Жена активиста Максима Чернявского рассказала о его страданиях перед суицидом

14 марта не стало белорусского активиста Максима Чернявского: он покончил с собой на фоне психологических проблем. На прощание в своем фейсбуке парень написал, что не сможет без своих дочерей, Лили и Розы, которых у него «забирают».

Чернявский стал известен в 2011 году после того, как разоблачил кагэбэшника, который пытался его завербовать, и опубликовал аудио переговоров с сотрудником органов. После этого поступка Максиму, на тот момент студенту факультета журналистики БГУ и администратору сообщества «Надоел нам этот Лукашенко», пришлось уехать из Беларуси. Он поселился в Польше, продолжил там образование. Чернявский рассказывал «Нашай Ніве», что некоторое время был модератором в русскоязычном сегменте соцсетей. За границей он также переучился на айтишника и в последнее время работал в польской страховой компании. В какой-то момент парень почувствовал себя женщиной и даже думал сменить пол, но после встречи с полькой Магдаленой изменил решение и стал отцом двойняшек.

Магдалена говорит, что Максим действительно очень сильно любил и ее, и двойняшек — это было очевидно. Но, к сожалению, как раз после рождения детей у него, по ее словам, обострились психологические проблемы.

«У него обострились проблемы с психическим здоровьем и финансовыми обязательствами и долгами. Начала развиваться шизофрения или психоз (какая именно болезнь — неизвестно, так как он не дожил до госпитализации). Как раз в пятницу утром (14 марта, в день совершения самоубийства — НН) он был на разговоре по поводу оформления в больницу для душевнобольных. Это должно было состояться в течение двух недель, но вечером того же дня Максима, к сожалению, уже не было в живых».

Магдалена думает, что психика Максима просто не выдержала всех обязательств, которые навалились на него одновременно: быть хорошим отцом и мужем, обеспечивать семью.

«Он ушел из жизни, потому что хотел иметь счастливый дом со мной и дочерями, но реальность оказалась для него слишком сложной и тяжелой», — рассказывает Магдалена.

Павялічыць

При этом девушка отрицает, что кто-то хотел совсем отобрать у Максима девочек, о чем он намекнул в своем последнем посте перед смертью.

«Дети жили со своими бабушкой и дедушкой (моими родителями) и по договоренности должны были жить с ними до трех лет. Такое соглашение мы заключили в суде вместе с Максимом. Он его также подписал в интересах детей, так как не мог обеспечить детям финансовую стабильность. Но он мог их видеть. Я не хотела забирать у него детей. Как женщина я не хотела быть матерью-одиночкой. Я хотела, чтобы у моих детей был отец в лице Максима. Но он был болен, и так случилось. Я уверена, что, если бы он дождался лечения, ему бы помогли в больнице. Мне жаль, что он не дождался. Я уверена, что после выписки мы бы вместе нашли новое решение его проблем», — не скрывает эмоций Магдалена.

Павялічыць

• 0
• 1
• 4
• 16
• 5
• 53
• 0
• 1