Фото Надежды Бужан.

Фото Надежды Бужан.

Сегодня главного редактора «Нашей Нивы» Егора Мартиновича судили якобы за участие в несанкционированной массовой акции 11 августа. Приговор — 15 базовых (405 рублей) штрафа — вроде бы и мягкий в ситуации, когда на аналогичных процессах, некоторые из которых длятся не дольше 10 минут, многим присуждают сутки. Однако судья Елена Некрасова отказалась сделать то единственное, что могло подтвердить или опровергнуть свидетельства сторон — сверить их с данными мобильного оператора о нахождении абонента Мартиновича в ночь на 11 августа.

Именно об этом судью просил адвокат Мартиновича Сергей Зикрацкий.

Судья Елена Некрасова отклонила ходатайство: суду, мол, достаточно для вынесения решения и того, что есть.

Напомним, что дело Егора Мартиновича рассматривали сегодня в суде Заводского района Минска.

Как рассказал Егор Мартинович, решение о возбуждении уголовного дела о клевете в отношении него было принято в понедельник, 21 сентября. Тогда как повестка из суда Заводского района по административному делу датируется 22 сентября.

Егор Мартинович был задержан утром 23 сентября по делу о клевете (ст. 188 УК) в отношении заместителя министра внутренних дел Барсукова. Он провел в ИВС на Окрестина трое суток и был выпущен на свободу. Егор остается в статусе подозреваемого по данному уголовному делу.

Суть административного дела, которое разбиралось сегодня, в следующем. 11 августа Егор Мартинович был задержан в собственной машине, когда около 2 часов ночи ехал забирать свою жену, журналистку Tut.by Адарью Гуштын, которая работала целый вечер возле метро «Пушкинская», где в тот день происходили протесты против фальсификации итогов президентских выборов.

Жена Егора Мартиновича Адарья Гуштын (слева) и его мать, известная журналистка, писательница и искусствовед Татьяна Мушинская (справа).

Жена Егора Мартиновича Адарья Гуштын (слева) и его мать, известная журналистка, писательница и искусствовед Татьяна Мушинская (справа).

Столкновений и демонстраций в момент задержания Егора уже не происходило.

Задержавшие Егора люди с автоматами проигнорировали его журналистское удостоверение.

Машина осталась стоять на проезжей части с открытыми дверями и ключом в замке зажигания. Случайно проезжавший мимо автомобилист увидел ее, остановился и припарковал в ближайшем дворе. Там она простояла почти два дня. Ничего из машины не пропало, в том числе ноутбук.

Более 36 часов на семья, ни коллеги не знали, что случилось с Мартиновичем. 12 августа он нашелся в изоляторе Жодино и его отпустили. Ему сказали, что его отпускают по решению министра внутренних дел Караева. На автомобиле МВД его доставили из Жодино в Минск.

Сегодня в суде в качестве свидетелей выступали люди, которые видели Мартиновича в ночь с 10 на 11 августа, работали в тот вечер вместе с ним. Выступил свидетелем и житель Минска, который случайно увидел машину Мартиновича, оставшуюся на месте задержания открытой. Как «свидетель административного правонарушения» по выдеосвязи давал суду показания участковый из Фрунзенского района Константин Савеня.

«Мы против того, чтобы он выступал по скайпу», — заявил адвокат Сергей Зикрацкий. Но судья ходатайство отклонила.

Савеня отвечал на вопросы прямо из машины.

Савеня рассказал, что он участковый. Ночью 11 августа поступила информация о несанкционированном шествии. Люди кричали «Жыве Беларусь» и аплодировали.

«Сколько людей было?» — спросила судья.

«Не могу ответить. Большое количество», — ответил Савеня.

По его словам, после предупреждения задержали самых активных. Он сам в задержаниях не участвовал. Узнает ли Мартиновича, ответить не смог.

«Лицо знакомое, но так не припомню», — сказал Савеня.

«Почему вы в машине, но не можете приехать в суд?» — спросил его Мартинович.

Вопрос отклонила судья Некрасова.

«При каких обстоятельствах задержали конкретно меня?» — спросил Егор Мартинович.

«Не могу ответить»»

«В какой одежде я был?»

«Не могу ответить, месяц прошел».

«Конкретно меня предупреждали, что мероприятие несанкционированное?»

«Предупреждали всех в массе».

«Как я реагировал на предупреждения?»

«Я не помню. Если вас задержали, значит вы не отреагировали на предупреждение», — ответил участковый Савеня.

«Вы в показаниях утверждаете, что я задержан был в 3:05. Как вы объясните, что СМИ сообщили, что я задержан в 2:09?» — спросил Мартинович.

«Если в протоколе 3:05, значит было в 3:05» Что написано, я то и подтверждаю», — сказал Савеня.

«Опишите здания, возле которых меня задерживали?» — попросил Мартинович.

«Я не видел, как вас задерживали», — сказал Савеня.

Затем целый ряд вопросов задал адвокат Зикрацкий, Савеня отвечал огульно, мол, деталей не помню, много времени прошло.

«А допускаете ли вы, что я был там, но молчал?» — задал последний вопрос Мартинович.

«Нет, не допускаю, — ответил Савеня. — Те, кто молчал, взяли и ушли».

Не только в случае главного редактора «Нашей Нивы» — на 99,9% аналогичных процессов, связанных с акциями протеста или деятельностью противников Александра Лукашенко, судьи «доверяют» показаниям сотрудников милиции и не обременяют себя их проверкой, хотя бы путем получения данных мобильных операторов. 

Онлайн из суда здесь.

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?