победе свидетельствовал факт публикации в «Народной газете» (16 апреля 1992 г.) экономической программы, разработанной Зеноном Пазняком, Владимиром Заблоцким, Сергеем Попковым, Юрием Беленьким и Леонтием Зданевичем. Программа предусматривала начало радикальных реформ во всех отраслях хозяйства, в том числе и приватизацию земли. Правда, спорным выглядело стремление авторов не реже раза в год проводить референдумы о доверии органам власти. Вопросы также вызвали и другие тезисы: запрет дефицитного бюджета и монополия государства на внутреннюю и зарубежную торговлю отдельными видами продукции предприятий государственного сектора.

Руководство республики предприняло несколько шагов, направленных против референдума.

Во-первых была осуществлена реорганизация Верховного Совета, которая, по мнению парламентского большинства и Председателя Верховного Совета Шушкевича, должна была на порядок повысить коэффициент полезной деятельности высшего представительного и законодательного органа. Однако реорганизация свелась к сокращению постоянных комиссий Верховного Совета, их слиянию. Соответствующее постановление было утверждено 17 апреля 1992 г. Мандатная комиссия упразднялась — она сливалась с комиссией по вопросам работы советов народных депутатов и развитию самоуправления, которая, в свою очередь, превращалась в комиссию по государственному строительству. Комиссия по товарам народного потребления, торговле и услугам населению сливалась с комиссией по вопросам развития промышленности, энергетики и транспорта, связи и информатики, которая, в свою очередь, превращалась в комиссию по промышленности и услугам населению. Комиссию по делам инвалидов соединяли с комиссией по делам ветеранов войны, труда и Вооруженных сил, которая стала называться комиссией по делам ветеранов и инвалидов. Комиссия по делам молодежи сливалась с комиссией по делам женщин, семьи, материнства и детства, которая превратилась в комиссию по делам семьи и молодежи.

Митинг шахтеров г. Солигорска в поддержку идеи организовать референдум о роспуске ВС и провести досрочные парламентские выборы на основе закона, разработанного парламентской оппозицией БНФ.

Альтернативные проекты оппозиции БНФ и депутата Василия Долголева, который, кстати, входил в состав Инициативной группы по сбору подписей относительно реорганизации Верховного Совета, были отклонены. При всех различиях они имели общую концепцию, которая сводилась к превращению представительной власти в дуалистическую структуру «Сойм (малый парламент на профессиональной основе — съезд/сессия).

Такой вариант, похожий в чем-то на российский (Верховный Совет — Съезд) вряд ли соответствовал условиям республики. Более того, например, против такой системы высказался видный член депутатской оппозиции Владимир Заблоцкий, который выступил за существенное реформирование постоянных комиссий и за их переименование. По мнению Вл. Заблоцкого, нужны были следующие комиссии: комиссия по правам человека, комиссия по законодательству, комиссия по национальной безопасности, комиссия по экономике, комиссия по международным отношениям, комиссия по науке и технологиям, комиссия по государственному строительству, комиссия по бюджету, комиссия по здравоохранению и социальной защите, комиссия по сельскому хозяйству, комиссия по культуре и образованию.

В результате реорганизации в Верховном Совете образовалась дополнительная структура — Консультативный Совет. Консультативный Совет представлял собой формирование, в которое входили все депутаты, работавшие в парламенте на постоянной основе. Главная задача Консультативного Совета заключалась в том, чтобы в обязательном порядке давать заключения по законопроектам, которые предлагались постоянными комиссиями. И хотя эти заключения имели для Верховного Совета рекомендательный характер, было понятно, что Консультативный Совет выполняет роль своеобразного «фильтра» законопроектов, неприятных для парламентского большинства.

Во-вторых, 22 апреля 1992 г. состоялось доизбрание членов ЦИК, что можно рассматривать как один из шагов парламентского большинства, направленных на срыв референдума о роспуске Верховного Совета и проведении досрочных парламентских выборов. Более того, депутатская группа «Беларусь» добилась того, чтобы проходило не именное (бюллетенями), а электронное голосование. Эту инициативу поддержал 181 депутат при кворуме в 174 голоса. Представитель оппозиции Владимир Новик заявил, что не доверяет этой системе, но его голос не был услышан.

Зенон Позняк на митинге шахтеров г. Солигорска в поддержку идеи организовать референдум о роспуске ВС и провести досрочные парламентские выборы на основе закона, разработанного парламентской оппозицией БНФ

Виктор Гончар призвал прекратить обсуждение этого вопроса, потому что, по словам депутата, представленные кандидатуры фактически представляют из себя «филиал Министерства юстиции», т.е.. будут проводить волю Совета Министров.

Сначала парламентское большинство потерпело поражение: за то, чтобы включить пять новичков в состав комиссии, проголосовали 172 депутатов при кворуме в 174 голоса. Тогда, нарушая процедуру, депутаты, несмотря на протесты оппозиции, начали проводить голосование по каждой кандидатуре. Такое голосование поддержал и депутат Лукашенко: «Надо принимать решение. Совесть и уважение к этим людям у вас в конце концов есть?». В результате в качестве членов Центральной избирательной комиссии были утверждены пять человек, в том числе и Ермошина — юрисконсульт исполнительного комитета Бобруйского городского Совета народных депутатов. Лидии Михайловне оказал поддержку 181 депутат при необходимом кворуме в 174 голоса.

Оппозиция БНФ сделала в «Народной газете» (25 апреля 1992 г.) соответствующее заявление, в котором выразила протест против незаконного доизбрания членов ЦИК.

В-третьих, руководство республики значительно активизировало работу над новой Конституцией. В августе 1992 г. в республиканских средствах массовой информации появился новый проект Основного Закона (первый был напечатан в декабре 1991 г.). В проекте четко наблюдалось смещение центра власти в сторону законодательной власти, между тем как президент наделялся более представительными полномочиями. Публикация проекта была обставлена заявлением руководителя рабочей группы Конституционной комиссии, заместителя Председателя Верховного Совета Василия Шолодонова. Согласно заявлению, новая Конституция делает референдум нецелесообразным.

Запрос депутата Верховного Совета Беларуси Валентина Сорокина по поводу публикации в правительственной прессе сведений о финансировании БНФ через американские фонды.

И все-таки парламент был вынужден определиться с референдумом.

Дело в том, что девятая сессия Верховного Совета закончилась 24 апреля 1992 Г. Причем закончилась, как отмечал Зенон Позняк, вдруг, не назначив дату референдума. Лидер БНФ утверждал, что один из членов оппозиции в ходе своего выступления якобы выдал все планы депутатской группы БНФ и подобным образом предупредил парламентское большинство (См.: Позняк, С. Что с парламентом // Народная газета. — 1992. — 14 ноября. — С. 2). Возможно, Зенон Позняк намекал на Сергея Антончика, который выступил с резким заявлением: «Если Верховный Совет будет нарушать закон и Конституцию, каждый из присутствующих здесь депутатов имеет право обратиться к народу для того, чтобы смести этот Верховный Совет любыми методами». В свою очередь, заявление Антончика было сделано в связи с тем, что 24 апреля 1992 г. было принято постановление Верховного Совета об освобождении представителя БНФ, депутата Евгения Новикова с должности секретаря комиссии по законодательству, что можно рассматривать как стремление парламентского большинства очистить органы Верховного Совета от оппозиции в период, когда последняя готовила референдум. Более того, Е. Новиков вообще был исключен из состава комиссии по причине якобы бездействия. Однако сам Новиков находился в этот день в служебной командировке в Праге, поэтому такое постановление выглядело нонсенсом.

За Новикова вступилась не только оппозиция БНФ (Заблоцкий, Зданевич), но и другие депутаты, в частности, Лукашенко. Станислав Шушкевич согласился на то, чтобы поставить на голосование следующий вопрос: освободить Е. Новикова от должности секретаря комиссии по законодательству, но оставить его в составе комиссии. Это предложение поддержали 198 депутатов при кворуме в 173.

Следующая, десятая сессия планировалась только на 20 октября 1992 г. До ее начала обе — сторонники и противники референдума — стороны стремились завладеть общественным мнением.

Сначала ситуация развивалась в пользу референдума. Согласно заключению ЦИК от 11 мая 1992 года, в заключительном акте Инициативной группы значилась 446601 подпись, но подсчет дал 442032 подписи. Кроме того, комиссия исключила 58 254 подписи, собранные с нарушениями законодательства или с отступлениями от него. Например, 5 граждан, поставивших свои подписи, проживали за пределами республики. Наибольшее количество подписей (46857) была забракована комиссией в связи с тем, что подписи членов инициативной группы на подписных листах были заверены не печатью исполнительного комитета или городского (районного в городе с соответствующим административным делением) Совета народных депутатов, а печатью общего отдела или иного органа исполкома.

Тем не менее, Центризбирком на решился игнорировать позицию сотен тысяч избирателей и согласился, что собрано необходимое — свыше 350 тысяч — количество подписей в поддержку проведения референдума, т.е. норма, предусмотренная законом, была выполнена. Комиссия передала свои заключение в Президиум Верховного Совета. В СМИ начались нападки на ЦИК, посыпались обвинения в профессиональной некомпетентности и политической ангажированности. Высказывались мысли об освобождении Абрамовича с поста главы ЦИК.

В августе 1992 Шушкевич заявил, что никогда не клялся Белорусскому Народному Фронту.

Карикатура из демократической газеты «Згода» на выступление депутата Верховного Совета Беларуси Дмитрия Булахова 27 октября 1992 года о проведения референдума о роспуске парламента.

Фронт и оппозиция стремились использовать протестный потенциал населения, в частности, знаменитые выступления солигорских шахтеров весной 1992, в пользу референдума.

Противники парламентской оппозиции и БНФ в целом начали обвинять их в использовании финансовой поддержки от Запада, в частности, от США.

Депутат, летчик-космонавт СССР Владимир Коваленок вообще обвинил БНФ вот в чем: «Я поддерживал Белорусский народный фронт, но сегодня скажу, у меня кровь стынет в жилах от того, что говорит Белорусский народный фронт. Товарищи, это будет страшнее, чем при КПСС. Это будет настоящий фашизм. И он придет, если мы не опомнимся сегодня, товарищи, земляки-белорусы!».

На десятой сессии Верховного Совета Беларуси XII созыва вопрос о референдуме был внесен в повестку дня под №9. Однако парламентской оппозиции удалось добиться, чтобы референдум рассматривали под №3: после обсуждения экономических вопросов и проекта Конституции. Была достигнута договоренность о новой дате референдума — 6 декабря 1992 года.

При этом парламентское большинство решительно отвергло предложение оппозиции о том, чтобы дать слово в Верховном Совете руководителю Инициативной группы Ул.Анцулевичу.

Глава Инициативной группы по сбору подписей Вл. Анцулевич.

С обсуждением нецелесообразности референдума от имени парламентского большинства выступил председатель комиссии по законодательству Дмитрий Булахов — молодой, довольно известный политик, чьи амбиции выходили далеко за пределы парламента.

Депутат Анатолий Нетылькин, упомянутый в одной речей кандидата в президенты Улаховича, 1 октября 1991 назвал Булахова «парламентским самородком».

Речь Булахова, от начала и до конца направленная против референдума, была довольно долгой и обвиняла инициаторов референдум и ЦИК в нарушении закона: «По сути дела, комиссия, прикрываясь благими пожеланиями о реализации воли народа, встала на опасный путь дискредитации закона и самой идеи референдума, допустив, что решение, которое обладает высшей Юридическая силой в государство, а тем более первое подобное решение может быть принято с грубейшими отступлениями от норм закона. Если вглядеться в механизм, то Центральная комиссия сняла с себя и с инициаторов всякую Ответственность перед людьми, перед законом и, выведет за скобки вопрос о соблюдении закона, возложила на Верховный Совет свои обязанности».

Представители парламентской оппозиции БНФ решительно выступили против выводов Дмитрия Булахова. Депутаты Леонтий Зданевич, Николай Маркевич, Игорь Герменчук выразили сомнения в юридической квалификации председателя комиссии.

Неожиданно для депутатского корпуса на сторону инициаторов референдума стал председатель ЦИК А. Абрамович, который призвал не запрещать референдум, а объявить недействительными только те подписи, которые были получены путем нарушения действующего законодательства. По словам Абрамовича, когда машина стоит в неположенном месте, то не надо конфисковывать машину, а нужно штрафовать водителя. Более того, Абрамович критиковал некоторые «перлы» действующего закона о референдуме. Например, в законе говорилось об избирательных участках за рубежом, и в то же время закон позволял голосовать только тем гражданам, которые постоянно проживали в Республике Беларусь. Поведение Абрамовича были настолько вызывающим, что некоторые депутаты предложили поставить вопрос о доверии председателю Центральной избирательной комиссии. Однако Шушкевич высказался против этого.

Представители БНФ около листов с собранными подписями. 1992 год.

Идею референдума поддержал и Александр Лукашенко. Но, по словам депутата, он высказался за референдум не из-за симпатий к БНФ, а по причине бедственного положения страны. Лукашенко предложил «телеграфным способом» вернуться в прошлое и посмотреть, «что мы натворили». Парламентарий отметил, на его взгляд, роковые ошибки: уничтожение государства СССР, «пусть и империи», неспособность создать независимую Беларусь, развал экономики, «разрезания на куски армии и превращение военнослужащих в нищих», социальная напряженность, «в результат чего под красными знамёнами собирается больше людей, чем под государственным флагом». Поэтому, был уверен Лукашенко, «мы не имеем права оставаться у власти». Сам Лукашенко голосовал за предложение своего коллеги — депутата Сапронова: провести 6 декабря 1992 года референдум по следующему вопросу: «считаете ли Вы необходимым проведением досрочных выборов и роспуск Верховного Совета?». Однако за это предложение высказались только 43 депутата. Еще меньше — 35 — народных избранников поддержали вопрос в редакции оппозиции БНФ: назначение референдума также на 6 декабря.

Проект постановления Президиума Верховного Совета об отказе от референдума поддержали 202 парламентария.

С целью придания большей легитимности решению Президиума Верховного Совета об отказе от референдума и успокоения общественного мнения 29 октября 1992 года парламент принял сразу два постановления: «О предложении группы граждан Республики Беларусь о проведении республиканского референдума» и «О Заявлении Верховного Совета Республики Беларусь» О необходимости конституционных преобразований в Республике Беларусь»». Если в первом постановлении нарушение законодательства вменялось в вину группе граждан, то во втором, которое Шушкевич назвал «прекрасным политическим шагом», претензии предъявлялись уже Центральной избирательной комиссии, которая якобы зарегистрировала несоответствующий Конституции вопрос. Одновременно во втором постановлении декларировалось намерение не позднее 1993 года принять Конституцию, а в марте 1994 провести парламентские выборы.

Что касается Д. Булахова, то он стал для парламентской оппозиции БНФ одним из главных политических неприятелей.

Даже в 2010 г., через несколько лет после смерти Д. Булахова, его поведение в октябре 1992 г. называлось «гнусным». Бывшие руководители оппозиции утверждали даже, что кто-то пообещал Булахова избавить его от тюрьмы за наезд на человека, «если он (юрист по профессии) сделает доклад против референдума» (См.: Позняк З., Наумчик С. Депутаты Независимости. — Нью-Йорк, Вильнюс, Варшава: Белорусские ведомости, Общества белорусского культуры в Литве. — 2010. — С. 40). Такая идея отстаивалась представителями оппозиции и через сколько лет (См.: Наумчик, С. Девяносто четвертый. — Радио Свободная Европа / Радио Свобода, 2015. — С. 99).

Между тем эпизод со смертью пешехода (пожилой женщины), сбитой автомобилем, случился только в начале января 1993 г., т. через два с лишним месяца после выступления 27 октября 1992 г.

Выступая в Верховном Совете 21 января 1993 года, Позняк заявил: «приблизительно 10 дней назад» появилась информация о том, что Д. Булахов, будучи за рулем служебной машины, наехал на женщину, которая погибла. Возмущенный лидер оппозиции БНФ упрекнул председателя комиссии по законодательству том, что тот выступает перед микрофоном, «как ни в чем не бывало».

З.Позняк официально обратился с запросом к С.Шушкевичу. Председатель Верховного Совета ответил, что, пока идет следствие, никакой публичной информации давать нельзя. Обращаясь к З.Позняку, С. Шушкевич добавил, что в человеческом несчастье не нужно искать политические дивиденды.

2 июня 1993 г. депутат от оппозиции БНФ Сергей Антончик озвучил свой запрос к Шушкевичу и Генеральному прокурору Шолодонову с требованием ознакомить общественность с фактами по делу Булахова и ответить на некоторые вопросы: кто дал разрешение на выезд, кто выдал путевой лист и т.д. По версии Булахова, говорил Антончик, женщина побежала под колесо автомобиля, но, утверждал этот депутат, погибшая едва ходила, так как страдала заболеванием спины.

22 июня 1993 г. начальник Секретариата ВС А.Антипенко доложил Шушкевичу: 6 января 1993 года по распоряжению Булахова водителя Ю.А.Верабью было выдано командировочное удостоверение №3 в Могилевскую область на 5 дней. Верабей грубо нарушил правила, так как передал управление авто Булахову — лицу, которое не было указано в путевом листе. Верабью был объявлен выговор.

Интересно, что 1 июля 1993 г., когда Д.Булахов заявил о необходимости поставить на голосование вопрос о доверии Председателю Верховного Совета, С. Шушкевич отреагировал менее мягко. Председатель ВС вспомнил дорожно-транспортное происшествие с участием Д.Булахова, добавил, что, если бы он, Шушкевич, допустил такое, то ушел бы сразу в отставку, и назвал поступок Д.Булахова «убийством». Д.Булахов демонстративно положил на трибуну парламентское удостоверение и заявил, что отказывается и от должности председателя комиссии, и от депутатства.

19 июля 1993 году поступил ответ Шолодонова: 6 января 1993 г. в 19 часов 40 минут у населенного пункта Б.Мощаница Белыничского района Могилевской области «передней правой частью автомашины» Булахов сбил гражданку Я.И.Царенок, которая находилась «в сильной степени алкогольного опьянения»и переходила проезжую часть, нарушив правила дорожного движения. В действиях Булахова, сообщал Шолодонов, отсутствует состав преступления, потому 7 июля 1993 уголовное дело было прекращено.

Вскоре парламентская оппозиция БНФ распространила заявление, в котором Д. Булахов обвинялся в искажении смысла заключения Центральной избирательной комиссии. Заявление имело двойственный, противоречивый характер. С одной стороны, ВС Беларуси провозглашался нелегитимным, а с другой стороны, депутатская группа БНФ заявила, что остается в Верховном Совете (однако считает для себя необязательным участвовать в голосованиях).

В ноябре 1992 Зенон Позняк опубликовал статью о запрете референдума под названием «Что за парламент?» Статья имела определенный общественный резонанс и еще более обострила отношения между депутатской группой БНФ и парламентским большинством. Так, 15 марта 1994 г., при обсуждении вопроса об отчете главного редактора «Народной газеты» Иосифа Середича, депутат-консерватор Иван Авин обрушился и на эту статью Зенона Позняка.

Встают риторические вопросы. Почему инициаторы референдума не сумели защитить подписи 450 тысяч избирателей? Могла ли парламентская оппозиция мобилизовать сторонников БНФ, вывести их на площадь Независимости и заставить Верховный Совет назначить дату референдума, от результатов которого, безусловно, политический ландшафт значительно бы изменился?

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?