Белорусский журналист, которого чуть не выслали из Европы домой, получил статус беженца в Польше
Андрей Липский работал в светлогорском медиахолдинге «Ранак» и уехал из Беларуси из-за преследования. Но в Германии ему отказали в убежище, а польские власти хотели выслать журналиста в Беларусь. История, однако, закончилась счастливо, пишет «Еврорадио».
Андрей Липский в июне 2023 года сделал громкий материал о взрыве на Светлогорском целлюлозно-картонном комбинате для издания «Ранак». Из-за преследования за свою работу журналист был вынужден бежать из страны.
Он прилетел в Германию, где у него живет дочь от первого брака, сдался полицейскому и попросил политического убежища. Ожидая решения, журналист долго скитался по лагерям для беженцев, откуда его депортировали в Польшу, не вернув паспорт.
Андрей несколько раз безуспешно пытался легализоваться на новом месте. После того, как пограничники сообщили, что он обязан добровольно вернуться в Беларусь, мужчина написал апелляцию. И результат оказался позитивным.
«Паспорт нашелся, решение о предоставлении статуса беженца пришло на почту под самый Новый год.
То ли из-за шумихи в СМИ, то ли из-за того, что помогала дочь, живущая в Германии и писала-звонила по этим моим бывшим лагерям, началось какое-то движение, — рассказывает Андрей Липский. — В конце ноября или начале декабря мне пришло письмо из польского Министерства иностранных дел о том, что мой паспорт с 19 ноября передан в управление по делам иностранцев. То есть паспорт нашелся.
17 декабря я получил SMS о том, что решение по моему делу о международной защите принято — «ожидайте децизии [официального решения] по почте». И 31 декабря, под самый Новый Год, я забрал на почте конверт — удивительно тонкий. Это объясняется тем, что для получения статуса беженца не требуются длительные объяснения и сопроводительные документы. То есть мне дают статус беженца. Надеюсь, на этом мои приключения с документами закончатся», — рассказал Андрей.
Единственное, что пока остается непонятным для Андрея, — это история с решением о том, что журналист обязан добровольно вернуться в Беларусь, где его ожидал бы суд по уголовному делу.
«На днях курьер принес мне письмо, где написано, что главный комендант пограничной службы перенес рассмотрение моего дела на 16 января в связи с необходимостью перевести на польский язык приложенные мною доказательства — протоколы задержаний и прочее, которые я отправлял им вместе с апелляцией.
Так что, с одной стороны, пока есть решение о предоставлении мне статуса беженца, с другой — не завершен административный процесс пограничников. Буду надеяться, что решение по статусу повлияет на это дело положительно.
Пока я, как и прежде, живу в Лодзи, занимаюсь документами и жду вызова на отпечатки пальцев в Варшаве, чтобы потом получить женевский паспорт.
У меня на руках только бумага, в которой написано о статусе беженца и всевозможные рекомендации по дальнейшей легализации», — говорит журналист.
Польша приняла неплохо
После истории с депортацией, исчезнувшим паспортом и угрозой возвращения в Беларусь Андрей продолжает с осторожностью смотреть на людей в форме, хотя понимает, что полицейские ничего плохого ему не сделали.
Отвечая на вопрос, как живется в Польше, Андрей говорит, что страна приняла его неплохо.
«Народ доброжелательный, никакого негатива со стороны поляков я не ощущаю, — улыбается собеседник. — Что касается коммуникации, то выражений «dzień dobry» [добрый день] и «przepraszam» [извините] пока хватает для общения в магазинах.
В Лодзи я арендую комнату в двухкомнатной квартире. Конечно, по нашим белорусским меркам стоимость аренды столичная, но выбирать особенно не из чего. В целом, я доволен тем, что на свободе, тем, что состояние здоровья в норме. А дальше будем жить, все дороги для нас открыты, я так думаю.
Пока будет оптимизм, позитивное отношение к действительности, все будет если не хорошо, то нормально», — считает Андрей.
В новом году Андрей собирается закончить историю с бюрократической волокитой и больше работать.
«Очень надеюсь, что у меня получится воссоединиться с семьей. Я буду прикладывать для этого максимум усилий, ведь одному… одному трудно», — говорит журналист.
Комментарии