Это та война, которая давно закончилась. Это та война, из которой выросли советские белорусы, белорусы-партизаны, которые тоже давно закончились. Но вот в совершенно иную эпоху, во времена аутлетов и «Рублевского», нас продолжают кормить войной, и мы едим. Нам вкусно. Казалось бы, все это объяснимо усилиями системы сохранить советское. Но знаете, культура живет по извечному закону, и конъюнктура на ее уровне не приживается, отсыхает. Никакой идеологический отдел горисполкома не может заставить нас читать «У войны не женское лицо», если в нас этот текст не лезет. А мы читаем. И неслучайно Лозница обращается к Быкову. И не случайно один из самых удачных белорусских независимых фильмов последних двадцати пяти лет рассказывает о мистерии, связанной с оккупацией.

Выходит, война, наша война, не закончилась. И не закончилась она по той же причине, по которой в романах об убийствах призрак жертвы возвращается покарать избежавшего наказания преступника.

Война до сих пор актуальна, поскольку о ней не сказано последнее слово великой правды.

Мы продолжаем возвращаться к ней, как если бы во время психоаналитического сеанса под гипнозом пытались вспомнить травму из далекого детства. Война — наша травма. И правда о ней до сих пор не озвучена.

Да, о войне писали все, буквально каждый крупный белорусский советский писатель ХХ века, каждый художник, от Савицкого до Щемелева. Но знаете, путь, начатый водевильным «вораг-жандар закурыў папіросу і камсамольскі білет аддае» — он до сих пор не окончен. Да, в 50-х, 70-х, 80-х в нашей культуре были три очень разные Вторые мировые войны: была борьба писателей и историков за героев Брестской крепости, жизни и смерти которых сразу после победы пробовали организованно забыть; был Короткевич с «Лісцем каштанаў», наконец, взошла звезда Быкова. Казалось бы, после Быкова еще больше правды и не нужно, потому что здесь, в этих произведениях, всё — правда. Но наряду с Быковым говорили Адамович, Алексиевич — и всё равно это задевало, заставляло переживать.

Значит, что-то еще не сказано. Возможно, самое главное. Ведь помним. Ведь возвращаемся.

Точка до сих пор не поставлена. Кто виноват? Только немцы? Или, может быть, Сталин? И его генералы? Кто подписал пакт Молотова—Риббентропа? Кто сотрудничал с Гитлером? Или вот: кем были партизаны? Ангелами? А если ангелами — откуда эти отдельные воспоминания о них, которые мы стараемся не публиковать и которые принципиально игнорируем? Наконец, чем была коллаборация? И кого называть оккупантами? Только немцев? А, может, и тех, кто пришел за ними?

И в этом контексте я хотел бы обратить внимание на одну выставку, которая открылась на минувшей неделе в квартире-музее Петруся Бровки на улице Маркса в Минске. Описание этой выставки вас обманет, поскольку обещает лишь фотоснимки людей, переживших войну, с короткими выдержками из интервью с ними (bo-o-o-ring!). На самом же деле, эта выставка завораживает.

Два участника Студенческого этнографического общества Михаил и Екатерина Аракчеевы работали в экспедициях и разыскивали ценные фрагменты исчезнувшего белорусского фольклора. И вдруг они заметили, что их респонденты раз за разом начинают говорить о войне — хотя их об этом не спрашивали (вспомните тот же психоаналитический сеанс). Вот как это описывают Екатерина и Михаил: «Нет, мы не спрашивали о войне. Но люди рассказывали о ней невзначай, как будто против своей воли — словно мощный напор эмоциональных воспоминаний прорывает беседу. Не могли они не рассказать о перенесенных издевательствах, боли и страданиях своей молодости». В какой-то момент Аракчеевы решили превратить эти записанные фрагменты бесед в проект, или, как это описано в синопсисе, «визуализировать» их. И они сделали портретные фотографии героев тех воспоминаний, и здесь, снова, лучше самих авторов выставки об этом не скажешь: «Их лица каждой своей черточкой говорят о пережитом не меньше сказанных слов. Мы утверждаем, что эти лица красивы, но по-иному — именно своей реальностью, потому что вся запечатленная в их морщинах боль становится светлой красотой».

Но самое главное — это эффект, который возникает при сопоставлении черно-белых портретов с фрагментами интервью, при транскрибировании которых был сохранен этнографический подход, которого не хватает книге «У войны не женское лицо». У каждого лица, которое смотрит на нас со стены, — своя история и свой язык. Вот старая женщина рассказывает, как в связи с началом войны расстроилась ее свадьба, а ведь она уже и «тухлі белыя» купила, но «не, не пажаніліся, не» (Ольга Семёновна, 1921 г. р.)!

Или вот сильное повествование Нины Фёдоровны из деревни Башни: «Выгнали из хат, погнали в беженцы через Двину. И мы там в Двине стали топиться — проломился лед. Подскочили немцы кто откуда, повытягивали нас… В беженцах у хозяина жили, а там одна корова в погребе на всю деревню — погреб выкопали и завели ту корову. Тогда уже приносят кто бульбы, кто сена корове этой. Ну мама уже знала — во ты принес, во ты принес, подоит и даёт. А суп трохі засівіўшы молоком — это уже белёный суп, ходите ести. А тогда знает мама, что в той хате ребята и нечего ести — ну совсем нечего! И когда нас покормит — несите во туда. Раз шла я по зиме, по снегу, завалилась, молоко разлила, стала плакать. «Где ты разлила?» — Нашли, снег тот молочный подобрали, раскипятили, съели и живы были все чисто». Это на самом деле, как и утверждается в экспликации выставки, «одновременно трагично, сказочно и реально, словно сценарий к фильму».

Я уверен, что судьба выставки «Одна земля — одна память» только начинается, что впереди — экспозиции за рубежом, ведь не может быть, чтобы ею не заинтересовались посольства и культурные институты. (И много — очень много всего осталось еще за скобками и не представлено здесь, в том числе истории тех, кто воевал под бело-красно-белыми флагами, записанные, но не выставленные, потому что не время еще).

Правда о Второй мировой до сих пор не озвучена. Когда и кому наконец выпадет честь сказать здесь последнее слово? И каким оно будет, то слово?

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера