Мнения3737

Виктор Мартинович: Когда наши победят — с этой идеей мы жили и умирали 25 лет. Ничего не делая

Виктор Мартинович на budzma.by рассуждает о 25 годах новейшей белорусской истории, которые многие считают временем несбывшихся надежд и недостижимых мечтаний.

Потомки, живя в своем карамельном Будущем, должны ломать головы вопросом: как жилось тем, чья жизни пришлись на чугунные года «становления государства»? Как они терпели? Без воздуха? Без надежды?

Я отвечу вам, потомки.

Надежда у нас была. Мы упивались ей — сначала громко, создавая некие «теневые кабинеты», потом молча, самим себе, упоминая только с самыми близкими, которые не сдадут И не обхохочут. Она формулировалась так: «Когда наши победят». С ней мы и умирали, ничего не делая.

Летом 1994-го, когда вся окружающая красота зародилась, мне было 16 лет. В этом смысле вся моя сознательная жизнь пришлась на эру исполкомов, социального молока и «Дожинок».

Я помню, как «умные люди», «наши», насмехались над пропагандистами в картонных пиджаках, которые в плохо освещенных студиях лгали о националистах. Пропагандисты воспринимались фриканутым наваждением, чем-то временным.

Никто из нас, умников, не мог допустить, что история, придуманная настолько криво и рассказанная такими косоязыкими дуралеями, может держать веру в себя долго.

Но время шло.

Пиджаки у проводников государственных смыслов становились все лучше. Свет в студиях — все ярче. А вокруг нас свет приглушался, мы сами делались картонными. Сегодня некоторые из тех персонажей дают комменты независимым медиа как большие знатоки политтехнологий, и никто больше не насмехается.

Юрий Азаренок, 2007

Я помню, какими замшелыми бедолагами выглядели «комсомольцы», которые сегодня возглавляют самые технологические сферы этого рабовладельческого парадиза. Какими неказистыми они были по сравнению с «нашими героями»: интеллигентным Шушкевичем, финансово осведомленным (как тогда казалось) Богданкевичем, наконец, с Вячоркой и Пазьняком.

И вот исходя из того, что «все скоро накроется», мы ждали, когда «наши» придут наконец в кабинеты. Ведь мозги читателей газеты «Пагоня» не допускали, что такое государство протянет дольше, чем год-два (я помню, это было основной мантрой в 1995-м: «надо подождать год-два, и тогда …»).

А наши все не приходили. Сначала все ждали революции. Думали, что катанием милицейских машин по улицам можно что-то изменить.

Система только крепла. В 2000-м на Коласа во время Дня Воли появился БТР, а ОМОН сопровождали собачки — и делалось ясно, что будет и еще «жошчэ», — и то «жошчэ» произошло в 2010-м.

Потом была надежда на «кулуарный переворот».

Но импичмент 1996-го года провалился не без участия тех, кого сегодня мы бы отнесли к «нашим». Примерно с 2001-го «победа» «наших» уже воспринималась как простой расчет это все «пережить». Но чем дальше, тем меньше оставалось тех, кто помнил и участвовал: бывшие герои мрут, то, что они стремились «пережить», существует.

Площадь Независимости, ноябрь 1996 года. Фото с сайта 90s.by

И в последние годы появляется новое чувство. Что наши в принципе не могли победить. Ведь если даже такая простая вещь, как похороны Калиновского, ведет не к единству, а к ссорам и взаимным обвинениям, то как тут победишь?

Каждый в отдельности — не сила, а мнение.

Силой делается только единство. Которое недостижимо, так как люди друг другу превратились в ядовитых змей, источник злобы и подозрительности.

И вот еще что: никто не покаялся.

Никто из тех, кто просил у нас потерпеть «год-два», кто был в Верховном Совете, мог противостоять тогда, когда у них была власть, которой сегодня нет ни у кого из «наших», не вышел и не сказал: «Мне стыдно. Я прошу у белорусов прощения за профуканные возможности».

И почему это я допустил, что те прогрессивные потомки из карамельного Будущего в принципе будут? Почему подумал, что кому-то интересными будут наши, читателей «Будзьмы» и «Нашай Нівы», мечты и надежды?

То, что происходит сейчас, — становление деперсонифицированной и монолитной системы. Управлять которой способен будет любой бедолага, которого предъявят политбюро, когда придет время.

Big data, «личное дело на каждого», которое белорусы сами помогают собирать на себя, им в помощь. Вы же видите: даже американцы возвращают посла, даже Европа зовет к себе, несмотря на то, что государство со смертной казнью и такой судебной системой должно было измениться, прежде чем надеяться на дипломатический прогресс.

Значит, потомки, скорее всего, просто не узнают о нас, о наших несбывшихся надеждах и несбыточных мечтах. Чем мы занимались в 2019-м?

Считали количество плодовых деревьев и кустарников. Строились на Каменной Горке. Ходили на футбик. Смотрели «Джокера».

Комментарии37

Сейчас читают

Вид на Коложскую церковь безнадежно испорчен38

Вид на Коложскую церковь безнадежно испорчен

Все новости →
Все новости

Умер 87‑летний турецкий миллиардер, владелец минской Crowne Plaza. Но деньги не оставил ни жене-белоруске, ни четверым детям62

Создательница Belaruskicry впервые после долгой паузы рассказала, что сейчас с брендом после признания его экстремистским1

Из поезда вблизи сняли на видео разрушенную часть Крымского моста8

В центре Минска на мосту 21‑летний перевернулся на BMW. Момент попал на видео2

Провокация с большим числом жертв и обвинением Украины. Стало известно, какую провокацию готовили на польско-российской границе7

Американка побила рекорд белоруски по вращению в воздухе на собственных волосах

Забрал кота в мешке. Почему белорус не смог вернуть товар в ПВЗ?

«Заработал 1200, потом пришел штраф на 1000». Белорусы делятся условиями работы на складе Wildberries в «Великом Камне»12

Совет директоров Nvidia не намерен возвращать Дженсена Хуанга на должность генерального директора1

больш чытаных навін
больш лайканых навін

Вид на Коложскую церковь безнадежно испорчен38

Вид на Коложскую церковь безнадежно испорчен

Главное
Все новости →

Заўвага:

 

 

 

 

Закрыць Паведаміць