Туровский молочный комбинат перешел под почти полный контроль братьев-бизнесменов
Бизнесмены Дмитрий и Валентин Байко еще больше укрепили свои позиции на Туровском молочном комбинате. В то же время компания «Фрешиз», связанная с одним из основателей предприятия Игорем Чернявским, почти полностью вышла из состава акционеров и готовится к ликвидации, пишет Office Life.
В мае и июне «Фрэшчиз» продала на биржевых торгах 10 599 акций комбината, что составляет 35,5% уставного фонда. Сумма сделки составила 45,4 миллиона рублей.
После этой сделки доли в предприятии увеличили Дмитрий и Валентин Байко, а также Ричард Шерель. В результате Дмитрий Байко получил косвенный контроль над более чем 81% акций комбината, Валентин Байко — над более чем 57%, а Ричард Шераль — над 8,6%.
Конфликт вокруг «Фрэшчиз» продолжается уже несколько лет. Компания оказалась в процедуре банкротства после корпоративного спора между Игорем Чернявским и совладельцами группы «Конте СпА». Стороны по-разному оценивали возможность погашения задолженностей за счет активов компании.
В 2025 году проводилась оценка стоимости акций Туровского молочного комбината. Разные эксперты пришли к существенно различным результатам, поэтому окончательную реальную стоимость акций суд предложил определять через биржевые торги.
В феврале 2026 года суд признал «Фрэшчиз» неплатежеспособной компанией и постановил ликвидировать её до 14 июля 2026 года. Таким образом, контроль над Туровским молочным комбинатом фактически переходит к братьям Байко и их партнерам.
Полоцкий молочный комбинат пошел в банкротство
Полоцкий молочный комбинат продали «Савушкину продукту»
«Всё продали в Россию?» Из белорусских магазинов исчез популярный продукт
Государственный знак качества присвоили только одной из двух белорусских сгущенок. Так Глубокое или Рогачев?
В молоке от «Молочного мира» заметили черный осадок на дне
Сейчас читают
«Я в колонии был более свободен». Бывший политзаключенный Тамаз Пипия рассказал о 6 годах за решеткой и новой параноидальной белорусской реальности1313
Комментарии
Як табе такое, Лідзія Ярмошына?