Год назад, 30 сентября, Елену Левченко задержали в минском аэропорту, когда она собиралась вылететь на лечение в Грецию. Ей присудили 15 суток ареста за участие в мирной акции протеста, а после «суток» снова судили и наказали штрафом. В тюрьме на Окрестина Елена Левченко провела несколько дней в одной камере с Натальей Херше.

«В камере нас было трое политических, — рассказывает Елена Левченко. — У нас забрали матрасы, подушки, одеяла. Поэтому Наташа спала на столике, а я пыталась лежать на скамейке. Она переживала, что это произошло из-за нее, а я сказала, что это произошло потому, что я здесь.

Наталья рассказала, что после ареста ее везли на Окрестина в автомобиле. В городе еще стояли цепи солидарности. Наталье удалось быстро открыть окно и выкрикнуть: «Жыве Беларусь!» От неожиданности водитель врезался в Audi. Сотрудники начали на нее кричать матом. Поэтому Наталья думала, что матрасы у нас забрали, чтобы так отомстить».

У Елены Левченко была книга Наполеона Хилла «Думай и богатей», которую она смогла взять с вещей с собой в камеру. Наталью заинтересовала эта книга.

«Буквально за два дня она успела ее прочитать, потом Наталью перевели. Недавно она написала в письме к брату, чтобы ей прислали Наполеона Хилла в могилевскую тюрьму, — говорит Елена Левченко. — Наталья — боец. Как-то к нам вечером в камеру пришли люди в балаклавах, приказали встать, повернуться лицом к стене. Они говорили, мол, вы хотите, чтобы было как в Украине… Потом один из них спросил, как у нас с питанием, нужно ли что-то? И тут Наталья поворачивается и говорит, что 13,50 рубля (а там на стенах висит информация, что после выхода за содержание нужно платить такую сумму за день) за такую еду многовато. Она смело борется за правду. То, что она из Швейцарии приехала в Беларусь, многое говорит о ней как о человеке».

По словам Елены Левченко, по письмам, которые Наталья Херше присылает из тюрьмы, можно поучиться жизни.

«То, как она держится за решеткой, ее письма меня вдохновляют. Это сила, у меня это вызывает восторг, — говорит Елена. — Она старается быть на позитиве, держится и вдохновляет всех нас. Хотя за решеткой это намного сложнее».

«То, что Наталья отказалась просить помилования, меня не удивляет. В этом Наталья Херше, она не будет извиняться, так как не совершала преступления.

Еще в камере она мне говорила: «Посмотри, у меня даже ногтей нет, как я могла поцарапать этого милиционера?» Все эти приговоры непостижимы уму. За что ей извиняться? Я ее в этом поддерживаю. Но если кто-то написал или думает написать прошение о помиловании, это их собственное решение. Здесь нельзя говорить, правильно ли это или нет. Я их не осуждаю. Это как кто и какую боль может переносить». По словам Елены Левченко, возможность освобождения Натальи Херше из заключения была, когда спортсменка направила открытое письмо президенту Международной федерации хоккея, швейцарцу Рене Фазелю. В письме Елена писала, как можно проводить чемпионат по хоккею в Беларуси, «когда белорусы кричат от боли»? Она написала, что если Рене Фазель хочет встретиться с Александром Лукашенко, то ради того, чтобы швейцарка Наталья Херше «вышла на свободу как можно скорее».

«Когда я писала Фазелю письмо, это было возможно. Ведь тогда все говорили о судьбе чемпионата, а я говорила о судьбе невиновного человека. Я обращалась к Рене Фазелю, но, как видим, ничего не произошло. И Фазель тогда согласился, что сделал ошибку, — говорит Елена. — Я не знаю, идет ли сейчас какая-то углубленная работа, но мне очень хочется, чтобы это способствовало освобождению Натальи. Пока ничего не слышно, что Швейцария что-то делает в этом плане. Во всяком случае пока усилий недостаточно. Но у нас уже 812 политзаключенных».

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?