8 февраля экс-кандидат в президенты позвонил родным.
Прежде всего, о том, что снова начались провокации, попытки «подсадить» в камеру «сомнительных» соседей.«Звонок был кратким, Николай очень сжато, буквально, в телеграфном стиле, пересказал последние новости.
Теперь речь шла о «специально обученном», по словам заключенных, бывшем сотруднике спецслужб, известном крайне жестким отношением к сокамерникам, издевательствами и их избиением.
Николай заявил, что, если провокации будут продолжаться, то он должен будет требовать «безопасного от противоправных действий администрации тюрьмы содержания». К тому же, ему угрожают очередным наказанием «за оказание психологического давления», — сообщила супруга Николая Статкевича Марина.
Кстати, в прошлый раз, летом, видимо, в виду абсурдности обвинения в «давлении», официально, свои 10 суток ШИЗО Николай получил «за противодействие режимным действиям администрации». «Чем дело закончится на этот раз — не знаю. Надеюсь, все же, на то, что администрация будет соблюдать закон, а не творить беззаконие», — отметила жена Николая Статкевича.
Эту ситуацию, как и ограничения при приеме единственной больше, чем за год, передачи, Николай Статкевич напрямую связывает с очередным предложением «попроситься» [
«Обычно, после предложений „попроситься“, у меня начинались проблемы с носовыми платками, бирками, — отметил политзаключенный. —Поэтому и ожидал
«Копию этого письма он направил мне, чтобы письмо с большей вероятностью могло попасть к адресату. Открытое письмо Виталия Рымашевского он еще не видел. Мне неизвестно, публиковалось ли оно в печатных изданиях, или Николай их не получил по
Комментарии