Каждого, кто служил в армии, перед тем, как пройти через КПП воинской части, беспокоил вопрос: «Будет ли там «дедовщина» и насколько она жестокая?» Кто-то задумывался об этом в меньшей степени, кто-то — в большей, но задумывался об этом каждый будущий солдат, задумывались и его родители.

На эту тему много написано и сказано, но в последнее время из официальных источников приходится слышать, что в современной белорусской армии дедовщины почти нет или она не такая, как раньше — в советские времена. Так ли это на самом деле? Каждый может сделать свой вывод, спросив, например, об этом у своих знакомых, проходивших военную службу в последние годы. Я же расскажу о том, что познал о «дедовщине» лично я во время своей срочной службы в армии.

Как есть

В дедовщине решающую роль играет срок службы солдата, за период которой каждый военнослужащий проходит «эволюцию» от духа до деда. В каждой воинской части принцип иерархии общий, но разделение на «классы» особенное.

Например, в гродненской инженерной бригаде сохранился классический, еще с советских времен, вид такого разделения: пах (до первой бани) — дух (первая половина года службы) — слон (вторая половина года службы) — череп (более года службы) — дед (звание, которое получают от деда прежнего призыва) — дембеля (100 дней до окончания службы).

Теперь сроки службы составляют полтора, а не два года, как раньше. По этой причине в большинстве частей система иерархии приспособилась к новым условиям.

В одних частях разделение на классы может быть простым: дух — слон — дед — дембель. Например, в железнодорожной бригаде Слуцка разделение еще проще, но со своими особенностями: дух — слон — дед (палаген). При этом название «палаген» употреблялось чаще, чем «дед», а «слонами» считали еще и тех солдат, которые отказывались жить «по деду» и жили «по уставу».

Пробивание лося. Солдат сводит руки на лбу ладонями от себя, чтобы не оставалось синяков, а дед бьет по ним. В армии солдаты, пуская в ход фантазию, могли пробить лося с ноги, табуретом или даже огнетушителем. Рисунок: Габриэль Преображенский для kurjer.info

За забором в водовороте

Андрею Шитько довелось отслужить в зенитной ракетной бригаде в последний год ее существования. Бригада находилась в Слуцке и в конце 2014 года была расформирована.

Дедовщина в роте Андрея была одной из самых слабых по воинской части, поскольку личный состав был небольшим. По традиции «молодые» выполняли всю основную работу за старшие призывы, наводили порядок в помещениях и на спальных местах. У Андрея не было никаких денежных поборов, побоев и физических прокачек ночью. Для него дедовщина заключалась в запрете пользоваться телефоном и посещать чифан (военный магазин). В чифане солдатам младшего призыва можно было приобретать только воду и сигареты. Все остальное разрешалось лишь по особым дням, которые назывались «днями живота».

Андрей не имел права говорить деду слово «за*лся», потому что дух не имеет права устать. Поэтому парень, не зная усталости, гонял для дедушек на чифан и готовил им чай. Время от времени деды развлекались играми в «хобот» и «ежа». Чаще всего это касалось физически слабых парней, которые были не в состоянии дать отпор. Вот они и бегали на четвереньках по помещению роты с привязанным к спине табуретом, изображая ежа.

Еще было заведено, что солдаты первого и второго периода имели право пользоваться только двумя умывальниками из шести имеющихся. Остальные четыре — для дедов.

Мало кто в этой части пытался проявить сопротивление системе, таким был и Андрей. Те, кто все же пытался бунтовать, ходили потом в «чертях». Что касается командования, то офицеры, по словам Андрея, вряд ли не знали о существующих порядках среди солдат.

Черепашка. Дух становится на четвереньки, а дед лупит его табуретом по заду, после чего солдат бежит на своих четверых, будто по инерции, как черепашка. Чем сильнее удар, тем большее расстояние должен он пробежать. Рисунок: Габриэль Преображенский для kurjer.info

Ходить чертом. На того, кто не хотел жить «по дедовским» порядкам, набрасывались гурьбой и волокли в определенное место переводить в «черти». Там, удерживая его, стягивали штаны, а один из дедов бил по «мягкому месту» тапком с номером 13. После этого ни один солдат не мог находиться рядом, общаться и даже разговаривать с «чертом», иначе тоже мог попасть в немилость к дедушкам и пополнить ряды чертей. Такая процедура наказания за отказ подчиняться сохранилась в некоторых частях.

Никто меня не трогал. Это я упал

У Славы Ходоровича служба была повеселе, чем у Андрея. Он отслужил в одном из батальонов инженерной бригады в Гродно. Дедовщина там в то время процветала в лучших советских традициях.

Денег у Славы никто не требовал, не считая обязанности угощать дедушек сигаретами. Зато физически, на своем теле, приходилось испытывать некоторые тяготы службы. Слава легко мог за какую-либо провинность перед дедами «получить в грудь» или «стоять на кабине свечой». Это было особенностью дедовщины в этой воинской части — ставить солдат на голову в полный рост к стене. Еще одной особенностью была традиция «пробивания лося» огнетушителем. Бывало, молодому солдату били ногой в спину, в то время как тот принял упор лежа.

В первые месяцы службы это выглядит, конечно, очень жестко и ужасно. С течением времени солдаты начинают даже относиться к такому с юмором, а в конце службы, став дедами, вообще считают подобное прикольной традицией. Слава здесь не был исключением.

Стойка на кабине. Кабиной в армии называют головной убор или саму голову. Стойку применяли не ради развлечения, а исключительно как наказание за провинность. Солдат становился на три точки опоры: голову и ноги, держа руки за спиной. Такая поза очень опасна, так как может травмировать шею или вызвать приток крови к голове. Изображение: Габриэль Преображенский для kurjer.info

Вечерами Слава, как и остальные духи, делал «разминирование кровати» для деда: забирался под кровать и якобы искал там мины, а после докладывал деду, что все чисто и можно спокойно отдыхать. За такие развлечения благодарные деды после отбоя продолжали игры с духами в «кукушку» и активно занимали спортом молодую смену. Духи ночью могли до изнеможения отжиматься или делать другие физические упражнения.

В какой-никакой досуг Славе в статусе духа разрешалось читать книги и посещать тренажерный зал. Также можно было пользоваться одеколоном и умываться утром. Однако такие привилегии молодые солдаты имеют далеко не во всех частях.

Игра с хоботом. Традиция, существующая ради шутки. Заключается в том, что военнослужащий-слон имеет мнимый хобот. Дед его может якобы оторвать и забросить на другого солдата или даже офицера, а слон, в свою очередь, должен бежать за тем человеком, чтобы забрать свой хобот. Возвращаясь, слон должен сообщить деду о том, что он-таки спас свой хобот. Дед может привязать хобот, например, к скамье. Тогда слон не сможет никуда пойти и исполнять приказы, оставаясь на том месте, пока его хобот не отвяжет хоть кто-нибудь из дедов.

Сушка крокодила. Солдат, упираясь руками и ногами в кровать, висел над ней столько времени, сколько приказывал дед или пока не падал от усталости. В классическом варианте исполнения внизу кто-то держал штык-нож для дополнительного устрашения. Но во время службы я не видел и не слышал, чтобы кто-то «сушил крокодила» с использованием ножа. Изображение: Габриэль Преображенский для kurjer.info

В Печах как в печах

У Виталия Коваленко, как говорят, «по первому» (имея в виду первую половину года службы) вовсе привилегий не было, в отличие от Славы. Виталию пришлось проходить службу в центре технического обеспечения, одной из круп нейшихвоинских частей Беларуси в Печах. Это место на солдатском сленге называют «Техасом».

Виталий рассказал, что в начале службы офицер, ответственный за идеологическую работу, собирал всех молодых солдат на беседу. Говорил им, что дедовщина — вещь понятная и обычная, ничего, мол, особенно ужасного нет, что в жизни каждого парня своеобразная дедовщина начинается чуть ли не с детского сада. После услышанного и Виталию, и всем присутствующим стало понятно, что единственный выбор для них — терпеть. А терпеть действительно было что…

Физические «прокачки» ночью, разные бессмысленные и иногда жесткие развлечения дедов, походы за продуктами для дедушек на чифан — все это было для Виталия обычной ежедневной реальностью. Выбора не было. В Печах все жили «по дедовщине», а если кто-то и пытался жить «по уставу», то обычно не выдерживал и недели травли. «Дедовщина Техаса» отличалась особой жестокостью в своих правилах. Например, пока Виталий был духом, ему нельзя было пользоваться пеной для бритья, только мылом, нельзя использовать швабру, мыть пол следовало только с тряпкой в руках. Таких неписаных законов было много. Про чифан и книги даже думать запрещалось, ибо свободного времени у духа быть не может.

Кукушка. Солдат садится на спинку кровати и полностью закутывается в одеяло. В такой позе он сидит и издает звуки кукушки до тех пор, пока дед не подойдёт да и саданет по нему подушкой. От удара солдат падает в постель и сразу должен засыпать. Рисунок: Габриэль Преображенский для kurjer.info

После того как Виталий по сроку службы уже сам стал дедом, то вновь состоялась знаковая беседа его призыва с идеологом батальона. На этот раз офицер сменил риторику. Мол, дедовщина это несерьезно и противоправно, мол, нельзя так относиться к молодым бойцам и позорить себя причастностью к этой традиции.

Пожелать доброй ночи. Когда звучит команда «отбой», обычно деды желают спокойной ночи духам: «Спите духи золотые, ваших баб е*ут другие!». На это все духи отвечали хором: «Спите дедушки и вы, ваших баб е*али мы!» Притом никто из духов не имел права засыпать прежде, чем заснет последний дед.

Вышли, мамка, денег мне

Кардинально иным мир дедовщины увидел Иван Шикуть в слуцкой железнодорожной бригаде транспортных войск. Там командование части на проявления неуставных отношений глаза не закрывало, а некоторые офицеры относились к дедовщине принципиально отрицательно. Это было главным фактором ее слабости в войсковой части.

Еще один фактор заключался в том, что в этой части проходят службу парни, которые не принимают присягу и отказываются брать оружие в руки, чаще всего по религиозным убеждениям. Кто-то из них рассматривал дедовщину как игру, а кто-то считал ее жестокой и поэтому принципиально отказывался участвовать в такой «игре». И таких протестных солдат в роте Ивана была половина в каждом призыве.

Ночные физические «прокачки» у Ивана закончились через два месяца службы, после того как в помещении роты установили камеры видеонаблюдения, но это не мешало отжиматься между коек или в других помещениях, куда цивилизация не дошла. Иван также «сушил крокодила» и «бегал за хоботом». Пока оставался духом, ему нельзя было заниматься спортом и посещать чифан. Все свободное время духи бесконечно наводили порядок в помещениях.

ТУ-144. Забава для дедов, о которой я слышал только в железнодорожной бригаде. Дух бегал по помещению роты, изображая самолет, и просил разрешения у деда пойти на посадку. После того как дед давал разрешение, солдат падал грудью на пол. В период своей службы я не слышал, чтобы деды так развлекались, но несколько лет назад, как мне говорили, это было нормой почти в каждой роте. Рисунок: Габриэль Преображенский для kurjer.info

Были у Ивана и свои обязанности: считать дни до дембеля дедушки, покупать своему деду сигареты и каждый вечер расстилать кровать для него. Но Ваню и тех ребят, которые жили «по дедовщине», задевало то, что половина солдат не подчиняется правилам и ничего от этого не теряет. На этой почве случались даже открытые конфликты, которые не заходили далеко, поскольку деды очень боялись, что об этом узнают офицеры.

В этой бригаде дедовщина была подвязана на деньгах. Дух и даже тот, кто живет «по уставу», мог приобрести за деньги себе личные права: пользоваться мобильным телефоном или ходить на чифан. За каждое право была фиксированная цена — 25 рублей. Переход в деды также стоил 25 рублей. Деньги нужно было передать любому из дедов. Таким образом, некоторые деды выходили со службы с немалыми деньгами на «погулять». Иван на привилегии потерял около 60 рублей, но ему впоследствии деды вернули все за обещание не рассказывать об этом, поскольку офицеры внезапно стали отслеживать проявления дедовщины в роте.

На четвертый месяц службы почти все духи в роте Ивана отказались жить по дедовским законам, и деды ничего не могли сделать. Дедовщина полностью перестала существовать, но ненадолго, до следующего призыва.

Перевод. Получение военнослужащим нового статуса по законам дедовщины в каждой части может иметь свою традицию, однако суть одинакова: солдат снимает штаны, а дед бьет его ремнем с бляхой. Рисунок: Габриэль Преображенский для kurjer.info

Читателю

Информация, изложенная в статье, основана на моих личных наблюдениях и на рассказах тех, кто проходил срочную службу в белорусской армии в 2014—2016 гг. Герои статьи пожелали остаться неизвестными, поэтому имена изменены. Рисунки выполнены художником Габриэлем Преображенским.

Важно понимать! Ситуация с наличием «дедовщины» в подразделении может меняться! Это происходит под влиянием нового призыва или смены командования и его отношения к этому явлению.

Следует отметить, что сегодня Министерство обороны жестче реагирует на подобные вызовы, а отношение со стороны офицеров меняется в позитивном направлении. Принимается комплекс мер по противодействию «дедовщине» в армии. За такие проступки, особенно с причинением физического вреда, солдат может понести уголовное наказание вплоть до лишения свободы.

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?