Что рассказывают о бывшем политзаключенном Романе Романове, который умер в 43 года
В колонии он помогал почти слепому Вацлаву Орешко.
Роман Романов. Фото из его фейсбука
Стало известно о смерти 43‑летнего бывшего политзаключенного Романа Романова. Его арестовали в декабре 2023 года, а через год приговорили по статьям об «оскорблении Лукашенко» и «оскорблении представителя власти» к двум годам колонии. Роман отбывал срок в ивацевичской колонии №22 «Волчьи норы», а на свободу вышел в августе 2025 года.
Те, кто сидел вместе с ним, вспоминают его как спокойного и доброжелательного человека.
«То, что с ним случилось, что его посадили, Роман воспринял очень достойно и спокойно. Понимая, что он никакой не преступник. Никогда не жаловался, что осужден несправедливо. Воспринимал это как такой период жизни, который нужно просто пережить. И желательно — с оптимизмом», — говорит «Нашай Ніве» бывший политзаключенный, отбывавший срок в той же колонии.
Он вспоминает, что Роман всегда старался помогать тем, кому в колонии было тяжелее других. В одной секции с Романом жил политзаключенный Вацлав Орешко — общественный деятель и активист независимого профсоюза РЭП, осужденный на восемь лет колонии. Орешко уже 71 год, и за время заключения он почти полностью потерял зрение. Он фактически не видит и не может даже самостоятельно читать письма.
«Роман всегда старался ему помочь в бытовых вещах. Например, вынести одеяло на выбивание — в колонии это нужно делать регулярно. Орешко сам уже почти не мог этого сделать, и Роман брал это на себя. И помогал не только ему», — вспоминает собеседник.
По его словам, Роман был человеком очень простым в общении и без всякого пафоса:
«Он всегда понимал шутки. Например, когда в шутку говорили, что он якобы из «дома Романовых», императорской семьи, он улыбался и отвечал: «Да я из самых простых Романовых».
Роман закончил БГУИР. До ареста он занимался системами охраны и сигнализации и продолжил работать в той же фирме после освобождения.
«Как я понимал из его рассказов, он не просто что-то устанавливал механически. Он проектировал, предлагал схемы безопасности, какие-то комплексные решения. Работы у него всегда было много. Ему доверяли и коллеги, и клиенты. Он знал, что без работы никогда не останется», — говорит наш собеседник.
На свободе после выхода из колонии Роман прожил меньше года.