Судья Дмитрий Лукашевич присудил ему 9 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии усиленного режима, а также штраф в размере 300 базовых величин (8700 рублей), сообщили правозащитники.

Сергей Сикорский в суде.

До задержания Сергей Сикорский работал помощником руководителя одной из столичных организаций. У него четверо детей, младшей дочери 4 года.

11 августа Сергей вместе с женой и друзьями вышел на акцию протеста в районе станции метро «Петровщина». После того как туда приехал ОМОН и начались задержания, в автобус силовиков полетели камни и другие предметы. Нескольких участников тех событий позже опознали по фото и видео и возбудили против них уголовное дело об участии в массовых беспорядках. Сергей был среди них.

В сентябре его задержали по месту жительства. Согласно протоколу освидетельствования, в момент задержания он находился в состоянии, вызванном потреблением психотропных веществ, в его организме был выявлен мефедрон. Во время обыска в квартире правоохранители нашли порошкообразное вещество. Позже следователи пришли к выводу, что Сикорский также сбыл такое вещество 46-летней жительнице Могилёва.

Согласно обвинению, Сергей Сикорский 11 августа 2020 года принял участие в несанкционированной акции в районе станции метро «Петровщина», «бросал камни и иные предметы в правоохранителей, наносил им удары по различным частям тела, а также повредил служебный автобус».

Во время допроса обвиняемый рассказал, что в тот вечер созвонился с друзьями, и они решили пойти к «Макдональдсу». По пути сделали фото, взяв у других людей флаг и плакат. Через некоторое время остановилось авто, оттуда вышла женщина и сказала всем собравшимся, что в их сторону едут три автобуса с милицией и что нужно всем расходиться. Поэтому, по словам Сикорского, они развернулись и пошли назад, в сторону дома. Затем они увидели, что на противоположной стороне улицы подъехал автобус, из него выскочили сотрудники, начали бить людей дубинками и закидывать в автобус.

«Когда увидел, что натренированные люди начали вести себя так с молодежью, которая ничего не совершала, то бросился к автобусу. Ведь никаких массовых беспорядков не было, а всю ситуацию спровоцировали сотрудники, начав задержания. Подождал зелёного сигнала светофора, перебежал улицу. К тому времени автобус уже начинал движение, так как в сторону сотрудников полетели камни и бутылки. Заднее стекло автобуса уже было разбито. Я тоже ударил по стеклу, и оно рассыпалось».

Сикорский пояснил, что изначально он хотел предотвратить задержания или как-то договориться. При этом им охватило чувство несправедливости. 9 августа, находясь на работе, видел, как жестко задерживали людей. До этих событий, по его словам, он был аполитичен.

Слова Сергея о том, что акция была мирная и беспорядков до появления сотрудников МВД и начала задержаний не было, подтвердили его друзья, выступившие свидетелями по делу.

На суде были прослушаны записи телефонных разговоров Сикорского, сделанные 11 августа. В разговоре с друзьями он употреблял такие выражения, как «идем на баррикады», «повоюем немного». Сикорский пояснил, это было сказано в шутку. В разговоре с бывшей женой он рассказывал про то, как были выбиты стекла в милицейском автобусе и что он тогда «всеми командовал». По словам обвиняемого, тогда он изрядно приукрасил события.

Потерпевшими были признаны милиционеры РУВД Московского района Владислав Дубков и Илья Шалик. Также они выступали в качестве потерпевших на суде по делу политзаключенного Ивана Дацишина, который в итоге получил 4 года колонии усиленного режима. 

Владимир Дубков во время допроса рассказал, что 11 августа после 21.00 в милицию поступило сообщение, что в районе парка Павлова на пересечении улицы Любимого и проспекта Дзержинского происходило несанкционированное массовое мероприятие, в котором участвует более 100 человек. В составе группы из 15 человек он выбыл туда на автобусе МАЗ. Прибыв на место и увидев протестующих, они вышли из автобуса. Часть граждан после этого сразу начала убегать, часть осталась. Дубков утверждал, что по выходу из автобуса они начали разъяснять гражданам, что мероприятие не санкционировано и попросили их разойтись.

«В какой-то момент увидел, как один гражданин оказывает коллегам сопротивление. Я решил помочь его задержать. Разъяснили этому гражданину, что его действия незаконны, попросили пройти с ними в автобус. Он не реагировал, активными действиями сопротивлялся. Попытался произвести загиб руки за спину, болевой прием. Я взялся за его майку, и в этот момент он нанес мне несколько ударов по руке. Затем я почувствовал резкую боль в указательном пальце на левой руке.

Я повел этого гражданина в автобус, но начали лететь камни, и это помешало задержать гражданина, он вырвался. Что это был за человек, я не запомнил. Также почувствовал, что по правой голени попал некий предмет, почувствовал резкую боль. Для своего спасения побежал в автобус. Забежав, увидели, как в автобусе начали биться стекла. Проезжавшие машины заблокировали движение, не дав возможности выехать».

На следующий день Дубков обратился в поликлинику МВД, где ему поставили диагноз «Перелом первой фаланги левого указательного пальца». На больничном, по его словам, он был 30 суток.

Сергей Сикорский принес Дубкову извинения, если в результате именно его действий был причинен физический вред.

«Вы не предполагали, что если бы вы не стали задерживать людей, то ничего бы не произошло?», - спросил Сикорский. Этот вопрос был снят судом.

Исковых требований к Сикорскому Дубков не предъявлял.

Второй потерпевший Илья Шалик рассказал, что примерно в 20:00—20:30 они подъехали к парку Павлова. Он увидел, что кто-то подходит к сотрудникам с неким предметом в руках и совершает «размашистые движения». Показалось, что человек агрессивно настроен. Шалик подошёл к нему и сказал, что он задержан. Человек начал отходить, замахнулся армейским ремнем и ударил Шалика. Удар пришелся в подбородок. Шалик сказал, что от удара раскрошился зуб и потекла кровь. В РУВД вызвали скорую помощь, ему обработали рану и доставили в 11 ГКБ, где ему наложили швы. После его отпустили домой.

Того человека, который сопротивлялся, задержать не удалось. По словам Шалика, он не был похож на Сикорского.

Также были заслушаны показания капитана милиции Николая Зеленковского, которые были схожи с показаниями Дубкова и Шалика.

Часть судебных заседаний была посвящена разбирательстве по делу о наркотиках. 7 сентября, когда оперативники пришли с обыском в дом Сикорского, на столе они обнаружили остатки психотропного вещества — пара-метилэфедрона (мефедрона). В крови Сикорского также был обнаружен наркотик.

Следствие установило, что Сикорский летом перепродал часть наркотического вещества (по его словам, остаток) подруге жены.

На суде Сикорский говорил, что зависимости от наркотиков у него нет, употреблял очень редко — для снятия стресса.

В качестве свидетелей по данному делу выступили женщины, которые приобретали вещество у Сикорского. Одна из них находится под стражей также по ч. 3 ст. 328 Уголовного кодекса.

Сергей Сикорский выступал с последним словом около часа. Приводим отдельные цитаты:

«Мне уже 45 лет. Я отец четырех детей, четырех дочек… И практически всю свою жизнь я работал на двух работах. Старался, что бы моя семья и мои близкие никогда и ни в чем себе не отказывали. Мужчина должен содержать свою семью, своих детей. <…>

Что касается ситуации, которая сложилась 11 августа, режут слух фразы, что я неуважение оказывал к обществу, громко хлопая и выкрикивая лозунги. Если посмотреть, то на тот момент как раз все общество и находилось на улице. На проспекте Дзержинского было очень много людей. Разных слоев населения, возрастных групп, социального статуса.

За 8 месяцев у меня было время подумать, старался восстановить картину, свои действия, возможные действия. Я прекрасно видел, что происходило в центре 9 августа на пересечении Немиги и Городского Вала. Напротив меня стоял автозак, я видел, как туда загружали людей. Возможно это и сыграло свою роль, что я побежал к этому автобусу. 

Все чаще я стал задаваться вопросами: «Какое мое предназначение?», «Зачем я на этой земле нахожусь?», «Какой будет итог?». Может это звучит громко, но в жизни я всегда старался поступать по совести. Где я видел несправедливость, я не мог через себя переступить. <…>

Проведя уже 8 месяцев под следствием, я сожалею о случившемся. Мои поступки, мои действия негативно отразились на моих близких и родных. Искренне хочу попросить у них прощения за то, что им пришлось пережить.

Находясь в тюрьме, я сильно обратился к вере. Почувствовал силу молитвы, она помогла сохранить мне стержень. Но, как сказано в святых писаниях, знание преумножает скорбь. Над каждым человеком находится чаша, в которую собираются все наши поступки, плохие и хорошие. И моя чаша переполнилась».

Во время прений сторон гособвинитель запросил суд присудить Сикорскому:

  • По части 1 статьи 328 УК — 2 года лишения свободы;
  • По части 3 статьи 328 УК — 7 лет лишения свободы и 300 базовых величин штрафа. Путем сложения наказаний по двум частям статьи 328 итого присудить 7 лет лишения свободы;
  • По части 2 статьи 293 УК — 5 лет лишения свободы.

Судья Лукашевич по каждой статье назначил такое же наказание, как и запросил прокурор. Итоговое наказание — 9 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии усиленного режима и 300 базовых величин штрафа.

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?