«Недавно делала распаковку личности»

«Наша Нива»: давайте про тикток. Зачем он вам, если завели?

Кристина Тимановская: На самом деле, он у меня давно. Просто раньше я делала какие-то видео, которые потом поудаляла, они мне не нравились.

Если честно, то план вести тикток у меня был давно. Я все откладывала… А недавно я делала такую популярную штуку, распаковку личности. И вот во время этого куратор посоветовала не бояться снимать, а также записывать темы для видео в заметках. Я так и начала делать, сначала записывала идеи, и пришел день, когда я решила: сниму-ка ролик в тикток. Вот так и начала (улыбается).

«НН»: Простите, но что за распаковка личности? 

КТ: Как бы объяснить… Это нужно, когда ты, например, ведешь инстаграм и хочешь через него что-то людям показывать, доносить какие-то мысли, «закрывать проблемы», как это сейчас называют. Больше как работа с психологом, который впоследствии делает таблицу, куда вписывает, что мы делали, вписывает рекомендации, о чем вести блог. Эта «распаковка» была мне нужна как раз для моих блогов в инстаграме и тиктоке. Это несколько занятий по три-четыре часа, во время которых вы копаетесь в детстве, в современном, мечтаете о будущем, анализируете свои сильные и слабые стороны. 

«НН»: Вам не кажется, что это какая-то «инфоцыганщина»?

КТ: Нет, «инфоцыганщина» — это онлайн-марафоны, которые продают популярные блогеры, где люди должны желания загадывать и они потом якобы будут осуществляться. 

А тут все реально работает. Я поработала с этим человеком и для себя многое поняла: о себе, о своих желаниях, о том, чего хочу. Ведь до этой «распаковки» я сама для себя не могла определиться даже с будущей профессией, чем я хотела бы заниматься. А потом поняла это для себя. Поэтому это может помочь не только с блогом, а в принципе, помочь человеку понять, кто он. 

«НН»: И что за профессию вы определили для себя? 

КТ: Ну вот я же создала свой бренд. Решила, что хочу делать одежду!

«НН»: А этот распаковщик — он дипломированный психолог? Или просто какой-то инстаграм-деятель?

КТ: Сейчас это такая популярная в инстаграме профессия: эксперт, который делает распаковку личности. Но, думаю, в прошлом они психологи, просто сейчас их модно так называть. Все же меняется, приходят новые тренды, новые профессии. В инстаграме очень много новых профессий появляется. 

«НН»: Какие например?

КТ: SMM-специалист, таргетолог, визуализатор — очень много разных.

«НН»: Визуализатор? 

КТ: Человек, который делает красивый визуал страницы. Между прочим, это сегодня очень хорошее направление, ведь если ты умеешь делать хороший визуал, то можно бесплатно путешествовать по всему миру! Потому что с визуализаторами связываются отели и предлагают за красивые фотографии для инстаграма бесплатно жить в них!

«НН»: Сколько стоила распаковка вашей личности?

КТ: Я не платила, потому что у меня есть хороший знакомый. Он сам психолог, ментор, коуч, а теперь занялся продюсированием онлайн-марафонов. Не все марафоны — мошенничество и «инфоцыганщина»!

Я сама хотела бы устроить онлайн-марафон, с привлечением врачей, специалистов, чтобы улучшать здоровье. Мы, тренеры, будем составлять план тренировок, также будут диетолог, нутрициолог и психолог. Если это будет действительно помогать людям, то разве же это «инфоцыганщина»? 

Ну и этот продюсер спросил, чем мог бы помочь. Я рассказала, что хотела бы, он предложил помощь с этим марафоном, но добавил, что сначала мне нужно пройти распаковку личности. И оплачивал это он. 

«Была бы я в психиатрической клинике, в тюрьме — я не знаю»

«НН»: В тиктоке вы выкладываете в основном какие-то шутки. Какова цель всего этого? Вы хотели на этом как-то зарабатывать?

КТ: Не знаю. Мне просто нравится так проводить время. Я чувствую себя более раскрепощенной, как-то больше раскрываюсь с разных сторон для своих подписчиков, для себя самой.

Не то, чтобы я снимала ежедневно. Но в неделю у меня есть пара свободных часов, когда могу наснимать кучу роликов, которые потом потихоньку публикую.

Мне это просто поднимает настроение. Плюс в голове появляется много идей для роликов — я их осуществляю и это мне тоже очень нравится. Превращать в ролик то, что я придумала в своей голове. 

 

«НН»: Скажем так… В последнее время что-то очень часто натыкаюсь в соцсетях на обсуждение вашего тиктока. И что-то очень часто звучат выражения «кринж» и «испанский стыд». 

КТ: Ну это тоже мнение людей, оно тоже может существовать, почему же нет. Может быть как похвала, так и критика, это нормально. Я спокойно отношусь.

Когда критикуют по делу, мол, плохое качество видео, не видны буквы, я прислушиваюсь, исправляю. 

«НН»: Не было ли такого, что вы выложили ролик, а через пару недель пересмотрели и подумали: «Что-то не то я наснимала…»

КТ: Нет, такого не было. Перед тем, как публиковать, я показываю видео мужу, знакомым. И если они одобряют, то я выкладываю. 

«НН»: Ваше самое знаменитое видео — «Лучшее, что ты можешь сделать в Беларуси, — это уехать из нее». Зачем это было? И сколько негатива вам прилетело? 

КТ: На негативные комментарии… мне все равно. Я их, можно сказать, и не читала.

А про сам ролик: это был такой тренд, под такую музыку много людей снимали о разных странах. И я просто решила выйти в тренд… (Смеется). Ладно, что-то не очень смешно звучит.

Но действительно, о других странах люди так и писали: лучшее, что можешь сделать — уехать из этой страны. Я тоже так сделала.

Смысл был там другой, и я понимала, что, может, кто-то и не поймет и начнет меня хейтить, мол, люди в Беларуси страдают, а я над этим смеюсь. Но я вкладывала смысл, что для людей, которым угрожает опасность в Беларуси, которых могут посадить, действительно лучшее — уехать. И быть в безопасности, помогать другим. Это лучше, чем быть за решеткой в Беларуси. 

Я же почему и показываю там себя, потому что на моем примере видно: лучшее, что я могла сделать, это уехать. Ведь если бы была в Беларуси, то ясно, что не жила бы так, как живу сейчас. Моя спортивная карьера закончилась бы — это 100%.

Была бы я в психиатрической клинике, в тюрьме? Я не знаю. Соответственно, для меня лучше было уехать, как для многих сегодня. Это не какой-то кринж или шутки в адрес белорусов. Это просто совет. 

«НН»: Вы не пожалели об этом видео? 

КТ: Нет. Оно же и по сей день там. Если бы я пожалела, то удалила бы.

«НН»: Муж, кстати, не советовал удалить?

КТ: Нет, я же говорю, что сначала ему показываю. И если он дает добро, выкладываю. 

«НН»: Вообще, подписчиков у вас немного, но некоторые ролики собирают большие просмотры.

КТ: И это же я веду тикток только две недели. Но уже ролик об «уехать из Беларуси» собрал почти 190 тысяч, а с майкой, где «что будет, если надеть ее в Беларуси», — 127 тысяч. 

«Чем больше комментариев — без разницы, плохих или хороших — тем больше активность»

«НН»: Будете ли осваивать другие форматы? Ютуб? 

КТ: Нет, пока в планах сделать тот марафон, о котором говорила. Это даже не марафон — это все же действительно звучит как «ифоциганщина». Поэтому думаем, как его назвать. Может, «проект»?

Именно хочу создать такую онлайн-платформу, куда смогут приходить люди, чтобы тренироваться, поправлять здоровье, консультироваться с психологами, врачами.

«НН»: Это будет именно как бизнес?

КТ: Безусловно, это будет платно, ведь надо же будет платить врачам за консультации. Нужно арендовать студию чтобы снять тренировку, заплатить оператору за видео, за монтаж — это все большие деньги. 

«НН»: И где их возьмете? 

КТ: Я же говорила, есть человек, который помогает. Ему будет идти процент, может даже более высокий, чем нам. 

«НН»: Это вы про того продюсера? А кто это, кстати? 

КТ: Пока не разглашаем. Но он будет также одним из кураторов — психологом на нашем проекте. У него образование психолога. Он и мне давал много советов, которые помогли. Он много работает с людьми, даже сейчас у меня проблемы со сном — и он дал мне рекомендации, как наладить сон. Он хороший специалист. А продюсер для него — новая специальность, на которую он недавно выучился. 

«НН»: А где он учился на продюсера?

КТ: Если честно, я не спрашивала.

«НН»: Что ответите хейтерам или тем, кто сейчас ловит фейспалмы от вашего тиктока? 

КТ: Да не хочу я им ничего говорить. Пусть продолжают писать дальше и тем самым поднимать мою активность. Чем больше комментариев — без разницы, плохих или хороших — тем больше активность, тем больше видео попадет в рекомендации, тем больше подписчиков я наберу. 

«НН»: Ох, какая-то логика Азаренка.

КТ: Почему?

«НН»: Потому что можно и через хейт к себе добиться известности. 

КТ: Нет, мои же все ролики адекватные. Разве только тот, про отъезд из Беларуси, неправильно поняли. Остальные ролики, они просто… прикольные. Да и я же не только веселые видео снимаю: еще и тренировки. А будут и рецепты. Будет много полезного. 

«НН»: Мне кажется, что вы после Токио стали яркой заметной фигурой, от которой ожидали, может, активной деятельности, околополитических высказываний, а вы вместо этого начали дурачиться в соцсетях. И вот это, может быть, раздражает людей, мол, она там в безопасности рот открывает под несмешную песню, а у нас каждый день людей судят ни за что!

КТ: Ну а что? У меня ведь тоже есть проблемы в семье и довольно большие. И я могла бы просто сидеть и плакать, но стараюсь, несмотря на проблемы, оставаться позитивным человеком. Да, я веселюсь таким образом. Но ведь многие тоже веселятся от моих роликов, многим смешно.

Ну и кто-то может просто мне завидовать — сам хочет снимать ролики, но не может на это решиться.

«На запуск бренда одежды ушло 10 тысяч евро»

«НН»: Вы запустили свой бренд одежды. Чья была идея?

КТ: Идея моя, я два года мечтала этим заняться, еще в Беларуси были определенные договоренности, и после Токио я планировала ехать смотреть материалы, ткани…

Но я не вернулась в Беларусь и пришлось всё организовывать за границей, так как люди в Беларуси уже не очень хотели сотрудничать — просто боялись.

«НН»: Сколько стоит у вас такой костюм? 

КТ: Если кофта с капюшоном, то 160 евро. Если без, то 150. 

Кристина с мужем в одежде своего бренда «Be Strong»

«НН»: Немало. 

КТ: Ну, во-первых, мы шьем в Европе, в Вильнюсе. И ткань покупали в Италии, она довольно дорогая. Когда мы приняли решение делать первую коллекцию, то говорили с дизайнером и та советовала делать акцент на качестве, не экономить на ткани, иначе будут потом плохие отзывы. Нам помогали советами ребята, которые уже имеют свой бренд, они рассказывали, где купить ткань, сколько стоит. 

Ну и пошив стоит дороже, чем в Беларуси. Вышивка также оплачивается отдельно и стоит нормальных денег. Соответственно и такие цены получились.

«НН»: Получается зарабатывать? 

КТ: Потихоньку продается. Заказов много из Беларуси. Отправляли дважды в США, несколько раз по Польше, по Европе. 

Первая коллекция была основана на событиях в Токио: там вышито сердце, в сердце мы вписали слова поддержки, которые мне писали люди. И иностранцы, может, не понимают пока, поэтому основная аудитория именно соотечественники. 

Но я за все отвечаю сама, нет никого, кто бы занимался развитием, рекламой. Да и на рекламу нужны деньги, а их пока нет на дополнительные расходы.

«НН»: Сколько потратили на запуск бизнеса?

КТ: Почти 10 тысяч евро. Это были все наши накопленные деньги. И, к сожалению, сейчас у нас возникла такая ситуация, что эти деньги были бы нам очень нужны, но все они вложены в бизнес. 

«НН»: А на что нужны сейчас деньги? 

КТ: Моей маме недавно поставили очень серьезный диагноз. Ей требуется длительное лечение, операция, восстановление… Нужны деньги. 

«Разница в продуктах для меня заметна, мы стали питаться здесь заметно лучше»

«НН»: Чем вообще занимаетесь сейчас?

КТ: Продолжаю заниматься спортом, вступила в спортивный клуб в Варшаве и, как его член, тренируюсь ежедневно. У нас такого нет, а здесь каждый спортсмен должен иметь членство спортивного клуба. В разных клубах разные условия, некоторые платят стипендию. Также клубы проводят соревнования между собой. 

Пока не могу выступать на соревнованиях, так как жду разрешения от World Athletics, как только получу — буду соревноваться. 

Также учу польский, он необходим в повседневной жизни. На тренировках я обычно разговариваю по-английски, но в последнее время прошу говорить со мной по-польски, чтобы поскорее освоить язык. Я сама говорю пока еще на смешанном русско-польско-белорусском, но мы друг друга понимаем. 

Муж ведет тренировки в онлайне, ведет персональные тренировки здесь в Варшаве, также делает массаж, он учился и подрабатывал массажистом еще в Беларуси. На родине он был фитнес-тренером в крупном клубе, но здесь пока не может работать, так как не знает еще языка. 

«НН»: Когда взорвалась ваша история в Токио, получали ли вы какие-то предложения по работе?

КТ: По работе — нет, но предложили быть тренером в фитнес-проекте. Знаете, есть такие онлайн-марафоны, и кто-то из Америки мне прислал предложение, даже прислали трудовой договор. Но там были такие условия, что мы не согласились.

Та сторона отказалась менять условия и мы не стали участвовать, что-то нам показалось, что это может быть мошенничеством. Подробнее не могу разглашать, извините. 

«НН»: Как вам жизнь в Польше? 

КТ: Мне нравится почти всё. В принципе, о жизни здесь я подробно пишу в своем блоге. И кто-то посмеялся над моей фразой о том, что здесь мы можем питаться продуктами, которые в Беларуси были для нас роскошью.

Но здесь на самом деле не про то, что в Беларуси мы были какими-то нищими без денег. Просто в Польше много итальянских, немецких продуктов и они здесь стоят доступно. А в Беларуси такие же продукты продаются по ценам в пять раз выше.

Соответственно, здесь мы их можем себе позволить хоть каждый день, а в Беларуси — раз в год, потому что просто жалко было переплачивать. Те же фрукты, овощи, особенно экзотические, почему-то кажется, здесь вкуснее.

Может, в Беларусь везут недозрелые или я где-то не там покупала, не знаю. Но разница в продуктах для меня заметна, мы стали питаться здесь заметно лучше. 

Трудно разве что разбираться с налогами, ведь здесь каждый сам ведет свой учет, сам регистрируется в налоговой, заполняет документы… Вот сейчас разбираемся, это впервые для нас и немного сложно.

Но, говорят, можно даже прийти в налоговую и там помогут, объяснят — без нервов и злости, без волокиты по кабинетам, как в Беларуси. В этом плане здесь более адекватное отношение к людям, даже если не знаешь польского языка.

В общем, поляки не очень любят украинцев, но к белорусам противоположное отношение. Такое впечатление, что к белорусам относятся очень позитивно, всегда пытаются помочь, сами интересуются, не нужны ли какие-то советы. Даже поляки, которые ничего не знают, кто я, какая у меня ситуация, относились ко мне так же, предлагали помощь. 

«Мне пишут, что переломают руки и ноги, пишут: не выходи одна на улицу»

«НН»: Раньше вы говорили, что вас все время охраняют. Сегодня всё то же?

КТ: Да. Ведь я переживаю за свою безопасность. Мне постоянно поступают сообщения с угрозами. Я не знаю, насколько серьезно к ним относиться, но иногда пишут, что меня встретят в городе, переломают руки и ноги, пишут: «Не выходи одна на улицу». Думаю, любой человек на моем месте переживал бы. 

Эти угрозы пишут в соцсетях. Я отвечаю таким людям: «Сделала скриншот и передам это в полицию». Некоторые сразу удаляют свои сообщения и меня блокируют, но некоторые продолжают угрожать.

«НН»: Это какие-то анонимы или люди со своих настоящих страниц пишут? 

КТ: Иногда анонимы, иногда просто реальные люди. Пишут, что они тоже белорусы, некоторые из них якобы живут в Польше, Германии, некоторые, как я понимаю, вообще россияне. 

«НН»: А за что вам угрожают? 

КТ: Когда я спрашиваю, то говорят, что я предательница, иуда, что я позор Беларуси. Что якобы из-за меня на Беларусь накладывают санкции и белорусы из-за этого вынуждены страдать. Они не понимают, что в санкциях виноват один конкретный человек — и это точно не я. 

Угрозы я получаю не каждый день, конечно. В последнее время где-то один-два раза в месяц. А какие-то оскорбления, бывает, что и почти каждый день: под любым постом, под видео в тиктоке. Это уже привычное явление, я даже не акцентирую внимание. А в тиктоке могу использовать все эти оскорбления для какого-нибудь контента, для видео, просто чтобы самой посмеяться и чтобы люди посмеялись.

«НН»: Что делает ваша охрана? 

КТ: Они сопровождают меня повсюду как телохранители. Так же, как и Светлану Тихановскую, например. Сначала было как-то странно и неприятно, но теперь я уже как-то привыкла.

Мы начали общаться с нашими охранниками, они нам помогают банально с той же налоговой. Как мой муж шутит, сейчас мы одна большая семья. Ну и, может, нам просто повезло, что у нас такие хорошие охранники. 

«НН»: Так же сопровождают и вашего мужа? 

КТ: Да, его тоже. 

«НН»: А это оплачивается кем? 

КТ: Охрану нам предоставило польское государство. Это было специальное распоряжение польского премьер-министра. 

«НН»: К вам, кстати, подходят на улице, узнают? 

КТ: Да, в Польше было раз 5—6. Иногда узнают даже в маске. От этого, если честно, немного страшно: возможно, меня узнают и люди, у которых не самые добрые намерения? Короче, хорошо, что есть охрана. Но подходят пока все исключительно с позитивом. Охрана, конечно, когда видит, что человек направляется ко мне, останавливает его. Но я, само собой, когда вижу, что человек нормальный, просит автограф или фото, всегда иду навстречу, фотографируюсь.

«Пожелала бы всем набраться терпения и не опускать руки»

«НН»: Общались ли вы после Токио с людьми, которые пытались тогда на вас надавить? С тренером? 

КТ: Нет, ни разу. Мне это не нужно и не интересно. Если даже их как-то наказали за то, что произошло в Токио, мне все равно. Я не тот человек, который будет злорадствовать по этому поводу. Как говорит бабушка моя, всем всё возвращается в жизни. И она говорит, что никогда не надо делать зло — оно тебе вернется. 

[26 января Минспорта решило упразднить должности главных тренеров сборных по гребле и легкой атлетике. Последнюю должность занимал Юрий Моисевич. Он стал известен как раз после скандала с Кристиной Тимановской: именно он хотел заставить спортсменку вернуться домой и замолчать. Впоследствии МОК лишил тренера аккредитации на Играх.

По возвращении в Беларусь Моисевич неоднократно выступал на госТВ и говорил, что скандал с Тимановской кем-то организован. — НН]

«НН»: На вашу семью, на родителей не давили после скандала в Токио?

КТ: Насколько я знаю, то нет. Но может родители мне не хотят рассказывать. Единственная беда — проблемы со здоровьем у мамы и папы, все остальное в порядке. 

«НН»: Вы связываете их проблемы со здоровьем с этим скандалом, с переживаниями за вас? 

КТ: Наверное, все же нет. Отец болеет давно — лет пять, имеет инвалидность. А как раз за две недели перед моей поездкой на Олимпиаду у него случился инсульт. 

А мама… Сложно сказать. У нее болезнь не могла появиться просто так, это наследственное заболевание, и в нашей семье раньше оно уже было. Но, возможно, проявление заболевания сейчас могло быть спровоцировано нервами, этого не исключаю.

«НН»: Планируете возвращение в Беларусь? Или уже в любом случае хотели бы остаться жить в Европе? 

КТ: Конечно, хотелось бы как минимум приехать в Беларусь, увидеться с родителями. Не сейчас, разумеется, как только приедем, то там и останемся, причем не по своему желанию. 

А где жить дальше — пока не знаю. Если здесь обживемся, то, может быть, и останемся, иначе придется снова начинать все с нуля, только уже в Беларуси. 

Плюс, я вижу в Польше очень много преимуществ для того, чтобы именно здесь рожать и растить ребенка. Пока что не планирую, но разговариваю со знакомыми, у кого есть дети, они рассказывают о школах, о детских садах.

Здесь в детском саду уже начинают учить детей английскому — это очень важно и хорошо. Ну и в целом, вижу, что условия для детей в Польше лучше, по сравнению с Беларусью. Но надеюсь, что через пять лет все поменяется, и в Беларуси будет не хуже — тогда придется подумать (смеется).

«НН»: Поменялось ли сегодня ваше мнение, отношение к чему-либо? 

КТ: Разве что раньше обращала внимание на какие-то мелочи, переживала… А сегодня мелкие неудачи или проблемы уже намного легче переносятся. Даже вот недавно травмировала ногу на тренировке — раньше побежала бы в клинику сразу, а теперь: ну упала, встала, прошло пару дней — и снова на тренировку. Уже не стала истерить. 

«НН»: Может, из последних белорусских новостей вас как-то что-нибудь зацепило, потрясло? 

КТ: Как сказать… Какие там новости? Хороших нет. И очень хочется, чтобы это наконец изменилось, чтобы людей услышали и перестали терроризировать. Но пока этого нет. И никаких перспектив хороших как-то не видно.

«НН»: Что-нибудь скажете белорусам в заключение разговора? 

КТ: Я уже много раз говорила и повторю: пожелала бы всем набраться терпения и не опускать рук. Хотела бы пожелать, чтобы люди меньше привлекали к себе негатив и больше привлекали позитив. Чтобы не злились друг на друга, не хейтили, а пытались как-то поддержать и помочь.

Если кому-то что-то не нравится, то лучше всегда напрямую написать человеку. Мне самой как-то в сториз начали бросать что-то, хейтить. Мы начали с ними говорить — и они в итоге даже извинились передо мною.

Мне просто хочется, чтобы у людей было больше позитива, улыбок на лицах, ведь два года назад все были такие позитивные, было приятно выходить в город, смотреть на людей, все были с улыбками, а сейчас как-то немножко все переходит в какой-то негатив.

Читайте также: «Если бы открутить время, я бы начала высказываться раньше». Александра Герасименя — о муже, скандале с Базановым и поздравлениях от Лукашенко

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?