Похороны Михаила Жизневский, застреленного на баррикадах в Киеве 22 января, состоялись в деревне Знамя Труда под Гомелем вечером 28 января. В Киеве траурные мероприятия состоялись 26 января — в тот день Михаилу исполнилось бы 26 лет.
Отпевали героя в соборе Михайловского Златоверхого монастыря — главном храме Украинской православной церкви Киевского патриархата. Тысячи украинцев пришли проводить белоруса в последний путь. Траурная процессия прошла по Крещатику и Майдану.
Потом начался сложный и долгий путь Михаила к родной земле. Сначала планировалось, что похороны состоятся под Гомелем в понедельник, затем было сказано, что во вторник, около 12—13.00. Но дорога из Киева оказалось сложной во всех смыслах — нужно было оформить много бумаг.
«Нас гоняли по всем инстанциям, от прокурора к прокурору. Это не с чем сравнить, как проводили украинцы нашего сына… Там тысячи людей стояли вдоль дороги, кричали «Героям слава! Жыве Беларусь!», Многие плакали… А потом была очень сложная дорога из Киева, гололед, метель, ветер, задержки на границе из-за бумаг», — рассказывал отец погибшего Михаил Жизневский.
Украинские друзья, сопровождавшие тело молодого человека на родину, добавляют, что они придерживались мер безопасности, меняли автомобили. «Не все было так просто! Мы три дня боролись, чтобы доказать, что это было именно огнестрельное ранение» — устало говорит украинец Владимир.
А на деревенском кладбище в лесу ждали журналисты из Гомеля и Минска, да и простые люди. Попрощаться с соотечественником собрались 50 человек. Было минус 20, люди разожгли костер.
Лес. Ночь. Костер. Стало темнеть. И десяток бело-красно- белых и желто-синих флагов. Приехали и какие-то тихари на автомобиле с замызганными номерами. Попытки поговорить и выяснить их личности закончились бегством тихарей на автомобиле «Лада» по лесной заснеженной дороге.
В 19:35, когда тьма полностью поглотила лес, а журналисты пытались хоть как-то отогреть технику, на дороге наконец-то появился микроавтобус с украинскими номерами.
Хоронили Жизневского без речей, под знаменами, при свете автомобильных фар. Тело было накрыто флагом УНА-УНСО, а гроб накрыли бело-красно-белым флагом.
Отпевание провел православный священник Леонид Акалович. Во время молитвы дул пронзительный колючий ветер.
Мать, едва в сознании, ее под руки держали родственники. Она плакала и, когда гроб начали опускать, из последних сил закричала: «Сыночек, забери меня с собой!»
Не сдерживал слез и отец. «Миша жил в Украине, там ему было легче, чем здесь, дышать, работать. У него там были друзья. Это был его выбор. Мы просили его вернуться домой, и весной он обещал приехать. Но вот так вышло», — горевал он.
Отец сомневается, что украинские власти разберутся и найдут убийцу сына. «Там же нашли — логово снайперов было! Они, наверное, Мишу и убили! Но кто будет разбираться… К сожалению, и белорусская сторона, я думаю, особенно не будет настаивать, чтобы выяснилась правда», — считает Михаил Жизневский.
Землю в могилу бросали при свете фар автомобилей, фонарей, видеокамер журналистов. Из темного ночного леса разъезжались автомобили — в Киев, Минск, Гомель.
В лесу осталась свежая могила, бесчисленное множество цветов и угли от почти догоревшего костра.
Комментарии