Общество3737

90-е. Какими их запомнили вы?

Благодаря лидеру общественной кампании «Говори правду» Андрею Дмитриеву в фейсбуке разгорелась горячая дискуссия о начале 1990-х. Чем был этот период: годами страданий и унижений или временем надежд на будущее? В своем блоге на «Белорусском партизане» Дмитриев написал такую фразу: «Для меня, сына офицера и учительницы, 90-е — это черная полоса унижений от жуткого безденежья и полной социальной беспомощности».

Фантик популярной в 90-е турецкой жвачки tipi-tipi.

У меня лично небольшая разница в возрасте с Дмитриевым (в 1991-м мне было 6 лет, я пошел в первый класс, Дмитриеву в то время было 10). Поэтому и ответил на его реплику в фейсбуке, мол, в моем детском восприятии 1990-е — это самые беззаботные годы жизни. Когда думаешь не о деньгах, а об игре в футбол с друзьями, рыбалке, о том, как украсть яблоки в колхозном саду, и ждешь не дождешься воскресенья, чтобы посмотреть впечатляющие диснеевские мультики.

Да, я сразу предупредил, что это исключительно детское восприятие. Я не был в коже подростка в то время, людей среднего возраста, или пенсионеров. Видимо, их воспоминания будут отличаться от моих.

Мы жили в среднего размера деревне в Борисовском районе. Отец работал агрономом в колхозе, мать — продавщицей в КБО (комбинат бытового обслуживания). Отец не крал ничего из колхоза, поскольку был убежденным коммунистом, который хранит свой партбилет по сей день, и семье не позволял даже кукурузу сорвать. Видимо, поэтому и жили достаточно бедно, даже по сельским меркам.

Выживали за счет того, что держали двух коров. Летом и осенью мать регулярно, раз в неделю, ездила в Борисов на базар, чтобы продавать молоко и творог. С этого, по большому счету, и жили. За это и покупали нам, детям, жвачку и чебуреки. «Сникерсы» и «Баунти», как все остальные, мы видели раз в месяц.

Но сколько работ приходилось переделать за лето, чтобы содержать коров. Даже нам, маленьким детям, доставалось немало. И грести сено, и ворошить по несколько раз в день, а потом сгрести на ночь в стожки-«капешкі», а если вдруг пойдет дождь, то и свезти с участка, закидать в сарай. А еще, чтобы получить в колхозе сенокос, надо было полоть свеклу. Мать брала по 15 борозд. Стоишь, толчешь мотыгой, а этим бороздам конца-краю не видно. Честно скажу, более каторжной работы в моем детстве не было.

Но раком в той свекле стояли все: и «богатые» сельчане, и «бедные», и мои тогдашние друзья Денис с Вовкой, приезжавшие на каникулы из Борисова к бабе с дедом, тоже пололи. Зато вечером разжигали огонь и жарили на прутьях сало. Я приносил из дому соленых огурцов, они — маринованных. И было настолько хорошо, что не передать словами. Вообще же, мне кажется, что люди в то время умели веселиться. Какие веселья закатывали, на полдеревни. Сейчас такое мало где встретишь.

А были еще ягоды. Моей сестре благодаря ягодам удавалось покупать себе обновки.

Да, возможно, в кризисные времена выживать в деревне было проще. У нас были свиньи, куры, гуси. Картошка, огурцы, помидоры, капуста. Варенье на зиму. Не голодали. По крайней мере, я не помню, чтобы голодали. Когда не хватало сладостей, то на помощь приходил универсальный рецепт. Берешь ломоть черного хлеба, макаешь его в воду, а потом обсыпаешь сахаром. Вкуснятина!

Все жили примерно одинаково. Никто не ездил летом в Крым, никто строил себе коттеджей. Одевались тоже похоже. У всех было по одному парадному свитеру и брюки, а еще спортивный костюм. Одевались все в одном месте — на базаре в борисовском Старом городе.

Я не стоял в 4-часовых очередях на морозе, как некоторые мои городские сверстники. Но я помню, как у магазина собиралась вся деревня в ожидании какого-нибудь дефицита. Было даже весело, ведь там же стояли все твои друзья, знакомые. Бегали, катались на велосипеде, пока не придет машина с товаром. Зимой все стояли внутри магазина. Помню, единственное, что всегда стояло на полках магазинов — это консервированные супы в пол-литровых банках. Их не покупал никто.

За все лето мороженое в наш деревенский магазин привозили хорошо если два раза. И в моем детском понимании это было счастьем, а не унижением. Опять же, мои одноклассники были абсолютно в таких же условиях.

В комментах к моему посту в фейсбуке написали, что это было время не унижений, а испытаний. Разве в 80-е было лучше? Сахар исчез с полок не в 90-е, а еще при Горбачеве. Моя тетя вспоминала, что только по талонам можно было купить ползунки. Разве не было тотального дефицита? А маразма все же стало меньше существенно.

Мне кажется, что отчасти даже мы, дети, понимали, что живем в необычное время перемен, что надо перетерпеть и все наладится. Какой восторг вызвали новые белорусские деньги с бобрами и лосями. Ох, насколько красивыми они мне казались. И насколько неказистыми на их фоне казались российские и советские купюры.

А в какой экстаз приводили первые победы белорусских спортсменов — Светланы Парамыгиной и Игоря Железовского на Олимпиаде-1994. И даже в то время мне не хотелось суммировать их награды с российскими и украинскими, чтобы показать: вот он СССР. Свои суверенные кругляши грели душу гораздо сильнее.

А еще помню как в начале 90-х телевизоры плохо у всех работали. И чтобы настроить тот или иной телеканал, нужно было взобраться на крышу и повернуть антенну в нужную сторону. На Москву и на Минск, как мы говорили. А кто-то из родных из окна тебе кричал: «Хватит! Хорошо уже! Больше не снежит». Потом надо другой канал настроить — и снова тот же нехитрый прием с антенной. Уже позже появились «польские» антенны, или как их еще называли «энтэвэшки».

Мы собирали фантики от каких-то непонятных турецких жвачек tipi-tipi, где носатый персонаж попадал в некие приключения. В какие? Мы могли только домысливать. Еще были «Турбо» и Love is.

Я намеренно ничего не говорю о политических свободах. Поскольку ничего в этом не понимал в то время.

Мне кажется, что почти у каждого человека воспоминания детства оставляют светлый след. Вот поэтому меня так зацепило это слово «унижение». Впрочем, у каждого свой опыт.

Боюсь, что сегодня примеров унижений личности даже больше. Тогда так же жили и эстонцы, и поляки, и грузины. Весь постсовок так жил. И где сегодня эстонцы, а где мы? Многие сельчане по сей день живут почти в тех же условиях, как в начале 90-х. И очень часто не потому что пьяницы и бездельники. Вот это уже унижение.

Предлагаем вашему вниманию еще несколько воспоминаний о 90-х из фейсбука. А каким то время запомнилось вам?

Опрос

Комментарии37

Сейчас читают

«Больше 10 человек уехали в Европу — и это только из моего отделения». Реаниматолог из райцентра честно описал будни белорусской медицины17

«Больше 10 человек уехали в Европу — и это только из моего отделения». Реаниматолог из райцентра честно описал будни белорусской медицины

Все новости →
Все новости

Вечёрко: Встреча Сикорского с Рыженковым может ударить по отношению к белорусам в Европе34

Наталья Кочанова призналась, что никогда в жизни не пробовала арбуз29

Премьер-министр Непала выступил на Генассамблее ООН в солнцезащитных очках2

В Минске появилась новая торговая сеть. Первый магазин открыли с ажиотажем6

Танцы под «Лысого» на улице Минска собрали более миллиона просмотров в ютубе15

Футбольная сборная презентовала новую форму от Adidas9

Украина атаковала дронами Ростовскую область и Краснодарский край2

Сотрудника «Белоруснефти» из Речицы отправили за решетку за «содействие экстремизму»7

Мост на «Ждановичах» уже асфальтируют. Что происходит на стройке?1

больш чытаных навін
больш лайканых навін

«Больше 10 человек уехали в Европу — и это только из моего отделения». Реаниматолог из райцентра честно описал будни белорусской медицины17

«Больше 10 человек уехали в Европу — и это только из моего отделения». Реаниматолог из райцентра честно описал будни белорусской медицины

Главное
Все новости →

Заўвага:

 

 

 

 

Закрыць Паведаміць