«Теперь мне чужда сама концепция употребить что-то, чего ты не знаешь». Большой разговор с Иваном Шило о бизнесе, заработке с помощью ИИ, женщинах и ботоксе

Для одних Иван Шило остается в памяти ярким солигорским молодофронтовцем, для других — столичным светским львом и бизнесменом, третьи вспомнят его громкое увольнение с «Белсата» за шутку в адрес президента Польши. А чем он живет сегодня?

Поговорили с Иваном Шило о самом личном — в том числе об отказе от алкоголя, о жизни белорусом не в Беларуси, о неудачных и оправданных инвестициях, а также планах их семейной клининговой компании «Чистый кит» (Clean Whale) по захвату мира.

Иван Шило. Фото: «Наша Ніва»

«Синдром дефицита внимания и гиперактивности приносил мне большие страдания»

«Наша Ніва»: Чем сегодня живет Иван Шило?

Иван Шило: Я занимаюсь бизнесом, боулдерингом и играю в футбол. Можно сказать, что моя жизнь по большей части состоит из двух вещей — спорт и бизнес.

И я могу сейчас сказать, что живу счастливую жизнь. Я перестал бороться с собой. В первую очередь, я имею в виду СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности), который приносил мне большие страдания в прошлом. Я не мог нормально работать. Мне казалось, если я не могу сконцентрироваться на какой-то одной задаче, то у меня такая черта характера плохая, или что я ленивый.

Но сегодня я считаю, что СДВГ — это мое преимущество. Я могу думать о 20 вещах одновременно и многое делать параллельно. Это заслуга и искусственного интеллекта в той форме, в которой он представлен сегодня, и употребления антидепрессантов.

Я долго думал, что жить с тревогой, бедой, несчастьем — это нормально, что так живут все вокруг. Типа я смотрю на людей и уверен, что где-то внутри у них должно быть то же самое, что и у меня: мысли о смерти каждый день, что я никому не нужен, ничего не умею и так далее. Оказалось, что можно иначе.

Изначально мне посоветовали пить антидепрессанты (АД), чтобы я лучше спал. Лучше спать я не стал, но получить само понимание, что жизнь может быть другой — это кардинальное изменение. Я теперь могу просто идти по улице и думать: «Вау, как красиво!». Такого раньше не было.

«НН»: Сколько в твоем случае понадобилось пить медикаменты для такого эффекта?

ИШ: Я начал пить АД в январе. Дополнительный эффект: у меня теперь меньше злости на других. Я перестал писать гадкие комментарии в фейсбуке. Раньше я нередко мог высказывать неприятные вещи людям, потому что, наверное, у меня было много неприятных чувств, и это был один из способов жить.

«НН»: Ты также отказался от алкоголя. Недавно отмечал 110 дней без. Это какой-то марафон?

ИШ: Я не настолько сконцентрирован на том, что не пью — просто я больше совсем не употребляю алкоголь. Отказался еще до антидепрессантов, потому что мне 35 лет и я достаточно много времени провел со своим телом и понял, что нужно немного его беречь. Потому что, например,

если в 20 лет я пробовал наркотики, то даже не думал, что это может плохо закончиться. Просто хотелось проверить, на что способен мой организм. Теперь мне чужда сама концепция употребить что-то, чего ты не знаешь. Какую-то таблетку, которая сделана неизвестно где и неизвестно как.

Алкоголь я ценю больше и считаю, что он иногда нужен как средство социальных каких-то коммуникаций. Но в моем случае это простая арифметика: последствия алкоголя уже перекрывают его плюсы. Я мог чувствовать себя более раскованно где-то, но следующие несколько дней были вычеркнуты из жизни.

Я когда-то считал, что алкоголь открывает больше возможностей для полезных знакомств. Но по факту я выпивал много, мог до самого утра, но что-то алкоголь мне с контактами не помог и работу не принес.

У меня была отличная выпивательная карьера, я был хорошим командным игроком. Но карьера закончена — я больше не буду пить алкоголь.

Иван Шило на тренировке по футболу. Фото «Наша Ніва»

«НН»: Можно сказать, что Иван Шило сегодня — ЗОЖник по всем фронтам, или все же остаются «грешки»?

ИШ: Я действительно теперь ЗОЖник. Давно бросил курить, не пью алкоголь, не ем вредную еду. Но я плохо сплю и поэтому пью снотворное. Можно сказать, что такая зависимость у меня есть.

Где-то два часа в день у меня уходит на спорт (по большей части — боулдеринг, а еще — бег и футбол). 30 минут — на немецкий язык и все остальное на работу.

«НН»: Немецкий язык продолжаешь учить для коммуникаций по работе или есть мысли о переезде?

ИШ: Я живу в Варшаве, и немецкий паспорт получать точно не собираюсь. Немецкий учу уже четыре года. Это просто процесс, который мне нравится.

Иван Шило на тренировке по футболу. Фото: «Наша Ніва»

«Я глубже в белорусском контексте, чем, наверное, 99% эмигрантов»

«НН»: Политика всегда занимала большую часть твоей жизни, какой кусок от нее остался?

ИШ: Я живу в белорусском контексте. Я не начинаю день с чтения польских новостей, допустим. Я, конечно, минимально в курсе, что происходит в польской политике, но чаще читаю «Нашу Ніву» — так сложилось исторически.

Иногда я чувствую себя плохо из-за своей углубленности в белорусский контекст. В том плане, что большое количество людей из моего окружения уже им не живут и не понимают, почему мне интересно, условно говоря, что там Павел Латушко написал про Соболенко.

Я глубже в белорусском контексте, чем, наверное, 99% эмигрантов.

Я не стал частью польского общества и не хочу насильственно менять свою идентичность. Я чувствую себя частью белорусского сообщества — соответственно, мне более интересно, что происходит с белорусским обществом.

Кроме того, имея журналистский бэкграунд, я создаю пробелорусские проекты. Например, короткие видео о Беларуси 1000belarus — у него уже по пять миллионов просмотров ежемесячно, при этом он почти полностью делается искусственным интеллектом.

Такие же проекты у меня есть о Польше, футболе. Будет еще о белорусской музыке. Однако о Польше я намного хуже делаю контент, потому что хуже ориентируюсь.

«НН»: Кто в белорусской политике тебя сегодня больше всего раздражает, а кому ты респектуешь?

ИШ: Я не буду говорить, кто меня раздражает, потому что нет смысла. Я вообще не вижу смысла сегодня заниматься политикой, потому что ее как бы нет и ты, скорее всего, проиграешь.

Можно заниматься культурой. В этом смысле Рыгор Астапеня (кстати, мой одноклассник) и Паша Мацукевич в рамках инициативы «Мальдзіс» делают крутые вещи. И я один из их меценатов, я регулярно жертвую деньги на приобретение каких-то белорусских культурных ценностей.

Мне нравится, что результат этой деятельности виден сразу и понятен на будущее.

«При помощи ИИ я могу всё»

«НН»: Кроме всего, что мы здесь упомянули, ты еще и программируешь. Откуда столько энергии? Это как раз последствия СДВГшного склада?

ИШ: В том числе. Плюс меня искренне увлекает то, что сегодня происходит с искусственным интеллектом. Притом что мы только в начале грандиозных перемен.

Я этим интересуюсь четвертый год и очень сильно продвинулся. При помощи ИИ я могу всё: запускать бизнесы, создавать приложения, вести свои 60 каналов в инстаграме. И я также быстро могу здесь увидеть результат.

Раньше, допустим, чтобы создать приложение, я должен был потратить много денег, собрать команду… Теперь от идеи до начала реализации может пройти два часа. Стоимость разработки фактически стала нулевой.

Я не хочу звучать как какой-то тренер-мотиватор, но, благодаря тому, что я овладел кодингом и ИИ, я ежемесячно могу зарабатывать дополнительные 3‑4 тысячи долларов на каких-то побочных проектах, потому что я их могу делать очень быстро. Конечно, на старте я был в более выгодной и комфортной позиции, чем условный таксист, который вынужденно работает по 12 часов, чтобы оплатить аренду. Но то, что я имею — также результат моей работы. У меня никогда не было отпуска и почти никогда нет выходных. Я работаю все время.

Плюс теперь работа приносит мне удовольствие, потому что я могу сам сделать все, что придумаю. Это невероятная вещь.

Стартап Ивана Шило, который помогает бизнесам с контентом, продвижением, повышением рейтингов и т.д.

Я старый человек в том смысле, что помню, как появлялся интернет. Как я делал в начале нулевых первые сайты — на narod.ru, сайт солигорского «Молодого фронта» и всякое другое, и у меня просто взрывалась в голове мысль, что я могу что-то создать в интернете и люди могут туда зайти. Сейчас этого «вау» в сотни раз больше.

«НН»: С таким графиком вроде бы не остается места личной жизни…

ИШ: Я сейчас не в отношениях. Живу один, и мне нравится. Я всегда или снимал квартиру с кем-то, или жил с родителями. А теперь у меня впервые появилась возможность пожить одному, и мне комфортно.

«НН»: На пути к самосовершенствованию обращаешься ли ты еще за услугами косметологов, например? Для лучших эффектов.

ИШ: Да, я хожу к косметологам, делаю уколы и разные банальные процедуры. Ботокс — топ. Я не откажусь от него никогда. У меня всю жизнь были морщины, теперь их нет, и мне это нравится.

«Эффект выборов в Координационный совет». Скриншот со страницы Вани Шило в фейсбуке

«Работа в Нью-Йорке пока в минус»

«НН»: В феврале ваша компания Clean Whale сделала первый тестовый заказ в США. Несмотря на прежний опыт с открытием 15+ клинингов в разных европейских странах вы признались, что там все пошло (и идет) очень сложно. В чем главная причина?

ИШ: Американцы другие, с другой культурой потребления. И наше понимание того, как работают разные сервисы, было ближе к польскому рынку, чем к американскому.

Не могу сказать, что мы до конца поняли, как работать в США. Мы работаем, у нас иногда бывает по 20‑25 заказов в день, платим налоги, но это работа в минус. Пока не могу сказать, закончим ли мы битву в Нью-Йорке победой.

«НН»: Кто руководит новым американским направлением?

ИШ: У нас там зарегистрирована фирма, с формальным директором, которому платится зарплата. Но реально бизнес управляется из Варшавы. У нас нет цели открыть много физических офисов. Мы стремимся к тому, чтобы стать большим маркет-плейсом домашних услуг. Мы хотим их процессировать и обеспечивать безопасность транзакций.

CleanWhale — достаточно компактный бизнес. Сегодня у нас 35 сотрудников. И мы планируем, что в будущем увеличим объемы работы в 10 раз, при этом особо не расширяя команду. Сегодня один человек закрывает один город и тысячу заказов, а сможет закрывать целый регион и 15 тысяч.

Мы очень сильно изменили бизнес за последнее время в плане применения алгоритмов. В плане применения современных технологий в той же Европе просто нет ничего такого близкого в клининге.

В Варшаве и Берлине мы выигрывали конкуренцию у очень больших компаний. С десятками миллионов инвестиций. И они выходили с рынка, предлагая нам приобрести их локальный бизнес. Но для нас там не было ничего интересного технологически.

Работа CleanWhale в реальном времени

Кстати, мне раньше было стыдно, что у нас не интернациональный бизнес в том смысле, что у нас нет менеджеров-поляков в Польше, например. Либо потому, что в европейской компании разговаривают по-русски. Но модель рабочая же, поэтому я решил, что не стоит перестраивать себя только потому, что так сказали инвесторы или где-то так написано. У нас свой путь.

«НН»: Сколько денег вы уже вложили в американское ответвление?

ИШ: Чтобы просто открыть клининг в Нью-Йорке, нужно ноль денег на самом деле. Нанял людей, запустил инстаграм и пошел искать клиентов. Но чтобы сделать именно бизнес, нужно минимум 150 тысяч долларов инвестиций (тем более для нашей модели, потому что мы пытаемся завоевать значительную часть рынка и делать много уборок и других заказов). Ты должен распрощаться с такой суммой и ждать, когда она вернется.

Для сравнения, чтобы запустить компанию в Варшаве, Шило потратили около 15 тысяч евро, в Кракове — около 4 тысяч евро.

В Штатах очень дорогая реклама, хочется отметить. Особенно в Нью-Йорке.

«НН»: Основную прибыль вам сегодня приносит польский рынок?

ИШ: Польша выигрывает по масштабам, потому что здесь мы покрыли много городов. Если говорить о маржинальности бизнеса, то в лидерах в принципе может быть и Чехия.

«НН»: Сколько «Чистый Кит» обрабатывает заказов в месяц?

ИШ: Около 10‑15 тысяч.

У нас сейчас много услуг, не только уборка. Можно заказать даже чистку канализации — приедет большой автомобиль со спецоборудованием. Мы продаем «лиды»: это и мелкий ремонт вроде покраски стен, и ремонт техники, и даже ландшафтные услуги. Наша цель — предлагать все, что так или иначе связано с домом. Но уборка остается базой.

«Клиент всегда прав» — это из каких-то учебников по бизнесу, мало связанных с реальностью»

«НН»: Все выглядит супер, но вот один из реальных кейсов: ваши клинеры приехали на уборку после ремонта в свежую квартиру и поцарапали окна, а также новую ванну. Как такое возможно в компании — лидере рынка?

ИШ: Это еще не худшее, что могло случиться. Это особенность потребительского бизнеса. Такое будет случаться, потому что людей невозможно контролировать. Может, появятся роботы и исправят ситуацию. Но пока здесь работают люди, они будут опаздывать, портить вещи, употреблять алкоголь (как делают, например, водители такси и другие).

Вопрос только в количестве таких проблемных ситуаций и в том, насколько мы можем на это реагировать. У нас есть страница, где видны все наши оценки в текущем времени (дублируются они и в соцсети). И вы можете посмотреть, с какой вероятностью вам испортят ванну. Вероятность плохой уборки у нас составляет 3,7%. На 100 уборок четыре пройдут плохо. Еще несколько совсем не состоятся, потому что к клиентам никто не приедет. Это часть массового сервиса.

Конечно, если бы мы делали маленькую компанию семейного типа, где мы с братом бы еще и убирали, то, наверное, в 100% случаев все было бы отлично. Но в нашем масштабе я не могу такое пообещать клиентам.

И если вы возьмете отзывы любой другой клининговой компании или маркетплейса и начнете изучать плохие отзывы, они все будут одинаковые. Что-то испортили, курили на заказе, были грубые, не приехали, опоздали, нефиксированная цена. Ни одну из этих проблем никто не в состоянии решить до конца. Но мы пытаемся сделать, например, лучший мэтчинг клинеров и клиентов — закреплять конкретных людей за конкретным домом.

«НН»: Как вы работаете с очевидными провалами клинеров?

ИШ: Клиент получает предложение какой-то разумной с нашей точки зрения компенсации. Есть также страховка, если что-то, условно, сгорит.

Если ты хочешь большой бизнес, у тебя точно будут плохие ситуации. Единственное, что скажу: мы с вероятностью в 90% не потеряем плохой отзыв, где бы он ни был написан. И мы его адресуем исполнителям. Большой вопрос, что будет дальше. Это зависит от многих факторов. Даже самая плохая оценка не означает автоматически, что человек не будет дальше выполнять заказы. Мы не всегда принимаем сторону клиентов. «Клиент всегда прав» — это из каких-то учебников по бизнесу, мало связанных с реальностью.

«НН»: Какой у вас месячный оборот на сегодня?

ИШ: Я бы не хотел называть конкретные цифры. Речь идет о миллионах злотых (более $250 тысяч), но в пространстве европейских гигантов мы все еще «малый бизнес». Нас даже нет в топе-100 компаний Польши с белорусскими корнями. Да, среди клининг-компаний в Польше именно в нашей сфере (работа с частными клиентами в их домах и квартирах) мы уже номер один. Но это свидетельствует только о том, что гора, на которую мы лезли, не такая высокая. При этом «снизу» продолжают ползти и пытаться спихнуть тебя с этого места много других компаний и частных исполнителей.

«НН»: Основные цели у вас дальше на расширение географии и количества заказов?

ИШ: У нас план расти быстро, сильно и технологично в первую очередь. Из ближайшего — охватить еще 20‑30 городов своими услугами.

Как только мы увидим, что бизнес в Нью-Йорке начал приносить деньги, мы сразу добавим 20‑30 городов в США.

Непрошеный совет, который я сам для себя когда-то сформулировал: бизнес — это цифры и это не хобби. Ты можешь перехотеть этим заниматься, но и без этого настоящий бизнес должен продолжать существовать.

Год назад я еще думал: «Нам нужно нанимать дополнительных людей не из нашей среды, чтобы принести какую-то другую культуру управления бизнесом». Но полгода назад я понял, что бизнесом будет управлять искусственный интеллект. И мне не нужно нанимать дополнительного директора. Конечно, софт-скиллы часто важны. Но у нас не публичная компания, чтобы перед инвесторами отчитываться и им стремиться понравиться.

«Почти каждый год я теряю деньги как инвестор»

«НН»: Расскажи о своем опыте инвестиций. В 2024 ты вложил деньги в три бара — два в Варшаве и один в Берлине, но не выгорело. Почему?

ИШ: Это не единственный бизнес, на который я давал деньги и который мне особенно ничего не приносил. Почти ежегодно я теряю деньги как инвестор. Очень редко у меня что-то получается. 

Есть такая сказка о том, что нужно вложиться в десять бизнесов, потому что что-то из них обязательно выгорит и принесет плоды. Но Александр Кнырович подтвердит вам, что это неправда (бизнесмен вложил в стартапы сотни тысяч долларов — не выстрелил ни один. — НН).

С барами был такой момент, что мы с братом начали немного зарабатывать деньги и было стремление куда-то их направлять. Казалось, что белорусы как прекрасные мастера — они повсюду свой бизнес могут сделать еще более успешным, чем в Беларуси. Но с барами не так. Там миллион нюансов.

Правда в том, что гастробизнес — это последний бизнес, в который нужно идти, если ты рассчитываешь на прибыль. Так или иначе, мы получили бесценный опыт, так сказать. Стали другими (улыбается).

«НН»: Сколько денег вы похоронили в этом проекте — три бара в одном?

ИШ: Может, сумму однокомнатной квартиры в Минске. Часть денег нам вернулась. А еще я получил там большую скидку на алкоголь. Жаль, что уже тогда я редко пил (улыбается).

«НН»: С чего посоветуешь начать тем, кто хотел бы также начать зарабатывать при помощи ИИ? Или планирует автоматизировать часть существующих процессов в компании для лучшей эффективности.

ИШ: Смысл планов «пойду поучусь на курсах» сегодня почти потерялся. Мне говорили: «Ты должен понимать архитектуру проектов, потому что, конечно, код — это топ, но ты же не сможешь сделать сложные вещи». Я сейчас делаю суперсложные вещи. Но важнее не просто научиться писать какой-то проект, стоит подумать, как его потом распространять, продвигать. Почему эта идея будет созвучна другим людям.

Как с контентом: есть же хороший ИИ-контент, интересный и вирусный, а есть некачественный. Нужно думать, как делать хорошо. Инструментов становится много, они у всех, но с их наличием самим по себе ты не станешь конкурентным, потому что все равно это мир шансов.

Читайте книжки, учите языки, занимайтесь спортом, не пренебрегайте антидепрессантами при необходимости — такие вот суперсоветы.

Комментарии к статье