Муралу с «диджеями перемен» в минском дворе скоро исполнится два месяца. Его закрашивают, сдирают, но он снова возвращается на прежнее место. Чтобы изображение обычных парней из Минска вновь не нанесли на будку, ее какое-то время даже круглосуточно охраняли силовики. Один из авторов мурала анонимно рассказал tut.by о секретах необычного арт-объекта.
Фото: Дмитрий Брушко, tut.by
Почему диджеи, почему именно в этом дворе?
Авторы мурала на «Площади перемен» на Червякова — несколько друзей, жители района. Один из них объясняет: сквер у кинотеатра «Киев», где звукорежиссеры Влад и Кирилл включили песню Цоя, — их «зона ответственности», потому что рядом.
— В первый раз мы хотели «вернуть» диджеев на кинотеатр. Но, когда наносили мурал на стену, мимо проехал наряд ГАИ — пришлось убегать по дворам.
Собеседник рад, что так вышло: в результате мурал поселился не на кинотеатре, а во дворе на детской площадке, и вокруг него закрутилась жизнь.
— Без жителей домов, их активной гражданской позиции и желания жить свободно не было бы никакой дальнейшей истории «Площади перемен».
Спрашиваем, почему на этом мурале именно диджеи, а не другие герои протеста — та же Мария Колесникова? Автор отвечает просто.
— Мария, Светлана, Виктор, Максим и десятки других, безусловно, герои, но диджеи — это герои снизу, тем более еще и наперекор системе, в которой им приходилось работать. Поступок парней прост, чист и от сердца — это невозможно организовать и проплатить, оттого и считывается так сильно всеми окружающими. В этом ценность их поступка и образа.
Минчанин считает, что основной секрет этого арт-объекта — в своевременности. Этим же объясняется его живучесть.
— Впервые мурал появился утром 12 августа, после трех страшных ночей. Это был день, когда девушки в белом собрались в цепь солидарности у Комаровского рынка.
Страх немного отступил, а несправедливость и жестокость не поддавались объяснению. Такой символ потом обязан был воскреснуть — чтобы у жителей была надежда. Страшно, когда ты один. Но когда вас много — это греет, дает силы действовать, — рассуждает мужчина.
Как вообще это делается?
Стена, на которой рисуют мурал, — не трансформаторная подстанция, как часто пишут. Это — часть вентиляционного помещения подземного паркинга, который находится прямо под детской площадкой.
Сам мурал до последних недели-двух был бумажным.
— Это обработанная фотография диджеев. Детали минимизировали до двух цветов для контраста и чтобы была возможность сочетать с любым цветом стен. Изображение нанесли на бумагу средней плотности с матовой стороной. Приходилось использовать обычный клей ПВА для нанесения с помощью валиков.
Сейчас арт-объект воссоздают другие жители двора. Собеседник объясняет, как именно:
— Они наносят мурал аэрозольной краской. Так быстрее и дешевле, плюс изображение покрывают гидрофобизатором — это состав, который отталкивает влагу и большую часть красок.
Сколько раз воскресал мурал
— Недавно прочитали в одном из телеграм-каналов, что только на войне символы дороже ресурсов. Сейчас мы можем наблюдать, какие ресурсы тратятся на борьбу с символами новой Беларуси, — говорит местный житель.
Ресурсов только на борьбу с рисунком на будке в одном минском дворе, похоже, правда потрачено немало. Его автор говорит, что изображение восстанавливали точно больше десятка раз.
Но это его не расстраивает:
— Уличное творчество подразумевает недолговечность.
Просим автора мурала перечислить, какие у него были воплощения.
— Технически мурал появлялся в новом обличье семь раз — именно с новой бумагой. Еще три раза сами жители оперативно смывали краску, которую нанесли работники ЖКХ. Постепенно выработали тактику нанесения специальных растворов для защиты бумаги. Последние разы на стене появляется трафарет — то есть закрашивается черной краской по контуру силуэт диджеев. Несколько вечеров, пока стена была покрыта черным битумом (что запрещено на детских площадках из-за высокой воспламеняемости), силуэт диджеев делали из картона — его просто выносили на площадку к вечерним мероприятиям «Площади перемен».
15 сентября во «дворе перемен» задержали жителя Степана Латыпова, мужчина стал на защиту мурала и просил приехавших милиционеров представиться. Потом у Латыпова прошел обыск, ему предъявили серьезные обвинения — мол, хотел отравить силовиков.
После задержания Степана Латыпова арт-объект снова закрасили и продолжительное время не восстанавливали.
— За неделю до задержания двор взяли под бдительное наблюдение. Помимо очевидных бойцов в масках туда-сюда блуждали и «тихари», сливаясь с жителями. Это охота на живца. Нам торопиться некуда. Степану также легче в заключении не стало бы, — объясняет собеседник.
Почему вокруг мурала так сдружились соседи?
— Как говорит Мария Колесникова: «Это невероятно!» Поверить в такое нельзя было. Но это же такие простые вещи — добрососедство, взаимопомощь, любовь человека к человеку. В детстве в наших дворах было похоже — когда дети обедали сегодня в одной квартире, а завтра в другой. Современный мир, технологии изменили нас. Но когда видишь, как вечером пару сотен человек собираются, чтобы выпить чая и обсудить житейские проблемы, а потом послушать импровизированный мини-концерт, на глазах проступают слезы, — говорит автор мурала.
Он добавляет, что восстановление изображения и другие активности во дворе — способ для жителей хотя бы так выразить свободное волеизъявление.
— Это свободное волеизъявление сообщества граждан, которые платят налоги, являются собственниками товарищества и так далее. И вот этот цикл — приклеить новый мурал, навязать тысячи новых ленточек, вывесить заново флаг, организовать концерт на балконе, спеть песни, устроить танцы, сделать детскую ярмарку, угостить всех чаем, улыбнуться друг другу и поздороваться по имени — это поступки людей, которым не нужно указывать, как поступать правильно, а как поступать нельзя.
Символические «Площади перемен» с такими же фигурами диджеев появляются в поддержку белорусов в других городах и даже странах. Что до Минска, то тут вслед за этим народным топонимом появилось немало других: «Плошча пераможцаў», «Площадь Марии Колесниковой», «сквер Нины Багинской».
Собеседник рад, что так вышло.
— Раньше эти дворы на карте архитекторов были лишь пустым пространством между коммерчески выгодной застройкой. Без названий и целей. Теперь они обретают имена, значение и ценность. Дворы эволюционируют, слава богу, что на этот раз — снизу.
