В Барановичах прошли последние перед карантином праймериз оппозиции. Как это было
После ряда городов Витебщины и Полесья оппозиционные политики приехали на праймериз в Барановичи, но в усечённом составе, так как Павел Северинец запаниковал на фоне коронавируса и тактики властей, а Алексей Янукевич проявил солидарность с ним.
Предполагается, что после голосования в Барановичах «Народное голосование» возьмет паузу по санитарным причинам, пока не успокоится коронавирус.
Барановичи — крупный промышленный город, население немного недотягивает до 180 тысяч. Основные работодатели — государственные заводы разной степени успешности, а также железная дорога.
Молодежь, если не удалось зацепиться в столице или найти хорошую вахту за рубежом, стремится попасть на 558-й авиаремонтный завод, потому что там можно хорошо заработать в африканских и азиатских командировках.
Остальные предприятия платят кое-как, людей понемногу сокращают, в горисполкоме ежедневно регистрируют ИП.
Есть сильное негосударственное издание «Интекс-Пресс», которое зарабатывает с рекламы и местных частных объявлений.
На праймериз оппозиции в Барановичах пришло около 80 человек. Люди разные люди, но молодежи — буквально пару человек (наверное, организаторы не оплатили рекламу в инстаграме).
Всё происходило в ресторане «Папараць-кветка». Местные помнят, как по ступеням ресторана в 90-х стекала кровь, потому что блатные выбрали это заведение местом своих посиделок и разборок.
А теперь охранник на входе даже не соображал, что будет происходить, и на вопрос о зале, где должно было состояться собрание, сказал: «Если матрасы продают, то встречают на входе, подождите». Кто арендовал помещение, он не знал.
Народ сначала подходил вяло, но на регистрации в результате образовалась очередь.
Помня о том, как власть подсылала своих клакеров, поинтересовался у двух барановичских физруков, почему они пришли. Говорят, голосовать будут за Губаревича. Но если честно, они «известные оппозиционеры».
Ковалькова в кулуарах предсказывала, что после выборов властям нечем будет платить зарплаты, мол, уже сегодня они падают, а традиционные показательные повышения накануне выборов вообще большинством бюджетников забыты, думает она.
«Этим праймериз нужно больше рекламы, чтобы мобилизовывать на праймериз сторонников перемен, тогда голос властных БРСМовцев потеряется», — сказала она. И затруднилась классифицировать снятие Янукевича и Северинца — это больше реклама или антиреклама?
Губаревич в кулуарах отказывался признать, что «засланные» приходят, чтобы голосовать за него: «Когда приходит учитель — то его что, к идеологической вертикали причислять? Не давать голоса? Нет, так не пойдет. А Северинец своим выходом только показал, что не может составить конкуренцию Лукашенко», — убеждал председатель Движения «За свободу».
Ирония судьбы — на праймериз, как и в других городах, пришел работник исполкома. Только в Барановичах это оппозиционер — Николай Черноус-младший. Его взяли в горисполком работать в отдел образования и спорта, специалистом по закупкам. Черноус смеется, мол, так он «под наблюдением». Говорит, что зарплаты в исполкоме небольшие — он получает 500 рублей, но всегда под прицелом контролеров.
«Семью кормить трудно, но какая работа нашлась — на ту и пошел», — вздыхает он.
После того, как все расселись, ведущий, перекрикивая кашель в зале, констатировал: политическая команда только что узнала из СМИ, что и Партия БНФ выходит из процедуры Народного голосования — присутствующие встретили эти слова молча.
Первым слово предоставили Козлову. Начал бодро, но риторика была построена на лозунгах: «Лукашенко — это нищета и коррупция! Он должен уйти», — так он говорил. И вспоминал, как сам, будучи милиционером, поймал ночью председателя избирательной комиссии на вбросе.
«Медицина у нас в таком состоянии, что хуже, наверное некуда», — говорил он и, мол, перед наступающей эпидемией остается надеяться только на «профессионализм врачей».
Губаревич в кратком выступлении решил подстраховаться и спросил, кто за смену власти, — руки подняли не все.
Выступление Ковальковой показалось самым простым по форме из всех прозвучавших, но искренним.
Вопросы у людей были разные.
Предприниматель Эдгар интересовался, как будут себя вести силовые структуры, согласятся ли они с выбором народа, если на выборах Лукашенко проиграет.
Подпортил атмосферу политический активист Григорий Грик, который начал кричать, что все это клоунада. Почему? «Потому что я активист и говорю с людьми, а все люди говорят: кто участвует в выборах — преступники!» Поэтому, мол, надо портить бюллетени. Его утихомирили, но ненадолго.
Некто Аркадий Нестерук спрашивал, откуда победитель намерен брать деньги, чтобы повысить зарплаты и пенсии.
Также спрашивали о медицине, налогах, ситуации с АЭС, утечке кадров.
Интересным был вопрос, какую судьбу в случае победы политики предрекают действующей власти. И тут надо сказать, что ответы Козлова и Губаревича даже не обратили на себя внимания. Ковалькова же вдохновенно отвечала: «А что можно сделать с тем, кто убил своих оппонентов? Он должен нести ответственность, как и все причастные к фальсификациям и уголовным преступлениям!»
На вопрос о силовиках и зарплатах радикализм проявил уже Козлов:
«После прихода нового президента надо сразу расформировать парламент и избрать заново — чтобы там были реальные представители народа, из них выберем правительство. Деньги — из самолетов, дворцов Лукашенко. Если поскрести, то там можно хорошие суммы насобирать. А где те 100 миллиардов, которые мы за все время получили от России, куда идут деньги от перепродажи нефти? Как оперативник я готов расследовать это, проявив всю принципиальность», — уверял он.
«А силовики конечно нового президента поддержат, когда увидят, что за ним народ. В милиции и армии хватает недовольных Лукашенко», — говорил Козлов.
Губаревич же пытался не выглядеть популистом: говорил, что не может обещать снижения налогов только для того, чтобы обещать. Что не может с ходу дать ответ на то, какая должна быть медицина: «Где-то платная, где-то комбинированная».
Но в результате голосования победил он, набрал 47 голосов. 8 — у Ковальковой, 14 — у Козлова.
Многие голосовавшие даже не стали дожидаться окончания подсчета, а ушли, как только опустили в урну бюллетень.
Если там и были клакеры, то жаль, они не увидели, как на самом деле должен происходить подсчет голосов во время выборов — каждый бюллетень был показан собравшимся, на виду у всех их раскладывали по папкам.
«Так должны считать всегда!» — крикнул кто-то после подсчета.
Комментарии