Вечером 27 августа в Минске состоялась встреча избирателей округа №107 с депутатом Геннадием Давыдько. В течение двух с половиной часов было шумно, эмоционально и порой нервно.
Встреча проходила в библиотеке имени Янки Купалы. Народу собралось много, сотни две минимум, довольно большой читальный зал даже не мог вместить всех желающих.
Напомним, избиратели хотели поговорить с номинально «своим» депутатом перед тем, как запускать процесс его отзыва.
«За отзыв депутата мы собрали более 500 подписей, необходимые полторы сотни собрали в первый же день», — говорили люди.
Еще перед началом встречи к сборщикам подписей стояла небольшая очередь желающих.
Вел встречу лидер движения «За Свободу» Юрий Губаревич. «Я буду модератором», — предупредил он Геннадия Давыдько. «А вы кто?», — спросил депутат.
Решили, чтобы сначала Давыдько коротко выступил, а потом — вопросы и предложения. Это не понравилось депутату. Во вступлении Давыдько сказал по-белорусски: «Здесь собрались не мои избиратели, поэтому я не понимаю, зачем мы здесь собрались? Мне дали 10 минут на выступление — это оскорбление. Я считаю, что мне выступить не дали!»
Наконец, перешли все же к вопросам. Губаревич предложил, чтобы задавали вопросы только жители округа, и попросил, чтобы жители подняли руки. Подняли почти все присутствующие.
Давыдько решил перехватить инициативу: «А кто из вас был на выборах?»
Руки не опускались.
«А кто голосовал за меня?»
Подняли руки человек пять.
«Тогда чего мне с вами говорить?» — снова спросил Давыдько.
Такой его подход был непонятен людям. С одной стороны — и это отмечали после встречи некоторые присутствовавшие — Давыдько заслужил какое-никакое уважение, так как не стал уклоняться от явно неприятного разговора. С другой стороны, он всю встречу подчеркивал, что знает, как ему здесь не рады и дешево балагурил («Ну выдайте мне уже наконец черную метку!»).
Сначала люди спрашивали о выборах.
«Я обращалась к Давыдько еще в июне, написала о пытках Павла Северинца и других задержанных, мое обращение осталось без ответа, так как я якобы не имею права представлять Северинца и других задержанных», — выступила правозащитница Тамара Сергей.
«Я ответил на обращение в пределах своей компетенции. Комиссия, которую сейчас создали, расследует события и разберется», — ответил депутат.
«Когда ее создали, ту комиссию?»- спросили люди.
«Позавчера».
«Кто ее председатель?»
«Неизвестно», — признался Давыдько.
Следующий вопрос был о судах над задержанными гражданами. Мол, почему людей судят за несколько минут, а силовиков не судят вообще?
«Не могу объяснить. Это неправильно, — ответил Геннадий Давыдько. — Но я признаю, что комиссию, которая будет разбираться, нужно было создать 10 или 11 августа. Это ошибка власти, что ее так поздно создали».
Потом он добавил, что «сегодня мы теряем Родину, теряем страну». В ответ на это люди засвистели и загудели.
«Лукашенко набрал 80%?» — поинтересовались у депутата присутствующие.
«Считаю, что победил. Доверяю ощущениям и ЦИК», — был ответ.
Одна из женщин напомнила Давыдько его собственные слова:
«Вы мне сами говорили на приеме: «Я чувствую какую-то «мульку» в голосовании, все же 80% — многовато». Давыдько не спорил: да, о «мульке» говорил.
«Но я говорил с членами «Белой Руси», которые были в комиссиях, все они сказали, что на их участках фальсификаций не было», — объяснил Давыдько. Сказал, что независимых наблюдателей он не опрашивал, так как они «все равно были бы недовольны».
«Мне достаточно было опросить тех, кого считаю честными людьми. Верю, что в целом выборы прошли правильно, в рамках закона. Результат меня устраивает», — сказал депутат»
Тогда у него спросили, реагировал ли он как-то на многочисленные заявления избирателей о фальсификациях. Давыдько ответил, что направлял запрос в ЦИК. Его попросили вспомнить формулировку запроса.
«Просьба предоставить реальные результаты выборов», — сказал Давыдько.
Люди разочарованно засмеялись.
Остро подняли и вопросы про ОМОН и милицию на избирательных участках, которые выталкивали людей с территорий участков.
По словам Давыдько, это было сделано согласно «оперативной информации». Мол, появились сообщения, что готовятся провокации по захвату участков, поэтому их охрану усилили. И силовые меры были направлены не против избирателей, а против провокаторов.
Тогда один из присутствующих рассказал свою историю: «Ждали результатов голосования — и вдруг приехали ОМОН и милиция. Подошли на участок 10—12 человек, у них на руках перчатки с кастетами, а их силовики спокойно пропустили внутрь. Есть сотня свидетелей, есть видео. Что это было?».
«Я не знаю что это было, пишите заявление в МВД. Обещаю проследить, чтобы мне объяснили, мне самому интересно», — ответил Давыдько.
Рассказывали люди и о других моментах. Давыдько отвечал одинаково: если были нарушения, то виновных нужно искать и наказывать. Для этого обращайтесь в ЦИК, милицию, другие структуры.
Выслушав истории избитых силовиками, он не защищал ОМОН и милицию. Но отвечал одинаково: нарушения — это плохо, обращайтесь в соответствующие органы и комиссии, они разберутся. Обращайтесь ко мне, я буду содействовать.
Парень на костылях рассказал, как его задержали и избили, как его головой вытирали микроавтобус, а потом покрасили его голову в белый цвет, за что на Окрестина били еще больше…
Увидев юношу, Давыдько фыркнул: предупредили бы меня, я привел бы раненых силовиков.
Но потом внимательно дослушав подробную историю издевательств, он очень серьезно сказал: «Ужасная история. Те, кто это делал, должны быть наказаны. Их надо судить и наказывать, это важно для цивилизованного государства. Примите соболезнования. Я постараюсь узнать и сделать что-то. От имени власти скажу вам: извините».
Также Давыдько постоянно напоминал об изменениях в Конституцию, которые хочет провести Лукашенко. Мол, да, закон о массовых мероприятиях у нас не идеальный. А вот когда поменяем Конституцию… Или про видеокамеры на выборах: да, это хорошо, надо и голоса считать под камерами. Вот в будущем, когда поменяем Конституцию…
Постепенно вопросы «что вы сделали, как депутат» сменились лобовыми вопросами о взглядах и мнениях самого Давыдько. Здесь градус дискуссии немного вырос. Давыдько не забыл попинать оппозицию и респектнуть Лукашенко:
«Тихановская — никто, за ней стоят другие люди».
«Система справится и без Лукашенко, но без такой мощной фигуры сюда придут другие люди, гарантированный хаос!»
«Идет информационная война, полностью правду не показывает никто, но госСМИ хотя бы пытаются стабилизировать ситуацию».
«Координационный совет — кто эти люди? Их никто не выбирал, с ними не будет переговоров».
«Жаль, что артисты Купаловского стали жертвами политических интриг. Я скорблю».
«Если не будет нынешней власти, заработает пропаганда, кандидата навяжет Восток или Запад, поскольку у них есть деньги».
«Беларусь как суверенное государство никому не нужна. И я считаю, что в таком случае нам лучше быть с Россией, она желает нам добра! Ведь ровно дружить со всеми соседями не получится!»(здесь люди возмущенно зашумели).
«Я имею право на свое мнение, даже если оно вам и не нравится. Хотите вы того или нет — Лукашенко гарант нашей независимости!»
Неожиданно высказался Давыдько и о бело-красно-белом флаге.
«Если флаг ценит хотя бы один человек, то этот флаг нельзя шельмовать. Под любым флагом убивали. Из чего угодно можно сделать и святое, и позорное. Полицаи с этим флагом убили троих моих родственников, а семерых расстрелял НКВД под другим флагом. Все совсем не просто. Да, под бело-красно-белым флагом были разные люди, но меня этот флаг не пугает».
Одна из женщин спросила о лексике Лукашенко: «Он говорит о людях — овцы, наркоманы, нацисты, крысы. Допустимо ли это? Соответствует ли человеческой и президентской этике?»
«Нет», — признал Давыдько. Но Лукашенко, мол, человек эмоциональный.
«А допустимо ли, что главу государства называют тараканом?» — спросил у присутствующих Давыдько.
«Дааааа!!!» — откликнулись люди. И объяснили: мы частные лица. То, что может сказать тебе прохожий на улице, недопустимо слышать из уст чиновника или президента.
Некоторые вопросы и высказывания были сильнее ответов на них.
«У нас нет нефти или газа, наш главный ресурс — белорусский народ», — сказал один мужчина.
«Вы говорите, что мы теряем Родину — но ведь это Родина теряет нас», — высказался другой.
«После выборов у людей чувство, что нас изнасиловали, избили и спросили: а что вам не нравится? — выступил предприниматель, отец пяти дочерей. — Я читаю Библию, в Ветхом Завете сказано: если жертва во время изнасилования кричала, то насильника карают смертью. И мы сейчас кричим: выходим на улицы, сигналим машинами. И нас слышит весь мир, а президент — не слышит. Мы не чувствуем себя в безопасности. Как лидер, депутат — защитите нас. Чтобы это изнасилование осудили!».
«Я люблю поспать, но в последнее время не очень люблю просыпаться. Появилось какое-то ощущение, будто в семье кто-то умер, ощущение потери», — ответил Давыдько. И после театральной паузы попросился: «Мне очень дорого ваше выступление, можно я уже пойду?»
Люди, правда, не оценили жеста: куда ты уйдешь, еще 9 минут! Пришлось остаться.
Ему озвучили предложение: становитесь на сторону народа и не надо будет никого отзывать! Поддержите то, что просят люди!
А просили люди следующее. Во-первых, чтобы Давыдько потребовал копии протоколов с избирательных участков и заявления о фактах фальсификаций, чтобы аккумулировать всю возможную информацию о выборах (депутат подчеркнул, что не знает, насколько это реально, но согласился). Во-вторых, чтобы было разбирательство по случаям насилия со стороны силовиков (Давыдько здесь был тоже не против). И в-третьих, чтобы он инициировал импичмент Лукашенко.
«Парламент может лишить должности президента по двум причинам: состояние здоровья или тяжкое преступление. Мы считаем, что подходит импичмент по состоянию здоровья, так как здоровый человек не будет говорить того, что говорит Лукашенко, и не будет давать оружие ребенку… Но выбирайте сами», — предложили люди.
«На это я, само собой, не пойду. Лукашенко должен оставаться президентом», — ответил людям Давыдько.
На том и закончили.
После встречи кто-то был недоволен, кто-то рад, что состоялся хоть какой-то диалог, но главное не это. Главное даже не слова, сам факт встречи или количество на ней людей. Главное, что люди уже не просят депутата, не жалуются на свои районные проблемки в надежде, что может быть «большой человек» их услышит и поможет. Сейчас люди просто и открыто ставят перед депутатом ультиматум — вот то, чего мы хотим. Иначе мы снимем тебя с должности. Разумеется, отзыв — вопрос не ближайшего времени, а учитывая еще участие в нем ЦИК — дело почти безнадежное. Но сдаваться никто не собирается. Никто больше не хочет молчать, прощать, забывать. Люди хотят вернуть украденное у них — и не только знают, что имеют на это право, а наконец-то почувствовали в себе силы на это.
