23 мая на открытии Белорусского промышленного форума заместитель премьер-министра Беларуси Владимир Семашко сообщил, что первую партию автомобилей на новом заводе Geely под Жодино соберут уже в июне. Ожидается, что, когда завод выйдет на полную мощность, он сможет производить до 60 тысяч автомобилей ежегодно. А если продажи будут высокими, то объем выпуска может быть увеличен до 120 тысяч автомобилей в год.
Не приходится сомневаться в способностях белорусской промышленности — производить товар в большом количестве она умеет. Но возникают иные вопросы. Какой смысл строить в 2017 году автозавод, если уже в ближайшие 10—15 лет весь мир будет переходить на электромобили? Более того, какой смысл создавать производство с ориентацией на Россию, если российский авторынок падает уже несколько лет?
Очевидно, что мир стоит на пороге коренных изменений в автомобилестроении. Применение электрических двигателей вместо бензиновых и дизельных — уже не сюжет фантастических фильмов, а реальность, которая стучится в дверь и которую нельзя игнорировать. Ранее электромобили отсутствовали в массовом производстве, потому что они не могли конкурировать с топливными автомобилями ввиду большого количества недостатков: аккумуляторы быстро выходили из строя, имели небольшую мощность и высокую цену, их утилизация была сложной и неэкологичной, а для обслуживания большого количества машин было необходимо создавать большую инфраструктуру. Но теперь эти недостатки электромобилей перестают быть актуальными. Да, машины с электрическим двигателем пока еще относительно дороги, но эксперты из Bloomberg полагают, что уже в 2025 году электромобили станут дешевле автомобилей на топливных двигателях. В Renault еще более оптимистичны: они полагают, что ценники на обычные автомобили и электромобили сравняются уже в начале 2020-х.
Строить в таких обстоятельствах новый автозавод — довольно сомнительна идея, которая противоречит последним тенденциям. Это то же самое, что инвестировать в начале 1990-х в массовое производство печатных машинок. Чем-то это напоминает печально известную совместную государственную программу «Союзный телевизор» так называемого «союза Беларуси и России». Если помните, в начале 2000-х в рамках этой программы Беларусь и Россия инвестировали более $100 миллионов, чтобы возродить производство телевизоров. Большая часть этих средств пошла на «возрождение» воронежского завода по производству электронно-лучевых трубок. Что было дальше, вы знаете: государственные деньги были освоены, но в мире на место кинескопных телевизоров пришли телевизоры с жидкокристаллическим экраном, таким образом государство вложило деньги фактически в технологию вчерашнего дня.
У большинства людей электромобили ассоциируются исключительно с компанией «Тесла», хотя научными разработками в этом направлении сейчас занимаются все крупные автопроизводители. В авангарде этих разработок —частные компании. А государство, в свою очередь, просто помогает создавать юридическую базу, специальную инфраструктуру, а также субсидирует приобретение электромобилей. Но если все ключевые решения в экономике принимает государство, очевидно, что в таком государстве никогда не появится «Тесла».
Если ответственные за строительство завода «БелДжи» говорят о 60 тысячах автомобилей в год с перспективой увеличения производства до 120 тысяч, они надеются на экспорт этой продукции, потому что белорусский рынок слишком мал для таких объемов. Вряд ли эти автомобили будут экспортироваться в страны Центральной и Западной Европы. На 2015 год Geely экспортировала свои автомобили в следующие страны Европы: Беларусь, Украина, Россия, Казахстан, Азербайджан и Турция. В других странах Европы китайский автопроизводитель пока не мог конкурировать с другими давно известными производителями.
Вице-премьер Беларуси Владимир Семашко надеется, что «Джили» будут массово экспортироваться в Россию. На открытии белорусского промышленного форума он отметил: «Мне кажется, что проект удался. Потому что когда я смотрю статистику по России за 2014 год или 2015 годы, не помню точно, то там сильно упал рынок восточных и западных моделей — на 25—40%. А продажи фирмы Geely возросли на 45%».
Но если посмотреть на официальные цифры Geely, имеющиеся в свободном доступе, ситуация несколько иная. Вот как выглядят показатели деятельности Geely по количеству проданных автомобилей в России.
- 2008 — 3780
- 2009 — 7681
- 2010 — 1944
- 2011 — 6060
- 2012 — 17 566
- 2013 — 27 263
- 2014 — 18 828
- 2015 — 11 617
Очевидно, что пик продаж пришелся на 2013 год, а в 2014 и 2015 годах продажи автомобилей падали, как и весь российский рынок. Данных в свободном доступе за 2016 год пока еще нет, но известно, что в прошлом году Geely продали еще меньше автомобилей в России. Российский авторынок месяц за месяцем продолжает свое падение, и достижение дна пока не предвидится. Как можно полагаться на рынок восточного соседа в такой ситуации — большая загадка.
Более того, даже если авторынок России пойдет вверх, вряд ли мощное автомобильное лобби в России позволит десяткам тысяч белорусских автомобилей просто так попасть на рынок федерации.
Кажется, на всех уровнях у нас декларируется необходимость снижения экономической зависимости от России, но строительство крупного автозавода не только не решает эту проблему, но как раз таки увеличивает зависимость от нашего восточного соседа.
