«Я как всегда учившийся на отлично и хорошо и проживший жизнь без пересдач, даже в ГАИ, никак не могу уразуметь марш двоечников БГУ. Мне омерзительна борьба двоечников за право безнаказанно быть двоечниками», — написал у себя в фейсбуке основатель Tut.by Юрий Зиссер.
С ним не согласился председатель Объединенной гражданской партии Анатолий Лебедько: «Ну что ж, и эта позиция имеет право на существование. Но, позвольте, Юрий, с вами не согласиться в оценках событий 2 декабря. Я институт также закончил с красным, без четверок. Со второго курса, даже именную, 100-рублевую стипендию получал. «Зажиточный» студент. И во втором дипломе у меня конституционное большинство пятерок. И права получил без блата, потому что после школы не имел понятия что это такое.
Но… Но все же но. Не думаю, что угол под которым вы посмотрели на студенческий Марш любви и солидарности самый удачный. Что он позволяет видеть все. Можно ведь и из другой точки глянуть. И тогда становится понятным, что дело не в отметках, точнее не только в них. А в самом климате, если хотите в воздухе, которым приходится дышать каждый день студентам, преподавательскому сообществу. Во взаимоотношениях администрации и студентов».
Некоторые комментаторы Юрия Зиссера поддержали. «Иногда мне приходилось принимать по 5 пересдач у одного студента. И уровень его знания от пересдачи к пересдаче не менялся. Я тратила драгоценное время на чью-то лень и глупость», — написала Ирина Баценко.
«Вот если бы маршировали за повышение уровня преподавания — я бы понял», — добавил Юрий Зиссер.
Но все же большинство комментаторов с Зиссером не согласилось.
Alexander Husak: «1. Каждый человек индивидуален, и причины, почему студент не сдал экзамен могут быть разными. Не стоит всех равнять под себя. Кто-то может сдавать легко экзамены, а кто-то нет.
2. Когда я учился в БГУ на ФПМ, у нас было много прекрасных преподавателей, но также и самодуров, которые не умели учить, не умели подавать материал, зато хорошо умели оторваться на тех, кто им не нравился по каким-то своим субъективным причинам. Сама система сдачи экзаменов субъективна и неправильна. Нужно менять систему контроля и оценки знаний.
3. Зачем путать два разных вопроса: зарплата преподавателя и право студента. Зарплата преподавателя должна быть достойной. Но студент должен иметь право пересдать экзамен, даже если он просто хочет улучшить свой результат.
4. Если ЗП преподавателей будет достойной, то и конкуренция среди преподавателей будет, и соответственно будет лучше качество образования».
«Люди делают вид, будто живут в нормальном государстве с нормальными университетами, с механизмами обжалования, академической свободой. Как будто и не видят, как ломают студентам судьбы по прихоти разных шишек», — заметила писательница Светлана Курс.
Журналист Vitali Tsyhankou: «Весьма неудачный пост, по моему мнению, я полностью согласен с уважаемым Sergey Vaganau. Впервые за десятилетие произошла студенческая акция протеста, фактически, это историческое событие. Оставлено вне внимания, что пересдачи — лишь предлог, а на самом деле студенты борются за свое право на самоуправление, за то, чтобы их выслушали, за то, чтобы с ними советовались. Это то, что предусмотрено Болонским процессом, куда Беларусь официально вошла в мае текущего года. Для того чтобы в Беларуси было больше академических (для начала) свобод — студентов следовало бы всячески поддержать. А тут…»
А вось што напісаў выпускнік філфака Андрэй Кузнечык: «Дарэчы, наконт праведнага гневу Юрыя Зісера і іншых наконт платных пераздач. Ня ведаю, як там на факультэтах дакладных навук, але ў мае часы на філфаку ці не на кожным сэмэстры былі выкладчыкі, якім нешта здаць з 1-га разу было лятарэяй ня горшай за ґрын-кард. Студэнты падключалі ўсю сваю інтуіцыю, каб разгадаць хітрапляценьні, зь якімі лепш было б разьбірацца пэрсанальным псыхолягам, і ясны перац, што атрымлівалася не ўва ўсіх. Дзівачлівыя выкладчыкі, дзе на 1-м месцы ўпадабаньні, на 2-м сьветапогляднае сугучча, на 3-м нарэшце веды па прадмеце, заваліць па якім пры жаданьні можна любога, бо хто ж прачытае за 3 месяцы пару стагодзьдзяў літаратурнага набытку. І цымус у тым, што памылкай ці агаворкай можна было закрануць самыя тонкія струны выкладчыцкай душы, што гарантавала неаднаразовы паход на пераздачы. Калі б я даведаўся, што за гэткія выбрыкі цяперака й грошы будуць браць, я б таксама ўзбунтаваўся.
А вот что написал выпускник филфака Андрей Кузнечик: «Кстати, насчет праведного гнева Юрия Зиссера и остальных насчет платных пересдач. Не знаю, как там на факультетах точных наук, но в мои времена на филфаке чуть ли не в каждом семестре были преподаватели, которым сдать с первого раза было лотереей, почти как грин-кард. Студенты подключали всю свою интуицию, чтобы разгадать хитросплетения, разбираться с которыми было бы лучше с помощью персонального психолога, и ясный перец, что получалось не у всех. Чудаковатые преподаватели, у которых на первом месте благоволение, на втором — мировоззренческое совпадение, на третьем, наконец, знания по предмету, завалить по которому при желании можно любого, потому что кто же прочитает за три месяца литературние достижения нескольких столетий. И цимес в том, что ошибкой или оговоркой можно было затронуть самые тонкие струны преподавательской души, что гарантировало пересдачу, и не одну. Если бы я узнал, что за подобные выходки теперь еще и деньги будут брать, я бы тоже взбунтовался. Ладно, вводите плату за пересдачу, но тогда пусть принимает экзамен не один преподаватель, а кафедра, и с записью на камеру».
А больше всего лайков собрала, кажется, вот такая запись Александра Луцевича: «Омерзительно, когда со студентами не считаются и после подачи 2500 подписей (а их было бы и больше, просто спешили) сразу принимается приказ. Омерзительно, когда за мнение студентов выдают мнение официальных органов самоуправления, людей в которые никто не выбирал, которые никогда и пискнуть не могут. Омерзительно, когда в деканатах угрожают отчислением студентам за их позицию.
И даже, если относительно введения платных пересдач есть целый спектр аргументов, каждый из которых содержит рациональное зерно, нужен был открытый обмен мнениями и выработка, возможно, иного подхода к повышению качества образования (ведь, по крайней мере, им прикрываются!). Но вот так себя вести университету, претендующему на реализацию ценностей Болонского процесса — это точно омерзительно».
