«Наша Нiва»: После 10 суток в Жодино в конце осени 2020-го и угроз новой потери свободы вы долгое время все равно оставались в Беларуси. Однако сейчас разговор происходит на территории Польши. Что вас подтолкнуло все-таки уехать за границу?

Иван Ганин: Если совсем честно, то мысли о смене страны начали вертеться в голове еще до повторного задержания за несколько недель. Дело в том, что после выборов 2020 года, их последствий, моя жизнь будто остановилась. Не видел, чем могу быть полезным здесь, кроме моральной поддержки таких же простых людей вокруг.

Как и многие белорусы, поддержавшие протест, получил запрет на профессию. В конце декабря 2020-го меня отчислили из национальной команды, честь которой защищал более 12 лет. А потом то же самое сделала детская спортивная школа, с которой сотрудничал.

Однако не это самое страшное: в сложившихся условиях вынужден был отказаться от тренировок — в течение года не практиковался так, как положено профессионалу.

Также не хватало времени и физических сил на книги, так как будничность превратилась в замкнутый круг «работа — дом — работа». И то: официально нигде не мог устроиться, поэтому вынужден был зарабатывать через договоры подряда. И это тоже требовало энергии, отчего превращался в зомби.

Помогали ли коллеги по национальной команде? Знаете, у нас индивидуальный вид спорта. Каждый сам за себя. Это только так называется, «команда»… Кто-то, конечно, стремился поддержать. Другие относились с пониманием, так как оказались в аналогичной ситуации. Однако большинство продолжало тренироваться, будто ничего и не происходило вокруг — таков их выбор.

«НН»: Когда в марте 2022-го снова увидели людей в форме в собственном дворе, что за мысли пронеслись в голове?

ИГ: Еще до встречи с этими товарищами начал все более детально понимать, что в Беларуси жизни не будет. Да, хотел оставаться и держаться до последнего. Однако ощущение, что медленно схожу с ума, усиливалось ежедневно. Да и что-то продуктивное делать здесь становилось более и более сложно.

А после началась война — и это прибило окончательно. Было так, что первую ночь часа два только смог поспать, на следующую чуть больше, а потом двое суток вообще глаз не закрывал. Все время в телефоне: читаешь новости, смотришь видео, пишешь друзьям. Иными словами, такой же шок, как в 2020-м, только в гораздо большем объеме.

Это невозможно объяснить: агрессия, убийства, насилие. К тому же переворачивает нутро позиция большинства россиян, которые эту жуть поддерживают.

Да, там хватает и светлых голов. Однако сравните их количество с той поддержкой друг друга, которую имели простые белорусы при протестах в 2020-м. Мы были единственными, а там… В моей вселенной человек, поддерживающий войну, — неизлечимо болен, обречен.

Короче говоря, события в Украине также подтолкнули на переезд. А после случилось повторное задержание, которое и стало последней каплей — она перевесила все сомнения.

Когда едешь в машине с этими лицами правоохранительными, только и остается, что гадать, 15 суток получишь или уже сразу 15 лет.

Очень нестандартное у нас оно, это «ведомство». Поэтому судьбу решил не искушать, если сумею остаться на свободе.

Отмечу вот еще что. Последнее, что держало в Беларуси, — дети, которых тренировал. Три с половиной года с ними работал, вдохновлялся занятиями. Не сказать, чтобы совсем уж авторскую программу для них создал. Однако учил уже не так, как привыкли тренировать у нас. Специально читал — и много! — книжек по детской психологии, чтобы сделать для учеников процесс максимально комфортным. Короче, вкладывал в работу душу, так как придумал настоящий долгосрочный проект. И пытался его реализовать.

Однако в течение последнего года начал понимать, что уже не выкладываюсь на сто процентов. Тренировал детей как-то буднично, так как мыслями находился вне зала, где-то в новостях. И это также существенно повлияло на решение об отъезде.

«НН»: Давайте честно. Сколько раз с осени 2020-го приходили к мысли: ну какого черта я во все это влез?

ИГ: Такое случалось, однако не сказать, что это были мысли. Скорее всего, минутные сомнения, которые довольно легко и быстро разбивались. Ответ прост: если бы я не действовал, просто бы сошел с ума.

Скажу честно, что в Беларуси в 2020-м, что в России сейчас меня до бешенства пробирает одна вещь.

Если вокруг происходит некое мракобесие — и ты это именно мракобесием называешь, не кривя душой, а после получаешь реальный тюремный срок, то это сюрреализм.

Ему нет места в адекватном мире. И это подталкивало делать все то, что делали вокруг такие же простые и мирные люди.

«НН»: Ваш коллега по силовым единоборствам, Виталий Гурков, не так давно разнес протестное движение белорусов. Мол, пассивная революция не имела шансов, а если защищать свое, то надо с оружием в руках.

ИГ: Обидно признавать, но доля правды в речи Гуркова есть. Не буду лгать — разные мысли крутились в голове. Однако идея мирных протестов полностью соответствовала моему нутру. Особенно после того как увидел письмо спортсменов против насилия, их транспаранты на маршах.

Конечно, при этом понимал: специфика моего спорта такова, что после никому не докажешь, мол, что ни с кем не дрался, агрессию не проявлял. Тем не менее присоединился, ибо

в перспективе видел, как движение людей ведет к осмыслению властью народных желаний — и естественной мирной смены руководства.

После же надеялся на оздоровление нации, которое должно было пойти куда более быстро, благодаря как раз мирным перестройкам. Без злобы, радикализма и так далее. Да, я искренне в это верил. Однако случилось, как случилось.

«НН»: Что бы вы ответили украинцам, которые обвиняют белорусов в безвольности? Мол, в 2020-м своего не сбросили — и теперь внутри страны войне не сопротивляетесь.

ИГ: Ответил бы коротко: всю волю белорусов отбили — буквально, отбили — правоохранители. Безусловно, чувствую вину перед украинским народом. Однако уверен: возьми мы оружие в руки два года назад, войска, которые сейчас убивают там, то же самое делали бы на нашей земле. Беларусь, как ни крути, тот же Путин от себя не отпустил бы. И мы видим сегодня, почему она была российскому президенту нужна.

Уверен на 100 процентов: белорусский генералитет и армейская верхушка приказов на сопротивление россиянам не давали бы. А после к военным еще бы и политики присоединились. И вот это скопление пытало бы народ вместе…

В Украине иначе люди мыслят — там существует единство нации. Стоят друг за друга, армия с народом, внутренние войска, милиция. Вся так сказать «силовая индустрия» работает на идею победы. У нас же исключительно мирные люди объединялись, чтобы оказать сопротивление. Согласитесь, неровные течения, как ни крути.

«НН»: Недавно мы беседовали с лидером группы ONUKA, которая утверждала, что музыка громче бомб, так как искусство вечное. И поэтому творцы верят, что из-за деятельности им реально остановить войну. А чем реально остановить войну спортсменам?

ИГ: Высказывать свое мнение и бойкотировать все то, что идет вразрез с логикой нормального свободного человека. Не подчиняться системе «я руководитель, а ты дурак», функционирующий в Беларуси еще с советских времен. Оставаться личностью и не давать сломать внутренний стержень.

«НН»: Кем Иван Ганин видит себя дальше как спортсмен и как человек?

ИГ: Знаете, я в жизни много злого людям сделал, к большому сожалению, много совершил такого, за что стыдно. В 2020-м понял, что если смолчу, то к этому позорному списку своих действий добавлю еще одно. И пошел так, как подсказывала совесть. Это позволило заново раскрыть себя — совсем другого, чем был раньше.

Поэтому сейчас хочу кардинально изменить жизнь: провести несколько профессиональных дуэлей, а после поступить в зарубежный вуз, получить достойное образование, а после вернуться в Беларусь профессионалом и делать полезное для своей страны.

«Наша Ніва» возобновляет сбор донатов — поддержать просто

Задерживали кикбоксера Ивана Ганина

Клас
45
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
2
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера