Полтора года назад «Наша Ніва» публиковала историю Сергея, который построил себе в лесу под Барановичами землянку и живет тем, что собирает стеклотару, макулатуру и металлолом.
Так землянка Сергея выглядела прошлой весной. Фото Ирины Ареховской
Материал стал необычайно популярным — его перепечатывали другие СМИ, интернет-форумы, группы ВКонтакте с миллионным числом подписчиков.
И вот, недавно Сергей сам позвонил в редакцию «НН» и пригласил к себе журналистов, чтобы рассказать, к чему привела его известность и опровергнуть городские слухи о том, что будто бы после публикации власти прогнали его из землянки.
Когда мы приехали под вечер, Сергей встретил нас на краю леса, в котором он так и живет.
Весь день он был на работе, даже не успел нормально поесть. Купив перекусить, мы пошли лесной тропинкой к землянке — за полтора года там мало что изменилось, разве что ступеньки в жилье Сергей забетонировал, чтобы не размывало водой.
Во время нехитрого ужина — хлеб да рыба — Сергей начал рассказывать, что произошло с ним после того, как «Нашей Нива» опубликовала тот самый материал.
Сергей возвращается с халтуры. В коляске — то, что насобирал на свалке.
«Может неделя тогда прошла, — припомнил Сергей. — А может две. Шел я тогда вдоль леса с работы, и вижу — УАЗик стоит. Ну меня так и передернуло — по мою душу. Еще не дошел до него, а вышли люди и сразу ко мне — как ваша фамилия? Поехали с нами. А я говорю — на каком основании? Ну да, в землянке живу, но не украл ничего. Мне в ответ — все нормально, просто с тобой начальство поговорить хочет. Почему? Так ты, мол, не знаешь, что ты в интернет заброшен, и история эта до замминистра дошла? Так они мне тогда объяснили».
По словам мужчины, в отделении он очень удивился обращению милиции.
«Приехали в РОВД, я же к району (не к городу) отношусь. И там мне не тыкали, не угрожали, все на «вы». Привели к начальнику, дали почитать материал. Я говорю — слово в слово все написано. Ну и поговорили мы с ним нормально так, по-человечески. С уважением ко мне там отнеслись, не кричали, ничего. Вот говорят, интернетовская известность! И еще, главное, спрашивают — а можно ли у вас отпечатки пальцев взять? Прикинь! Можно ли! будто бы у меня выбор был! Ну и потом мне предложили в общежитие переселиться: в землянке, мол, жить не дело. Работу обещали подыскать», — вспомнил Сергей и добавил, что еще и дали «на дорогу» 50 тысяч.
Но, по словам Сергея, к предложению он отнесся скептически.
«Я устроиться не против, но куда? Зачем бомжа устраивать, когда здесь квалифицированным людям на нормальный заработок негде приткнуться? Мне совесть не позволила такими предложениями воспользоваться», — сказал Сергей.
Затем встал вопрос с его переселением. В качестве эксперимента мужчина согласился переночевать в «ночлежке» при протестантской общине.
«Меня туда заместитель начальника по уголовному розыску привез, предупредил: на человека не наезжайте — он атеист. Но, честно говоря, мне в СИЗО в первую ночь не было так тяжело, как там. Я сразу сказал, что мне завтра в 5 утра вставать, так нет же — мне полтора часа какой-то там… мозги полоскал, про бога на гитаре бренькал. А в кубрик заходишь… Там уже не про бога говорят, совсем не про бога, начинается как есть зона. «Ты мою пайку спи…дил, ты новенький, вот здесь она лежала». Такая речь, понимаешь? Как будто в камеру заходишь. Не веришь? Сходи, послушай, прикинься. Я утром оттуда сбежал без оглядки и не возвращался. Думаю, если что, прикую себя наручниками к этой березе возле землянки, пусть с корнем вырывают», — рассказал Сергей.
«В общежитие тоже не пошел, — добавил он. — Говорю, прописывайте — я буду платить за него, но жить там не буду. Один, да в семейном общежитии? Вы так меня на грех толкаете. Не выдержу и съезжу кому по рылу. Я же знаю — чего там только не бывает. К холостяку всегда в семейном общежитии вопросы. Я уже однажды пожил, не хочу».
Еще он рассказал еще одну «квартирную» историю, которая обернулась почти любовной драмой.
«Познакомился с женщиной, нормальная такая, Мариной зовут. Она знала, как я живу, чем зарабатываю. И мать ее знала. Мы не жили вместе, так, встречались. Новый Год в моей землянке отмечали, романтика! Сидим — я вино сухое пил, а она не употребляет. И тут ее мать звонит, говорит, где вы там? Я здесь, мол, целый стол приготовила. Но мы так и не пошли, остались у меня», — улыбнулся Сергей.
Разошлись они, по словам Сергея, после того как встал вопрос о совместной жизни.
«У нее же квартира трехкомнатная есть. Ну и 23 февраля она мне говорит, что у нее подарок. Я думал, подарит что-нибудь, у меня ведь тоже подарок был заготовлен к 8 Марта — клач, сумочка на плечо, она все мечтала о такой. Ну Марина и говорит: переезжай ко мне, хватит в землянке жить, я тебя пропишу, детей заведем. А если нет, то все», — рассказал Сергей историю расставания.
«Но я это иначе вижу. Во-первых, ну перееду я, и что, всю жизнь сидеть у нее, как собака на цепи? А во-вторых, боюсь. Боюсь, если что случится, то выставит меня. И потом начинай все сначала? Лучше я ничего менять не буду. Сколько мне судьбой отмерено, столько здесь и проживу. И номер ее я стер, и она мой».
За время от первой публикации в мировоззрении Сергея ничего не изменилось — он остался тем же нонконформистом.
«Мне нравится в землянке жить. Зарабатываю по-прежнему больше, чем на большинстве барановичских заводов. Только не больше, чем на авиаремонтном. Сегодня вот я отработал, грубо говоря, с 7 утра, 150 тысяч за 3,5 часа на первой халтуре заработал, потом еще стольник, а потом лома насобирал на минимум 250 тысяч. И зачем мне на завод идти, чтобы мне в затылок дышали, кричали «давай-давай», если завод стоит? Вот говорят, что мы боимся перемен, а реформы ой как нужны. Страна же стоит на коленях, на одном колене — это стопудово. Минская область может и живет как-то, а Брестская… Ивацевичи, Ганцевичи — полная нищета. А бродяжничать у меня в крови. Некоторые говорят, что как волком живу — волком и умру».
Сергей рассказал, что после публикации людей к нему стало ходить меньше, но теперь уже — целыми семьями!
«Пионеры, как я их называю, уже не ходят, — сказал Сергей. — Уже целыми семьями, прошлый раз, месяца полтора назад, были две семьи. Я вышел, не объяснял ничего. Сидел, как крот: смотрите, если вам здесь интересно. А потом стали лапать котят, кошка давай фыркать, шерсть вздыбилась. Я говорю, чтобы отпустили котят, а то если поцарапает кошка ваших детей, так я не виноват. Одна там мамаша сразу так высказалась об этих котятах, что я уже не повторю, гадко. Ну и давай меня снимать на мобильный. Я говорю — убери камеру. А мне: а что, нельзя? Я говорю, что нельзя. Ну и вскоре пошли они».
Барановичский нонконформист на халтуре.
А в конце разговора Сергей обратился к молодежи.
«Даже в наш век прогресса не все могут быть программистами. Следует осмотреться: водитель — это тоже хорошая работа, и токарь ничего, и так далее. Я о том, что не надо бежать за модой, а надо осмотреться, к чему стремится сердце. Перед тем как идти за дипломом юриста, нужно подумать, сможешь ли, для того ли ты создан. Скольких я уже знаю таких специалистов, крыши теперь кроют и жалеют, что столько лет на образование потратили», — сказал он.
