В марте 2018 года новым председателем Белорусской социал-демократической партии был избран 36-летний могилевчанин Игорь Борисов. В партии состоит с 2001 года и, как рассказал в интервью «Нашей Ниве», он считает, что Беларуси нужен закон о финансировании политических партий и намерен добиваться его принятия.
«Наша Нива»: Через два года президентские выборы, какие планы на них у социал-демократов?
Игорь Борисов: Мы изучаем ситуацию, чтобы решить, рационально ли принимать участие в кампании. Мы не называем это «выборами», ведь выборов нет, называем избирательной кампанией. Свои предложения по изменению избирательного законодательства мы направляли председателю ЦИК Лидии Ермошиной. Получили ответ, что она перенаправила их Лукашенко, а Александр Григорьевич ничего не отвечает. Зачем что-то менять, если режим все устраивает. Он может и в дальнейшем «побеждать» так же, как и «побеждает» сейчас.
Создана временная группа при центральном комитете БСДП, в которую вошли Мечислав Гриб, Олег Трусов, Ирина Вештард и я, как председатель. Цель этой группы — изучать возможности участия и возможные кандидатуры. В партии настроения такие: не работать на других кандидатов, не работать на единого, который невозможен.
Только в 2001 году оппозиции удалось договориться о едином. Даже в 2006 было два кандидата. У нас тогда был свой кандидат — Александр Козулин. Я считаю, что это была очень сильная кампания, хотя и ушло много денег. Нам тогда удалось собрать 170 тысяч подписей. За всю историю социал-демократы поддержали только двух кандидатов — это Станислав Шушкевич и Александр Козулин.
В 2008 году партия сменила лидера, это был Александр Козулин, что поспособствовало его скорейшему освобождению. Что-то подобное происходила в Италии времен Муссолини, когда в заключении находился основатель Итальянской коммунистической партии Антонио Грамши. Тогда партия приняла стратегическое решение сменить руководителя ради его освобождения.
Мы сменили руководителя, им стал Анатолий Левкович. Имиджево произошел провал. В 2010 году партия работала на всех кандидатов. В 2015 году снова проблема: к единству оппозиция не пришла. Тогда «Говори правду» решила действовать слишком нахраписто. Они выдвинули кандидатом в президенты члена нашей партии Татьяну Короткевич, но мы об этом узнали только из репортажей в СМИ. Она проявила полную нелояльность к партии.
«НН»: Разговоры ходили, что кампания «Говори правду» едва ли не рейдерский захват социал-демократии готовила.
ИБ: Фактически, все шло к этому. Стоял вопрос о том, что может смениться руководство, программа, даже название. Другой же вариант был — поставить в руководство кого-нибудь лояльного и дальше двигаться вместе, подписать еще кого-нибудь. Слава Богу, что этого не случилось и партия продолжает двигаться в адекватном направлении.
Сейчас народу хотят показать, в том числе через телеграм-канал «Незыгарь», мол, Александр Григорьевич сидит последний срок, а мы-мы-мы можем стать альтернативой.
…Если мы и будем выдвигать, то своего. Насчет финансового ресурса все очень слабо, как и в других оппозиционных партиях. Если даже все они объединятся, то не факт, что смогут что-то собрать.
Проблема даже не в том, чтобы заплатить. А в том, что люди не верят, что работая на оппозиционного кандидата, они смогут получить какое-то место в твоей команде в случае победы. У меня нет сильной уверенности, что в 2010 году все насобирали по 100 тысяч подписей.
«НН»: Существует правоцентристская коалиция из ОГП, БХД и Движения «За Свободу». А вы себе союзников не ищете?
ИБ: Я не хочу обижать коллег по демократической коалиции, но там только одна зарегистрированная партия. Не скажу, что мы лучшие, но уж точно не хуже этой коалиции. Потенциальный мобилизационный ресурс у нас неплохой. У нас на сегодня 1117 партийцев, но это индивидуальный учет, с фотографиями, с ежегодной сверкой списков. Если бы все партии так делали, то мы бы еще посмотрели, сколько в них осталось. Реальный актив составляет 300—400 человек, еще 300—400 человек можно куда-то вытащить. Еще человек 300 метлой никуда не загонишь, поскольку работают на государственной работе.
«НН»: Рассматривается ли возможность объединения с другими социал-демократическими партиями?
ИБ: Вопрос, с кем объединяться. Бывший лидер нашей партии Николай Статкевич остается в состоянии оргкомитета партии «Народная Грамада». Это не юридический субъект. Мы готовы к тому, чтобы люди из этого оргкомитета присоединялись к нам. Мы не готовы к слиянию, а только к вливанию в наш состав.
Есть официально зарегистрированная Белорусская социал-демократическая грамада Станислава Шушкевича. Если со Статкевичем идеологически нет противоречий, то партия Шушкевича абсолютно правая. У них социал-демократия только в названии. Зная Станислава Станиславовича, объединиться с ним очень сложно, причем, после такого «объединения» партий может стать намного больше.
Что касается «Справедливого мира», то имеется проблема. Они, конечно, провели ребрендинг. И я верю, что Сергей Калякин в душе прогрессивный коммунист, близкий к социал-демократии. Но у него есть коллектив закостенелых коммунистов, и он заложник их, их интересов. Они понемногу смотрят в сторону России, что исключает какое бы то ни было объединение. Во-вторых, они не совсем национальная организация. Они не придают внимания белорусскому языку. Для нас это важно. В-третьих, они по сей день не осудили сталинские репрессии. Вот такие нравственные причины мешают нашему тесному союзу.
Если рассматривать Партию зеленых, то мы во многом подогнали программы. У нас есть, например, экологическая программа. С профсоюзами сложнее, переговоры ведутся, но безрезультатно.
«НН»: Игорь, а каково это руководить партией? Вон некоторые лишь по два месяца выдерживают.
ИБ: Это зависит и от атмосферы внутри партии. У нас на данный момент ситуация значительно лучше, чем год назад, и еще лучше, чем два года назад. Тогда еще мешали внутренние конфликты, вызванные избирательной кампанией Татьяны Короткевич. Несколько десятков человек в результате отвалились. Впрочем, мы вскоре этот баланс восстановили. Люди идут в партию. В прошлом месяце в одном только Минске два человека пришли в БСДП. На данный момент, я бы сказал, партия монолитная и имеет общее видение.
Что касается ОГП и Василия Полякова, то он пришел не в самый подходящий момент. Во-первых, внутренние конфликты внутри партии. Во-вторых, отсутствие средств для оплаты за офисы организации. Он не мог переехать в Минск. Например, мне партия не может снять жилье в Минске, поэтому я продал свою квартиру в Могилеве, чтобы приобрести в столице. Два месяца я уже живу постоянно в Минске.
В чем корень проблемы? В том, что у нас нет закона о финансировании политических партий. Я говорю это повсюду и всем. Такие законы существуют даже в Узбекистане и Азербайджане, не говоря о прогрессивных демократических государствах. В Швеции государство финансирует прошедшие в парламент партии.
И мы будем в дальнейшем инициировать такой закон. Это не значит, что платить будет Лукашенко. Это граждане страны будут финансировать плюрализм идей. Мы хотим добиваться, чтобы юридические адреса региональных отделений партий могли находиться на личных квартирах. Если твоя партия зарегистрирована, то государство должно предоставлять офис для организации. А те партии, которые проходят в парламент, должны получать финансирование, пропорциональное количеству проголосовавших за нее граждан.
И ситуация с Василием Поляковым показывает, что воображаемое финансирование партий с Запада — это большой миф. Если бы такое было, то никто бы с поста председателя не сбегал.
