Умер 87‑летний турецкий миллиардер, владелец минской Crown Plaza. Но деньги не оставил ни жене-белоруске, ни четверым детям
Почти 30 лет назад 17-летняя Екатерина Шулькевич уехала из родных Барановичей в Турцию. План был простой: поработать в отеле и подзаработать денег. Но через три дня в нее влюбился владелец отеля и «король казино» Суди Озкан, старше ее на 40 лет.

Когда Екатерина в 17 лет (это был 1997 год) решила поехать работать в турецкий отель, родителям идея не очень понравилась. Уже когда женщина стала героиней публикаций мировых СМИ, рассказывала: мать отказывалась отпускать дочь в Турцию, а первым сдался отец. Мол, лучше принять решение девушки, ведь она упрямая — все равно уедет, так стоит не портить отношения, чтобы дочь хотя бы звонила.
Позже Екатерина признавалась: если бы кто-то из ее детей в 17 лет решил повторить историю приключений матери, она бы наняла спецслужбы, чтобы те нашли беглеца, вернули домой и закрыли на 30 замков.

Но вернемся в 1997 год: белоруска прилетела в Кумбургаз (тихий и уютный городок близ Стамбула) и устроилась на работу в отель Princess. Там она и познакомилась с Суди Озканом — успешным бизнесменом, владельцем отелей и казино.
Мужчина был на 40 лет старше Екатерины. Даже два его сына от первого брака были старше девушки. Но Суди был очарован белорусской.
Говорил, что был в депрессии после развода — а тут увидел красивую девушку и на душе стало радостнее.
Она была наивной и застенчивой, частенько смущалась и краснела во время разговора. Вероятно, это и покорило сердце миллиардера.

Отработала в итоге Екатерина два или три дня. А потом Суди пригласил ее на ужин. Он не знал русского языка, она — турецкого и английского. Но как-то нашли общий язык.
Белоруска рассуждала позже: может, в начале отношений языковой барьер и помогает — влюбляешься во взгляд, запах человека.
Первый год Суди пытался покорить ее сердце — заваливал цветами и украшениями, а Екатерина выставляла кавалера за порог его же отеля.

Потом отношения напоминали американские горки. Екатерина рассказывала в интервью «Комсомольской правде», что очень хотела семью и детей — а вот ее избранник к этому не особо стремился. Ведь дети у него уже были, а неудачный опыт брака не особенно мотивировал снова ставить штамп в паспорт.
При каждом конфликте Екатерина собирала чемоданы и улетала на родину (однажды ее партнер даже спрятал паспорт, чтобы она не смогла уехать). То ли серьезно, то ли в шутку говорила: когда в последний раз «навсегда» вернулась в Беларусь, бизнесмен построил в Минске пятизвездочный отель Crown Plaza — чтобы быть в стране, откуда белоруска не сможет улететь.

Официальную свадьбу сыграли через семь лет после знакомства — на тот момент у пары уже было трое сыновей. Роскошная церемония состоялась в 2004 году на карибском острове Сен-Мартен в отеле, принадлежавшем жениху.
Над подготовкой праздника два месяца трудилась команда из 200 человек. Из Нидерландов доставили 4000 орхидей, из Франции специально привезли официантов, а из Турции — поваров.

На банкете гостям подали 20 килограммов белужьей икры, 150 килограммов лосося, 300 лобстеров, а элитное шампанское лилось рекой.
Среди гостей были не только дети, но и внуки жениха. 25‑летняя невеста приехала в карете, а ее маленькие сыновья бросали матери под ноги цветы.

Кстати, именно на Сен-Мартене семья и обосновалась. Надо отметить, что Озкан в свое время уехал из Турции из-за налогового долга. Спустя годы благодаря программе налоговой амнистии он смог погасить все в рассрочку и получил возможность возвращаться на родину.
Бизнесмен открыл множество казино в разных городах и странах — в Беларуси это было казино Princess.
Екатерина утверждала, что любовь с разницей в 40 лет ее не смущала. Мол, Суди был спортивным, веселым и щедрым.
Уже в браке у пары родилась дочь. Но в 2011 году о семье Екатерины и Суди снова начали писать мировые СМИ. Утверждалось, что бизнесмен подал на развод.
В интервью «Комсомольской правде» 71‑летний мужчина говорил, что белоруска разбила ему сердце и очень сильно обидела. Тогда он приехал в Минск в свой отель и жил в самом роскошном номере.
Обещал, что не оставит белорусскую жену ни с чем: «Я купил ей роскошный дом и здесь, в Беларуси, и там, на Сен-Мартене. Я открыл для нее и на острове, и в Минске СПА-салоны, которыми Катя любила заниматься».

Он также рассказывал, что приобрел для Екатерины частный самолет, потому что она не хотела летать на обычном. Благодаря ему у родителей и сестры его жены были хорошие машины. А самой Екатерине муж, по его словам, ежегодно давал $2‑3 миллиона.
Детей бизнесмен был готов оставить с матерью. Утверждал, что дает на каждого по $10 тысяч ежемесячно. Кроме этого, на сберегательных счетах детей тогда уже скопилось $3 миллиона.

Чтобы представить размеры дома на Сен-Мартене: по словам Суди, только на оплату электричества ежемесячно уходило $25 тысяч. А обслуживали особняк 33 человека.
В чем же была обида Суди на жену? Он говорил, что дважды надолго — месяца на четыре — уезжал в Македонию, где открывал очередной отель. В это время у Екатерины появились новые подруги, и они вместе начали ходить по клубам.

По словам мужчины, жена сказала ему, что хочет быть независимой и свободной — а он ответил, что такое возможно только после развода. Не нравилось ему и то, что Екатерина начала сниматься для различных журналов, публиковать свои фото в интернете — а муж-мусульманин не очень-то хотел, чтобы его жену-красавицу видело множество других мужчин. В последний момент он узнал о том, что она хочет участвовать в конкурсе красоты — и запретил.
«Я не вижу смысла в примирении. Если бы я мог стать белорусом и воспринимать мир с этой ментальностью, то, возможно, я бы и простил жену. Но я мусульманин и ничего не могу с этим поделать. Эта обида живет глубоко во мне».

Озкан был уверен, что получит развод через пять‑шесть месяцев. Планировал жить в своих отелях в Беларуси и Турции.
Однако Екатерина в интервью в 2017 году утверждала, что на самом деле никакого развода не произошло, хотя и признавала, что живет не вместе с мужем (по крайней мере, большую часть времени).
А уже в 2018 году подчеркивала, что за последние годы превратилась в более спокойного, рассудительного человека. Научилась прощать и давать шансы. И даже отмечала: «Поэтому у нас с мужем очень хорошие отношения и по сей день».
По словам Екатерины, муж все же понял, что у жены есть талант и ей необходимо развитие — стал спокойно относиться к ее бизнесу (белоруска тогда занималась поставками полезной еды на острове).
Она рассуждала о крепких браках: «А иногда надо просто немножечко потерпеть — и все встанет на свои места. Может год, может, два, в моем случае было больше. Если люди любят друг друга, пусть даже кто-то сорвался, нельзя давать упасть с обрыва насовсем. Надо за мизинчик, но удержать».

На вопрос о том, на паузе ли их отношения с мужем, Екатерина ответила отрицательно. Мол, у них всегда эволюция — сосредоточились на детях, и все стало только лучше.
«Отношения перешли в фазу «родительские». Знаете, самое большое мое богатство — короткая память. И мне не нужно никаких извинений. Женщины с короткой памятью — самые счастливые на свете».

В октябре этого года Суди Озкан умер — ему было 87 лет. После смерти выяснилось, что «король казино» оставил свою бизнес-империю не детям, а специальному фонду.
По данным турецкого издания Patronlar Dünyası, фонд был создан примерно за год до смерти бизнесмена. В его руководство вошли адвокат турецкого происхождения со швейцарским гражданством и двое многолетних сотрудников Озкана.
Никто из шестерых детей миллиардера от двух браков не получил места в руководстве фонда.
При этом часть бизнеса, в том числе отели и казино в Болгарии и грузинском Батуми, осталась за пределами новой структуры.
О решении отца родственники узнали только после его похорон, во время встречи с адвокатом.
Что теперь будет с наследством миллиардера и получат ли его дети часть многомиллионной империи, пока неизвестно. Главный вопрос — кто будет получать прибыль от бизнеса (сам фонд, потомки или какие-то иные лица), ведь управление фондом еще не означает личного владения его активами.
В Минске из наследства Озкана остались отель Crown Plaza и казино Princess.
Комментарии