В декабре 2020 года Ольгу Класковскую осудили на два года лишения свободы по обвинению в грубом нарушении общественного порядка — за перекрытие движения транспорта в минской Серебрянке 13 октября.

«За это время мы прошли там все степени издевательств — всего 40 дней ШИЗО и три месяца ПКТ, — говорит Людмила Класковская. — За это время удалось ей отвезти в Гомель только одну передачу. На днях Ольга наконец вышла из тюремной камеры и почти через четыре месяца я смогла ей отправить вторую посылку. Каким же счастьем для меня был ее единственный звонок за все это время».

По словам матери, в течение трех месяцев Ольге запрещали посылки, звонки и свидания, она могла отовариваться в колонии только на одну базовую величину в месяц.

«Я уже не говорю про карцер для молодой женщины — голые лавки, отсутствие всего, что считается для человека элементарными нормами, — говорит Людмила. — У Ольги сейчас букет болезней, падает зрение, отекают ноги, болит позвоночник, гормональные сбои. Благодаря тому, что я присылаю лекарства, оно может держаться в более-менее относительном состоянии».

Людмила надеется на свидание с дочерью до ее освобождения.

«Раньше Ольга писала, что в декабре есть надежда на свидание. И мы собирались с внучкой ее навестить. Распланировали всё — от поезда до гостиницы и еды. И вот звонок после ПКТ — свидания не будет.

Она сказала: «Вообще, мамочка, мне кажется, что этим наказаниям нет конца». Она не договорила, так как такие звонки обрываются после пяти минут, иногда ты не успеваешь даже крикнуть: «Прощай, я тебя люблю и жду, моя доченька». Мы ждем вас всех, наши любимые дети!» — говорит Людмила.

Ольга пишет, что в колонии «ежедневная серость и никаких новостей».

«Но хочу донести до вас, что, несмотря на все, я стараюсь быть на позитиве, потому что вы меня ждете и нас помнит неравнодушный народ Беларуси, — пишет Ольга. — Вообще, я здесь с трудом осознаю, как пользовалась мобильным телефоном и когда смогу снова. Отсюда это кажется таким далеким и недостижимым, как и многие другие вещи».