Николай Автухович — одна из самых ярких фигур общественно-политической жизни Беларуси за последние десятилетия. И вот в начале декабря 2020 года его вместе с группой друзей обвинили в создании «террористической группировки», действовавшей на территории Гродненской области, поджигавшей автомобили и дома сотрудников силовых ведомств.
«Наша Нива» вспоминает страницы биографии этого человека.
Фото Юлии Дорошкевич.
Николай Автухович родился на православное Рождество (сам Автухович связывал с этим фактом отдельные мистические события своей жизни) в 1963 году в Волковыске. Говорят, что отец был водителем, а мать сначала работала на хлебозаводе, а потом — в школьной столовой. У Николая есть младшая сестра.
Родители разошлись, когда дети еще были маленькими. Известно, что никакой роскоши в семье не могло быть. Выживали как могли.
«Говорить правду и не проходить мимо зла — я все годы придерживаюсь этих слов. И в детстве тоже, потому что воспитывался улицей, пока мать зарабатывала деньги. Для ребят из местного шанхая умение отвечать за свои слова было главной чертой характера», — говорил Автухович.
«С самого детства все смеялись над теми, кто разговаривал по-белорусски. После каждого лета у бабушки я тоже долго еще разговаривал на белорусском языке, а все друзья смеялись… Вот какая была пропаганда в СССР. И сейчас не лучше», — еще одно детское воспоминание Автуховича, о котором он писал друзьям из тюрьмы. В начале политической деятельности Автухович не очень задумывался о национальном, но во время заключения пришел к тому, что национальный язык и национальное сознание необходимы для развития общества.
Автухович был обыкновенным советским школьником: пионером, октябренком. Верил советской пропаганде. Павел Северинец вспоминал такой трогательный момент, как на приеме у посла США Автухович просил попробовать конфеты, так как с малых лет был убежден, что американцы их делают из нефти. «Вкусно», — с улыбкой произнес Николай, разрушив для себя один из мифов. Все смеялись.
Учился в ПТУ в Большой Берестовице на автомеханика, а на жизнь зарабатывал тем, что разгружал вагоны. Говорят, что отличником в учебе никогда не был, но выделялся своим упорством и целеустремленностью.
После призыва в армию его направили в российский Саратов, служил водителем в ракетной части особого назначения. Оттуда Николай сам попросился в Афганистан, авантюрная душа требовала приключений.
«Я тогда не думал, куда и зачем еду, что я там буду делать, кого там буду убивать. Сказали «надо», и я поехал. Сейчас, конечно, когда стал взрослее, я понял, что мы там не были нужны, что мы поехали убивать людей, которые защищали свою свободу», — говорил Николай.
Его мама вспоминала, что за два года и три месяца, которые сын провел в далекой азиатской стране, он несколько раз приезжал в Беларусь в отпуск, но условием было доставление тел погибших. За операции, в том числе охрану моста под Кандагаром, награжден медалями «За отвагу» и «За боевые заслуги», а также орденом Красной Звезды.
Вернувшись в Беларусь, остался на воинской службе, женился. Впервые увидел Елену, когда фотографировался в волковысском фотосалоне на загранпаспорт в Афганистан, но познакомился уже по возвращении с войны. У них родилась дочь Екатерина.
Приближались непростые, но полные перспектив 1990-е, тогда Автухович и решил, что хочет заняться бизнесом. Сначала возил овощи из Беларуси в Россию на продажу, потом выкупил старые армейские казармы, привел их в божеский вид и стал сдавать под жильё. Но настоящий успех и известность в городе ему принесла служба такси 22222.
Недорогие и удобные такси курсировали по всему городу, гаражи были сразу за домом Автуховича. Сам Николай говорил, что десять лет жил одной только работой, отдавая ей более 12 часов в сутки, без отпусков. Автухович вспоминал, что проблемы начались, когда появился новый председатель райисполкома, который стал намекать, что у его жены старый автомобиль и от нового она бы не отказалась. «Хочет — заработайте», — резко отвечал Николай.
После этого к Автуховичу пошли проверка за проверкой, его просто засыпали штрафами. В 2004 году Николай решил баллотироваться в парламент. Существовавшие тогда независимые соцопросы предрекали победу популярного предпринимателя еще в первом туре, но в лукашенковской Беларуси такого быть не могло — и депутатом стала директор гимназии Тамара Новосад.
После того как Автухович бросил перчатку районной вертикали, прессинг только усилился. Николай направил в Комитет по борьбе с организованной преступностью жалобу на коррумпированность волковысских налоговиков, но результатов это не имело. Автухович решился на жест отчаяния и объявил голодовку. Особых проблем со здоровьем не было, поэтому несколько недели без еды ему дались относительно легко. Впоследствии же голодать придется намного чаще и с большими рисками для жизни.
В итоге в отношении Автуховича возбудили уголовное дело за уклонение от уплаты налогов в особо крупном размере, а также работу без лицензии. Занимавшийся этим делом следователь ДФР Николай Олихвер спустя несколько лет успешно перебрался в на юг США, в солнечную Атланту.
Автуховича же помещают в СИЗО. Он сразу начинает рекордную голодовку, которая продолжается 74 дня. Следователи напуганы, что человек готов действительно умереть, и отправляют его под домашний арест. За эти дни Николай потерял 40 килограммов веса.
С дочерью после голодовки.
9 февраля 2006 года должен был начаться суд по уголовному делу, но Автухович сбежал из-под стражи. Причем, как говорилось в милицейской ориентировке, у предпринимателя с собой было оружие. Его задержали только спустя два месяца, прямо на улице в Минске.
Снова тюрьма, снова голодовки. В результате Автуховича приговорили к 3,5 годам лишения свободы. Причем конфисковали половину машин такси, квартиру, два склада. На свободу предприниматель вышел все же раньше, зимой 2008 года — помогло то давление, которое на режим оказывали Евросоюз и США.
Правда, буквально через год Автухович снова оказывается за решеткой. На этот раз обвинение звучит совершенно фантастически — подготовка теракта. Многие правозащитники и политики тогда перешептывались, мол, радикальный житель Волковыска действительно способен на такое, поэтому не спешили признавать его политзаключенным.
Фото Юлии Дорошкевич.
Утверждалось, что Автухович готовил покушения на заместителя министра по налогам и сборам Василия Каменко и председателя Гродненского облисполкома Владимира Савченко, а также совершил поджоги имущества начальника Волковысского РУВД Кацубы и налогового инспектора Мандика. В деле даже всплыл гранатомет, который нашли где-то в Волковыске. Прокурор Эльдар Сафаров (в этом году он уволился из органов по политическим причинам — «НН») просил приговорить Николая к 20 годам лишения свободы.
Но обвинение полностью рассыпалось — и Автуховича наказали только за пять найденных у него дома патронов от винтовки, но на 5 лет и 2 месяца!
Этот срок Автухович отсидел от свистка до свистка. На свободу вышел в апреле 2014 года из Гродненской тюрьмы. Свои письма из тюрем Автухович называл «письмами из ада», а чтобы добиться хотя бы какой-то справедливости в соблюдении условий отбывания наказания, даже вскрывал себе живот.
После освобождения из тюрьмы в Гродно. Фото Сергея Гудилина.
После освобождению Автухович возобновил автомобильный бизнес — теперь уже не такси, а логистический. Это давало средства на жизнь.
Одновременно он оказался вовлечен в структуры оппозиции, вместе с Вячеславом Сивчиком создал движение «Разам», но очень быстро разочаровался в этой деятельности. Помогал школьнику Донату Скакуну, которого осудили на 8 лет колонии за покушение на учительницу русского языка.
Автухович даже выдвигал ультиматум Лукашенко, но это, скорее, воспринималось с улыбкой. Он говорил, что самое важное качество, которым должны овладеть белорусы, — это конспирация.
А потом Николай вообще исчез. Почти все были уверены, что в целях безопасности он все же уехал за границу, хотя раньше и говорил: «Мне это неинтересно».
Фото Ирины Ареховской.
Нет, Автухович остался верен себе и ушел в глубокое подполье, но Беларусь не покидал. Большую часть времени он проводил в Бресте в гостях у Любови Резанович, которая когда-то имела свою фирму такси, а также у ее мужа, православного священника Сергея Резановича.
Теперь они и их сын Павел, работавший в администрации Ленинского района Бреста, также проходят по уголовному делу, возбужденному за терроризм. Какой же кульбит на сей раз готовит судьба Автуховичу?
