Два дня вместе — и снова поезд в Вильнюс. Как четыре года ожидания польской карты побыту испытывают брак белорусов

Марина рассказала Most, как годы жизни между двумя странами повлияли на их брак.

В 2022 году после начала политического преследования Марина вместе с дочерью уехала из Беларуси в Литву: ей удалось быстро получить литовскую визу. Вячеслав сначала вообще не планировал уезжать из Беларуси.

Но через три месяца после отъезда жены он также решил покинуть страну. Наиболее быстрым вариантом для него оказалась польская гуманитарная виза. Так Марина с дочерью оказались в Вильнюсе, а её муж — в Польше.

Работа нашлась в Рыбнике [город в южной части страны недалеко от границы с Чехией] — и мужчина поехал туда. Планировалось, что это ненадолго — только пока не решится вопрос с документами.

Он подал документы на карту побыту ещё в октябре 2022 года — в Силезское воеводское управление в Катовицах. Положительного решения по делу ему пришлось ждать почти четыре года: решение он получил только в августе 2026 года. Но самой карты у него до сих пор нет — получить её он сможет только в ноябре. Всё это время мужчина фактически был привязан к Польше и не мог просто сесть в поезд или автобус и поехать к жене в Вильнюс.

Поэтому все эти годы ездить приходится Марине. Примерно раз в два месяца она отправляется из Вильнюса в Рыбник, чтобы провести с мужем два дня.

Дорога в одну сторону занимает почти целый день: восемь-девять часов в автобусе и ещё три-четыре — в поезде.

Поездка туда и обратно обходится примерно в 130—150 евро.

— Если бы у него были документы, могли бы хотя бы ездить друг к другу по очереди, пока не решим, что делать дальше, — говорит Марина.

Он переносит это тяжелее

Марина говорит, что расстояние тяжело даётся обоим, но мужу — особенно.

— Я, возможно, эмоционально немножко сильнее. Он сильнее физически, а эмоционально ему тяжелее. Я принимаю эту реальность и стараюсь не тратить силы на негативные переживания. Потому что есть то, что мы не можем изменить. А то, что можем сделать, — делаем, — говорит Марина.

Для неё способ «не развалиться» — постоянно что-то делать. В Вильнюсе Марина занимается белорусской культурой и образованием, руководит центром «Свiтанак», который создала, работает с детьми, организует поездки и выступления.

Муж остался в Польше, работает на заводе. Иногда вместе с дорогой его рабочий день занимает около 12 часов.

К трудностям с документами в последние годы добавились семейные. В октябре 2025 года умерла сестра Вячеслава, которая ухаживала за их больными родителями.

— Он был очень привязан к семье, к своей деревне. Его всё время тянуло туда, к земле, к месту, где он вырос с бабушками. И эти психологические обстоятельства очень на нём сказываются, — говорит Марина.

Поэтому, когда Марина приезжает, часть их короткой совместной жизни выглядит очень просто.

— Я стараюсь элементарно помочь ему: приготовить еду, заморозить. Он очень любит голубцы — я стараюсь накрутить этих голубцов, заморозить, чтобы он потом мог просто разморозить и поесть. Котлеты тоже. Он работает на заводе, два часа едет, восемь часов работает, два — обратно. Приезжает уставший, а ещё нужно что-то приготовить, — говорит женщина.

В этих голубцах и котлетах, которые ждут мужчину в морозилке после её отъезда, теперь и заключается значительная часть их семейного быта.

Погулять за руку

У дома, второй этаж которого арендует мужчина, красивый двор. Когда погода хорошая, Марина и Вячеслав могут устроить там гриль. Иногда приезжают дети, друзья-белорусы из Варшавы или Литвы.

— Есть в Рыбнике замечательное кафе, там очень вкусные десерты, особенно мороженое. Мы любим туда сходить, прогуляться, просто взявшись за руки. Там очень красиво, много парков. Можно посидеть на лавочке. Мы очень любим там гулять, — говорит женщина.

Иногда Марина пытается совместить свои культурные поездки с возможностью побыть вместе. Муж ездил с ней в Закопане, приезжал на фестиваль «Тутака». Но есть важное ограничение: пока у Вячеслава нет карты пребывания, встретиться они могут только в Польше. Для Марины именно это — одна из самых трудных частей их истории. Она сравнивает это с советскими временами.

— Как когда-то в колхозах забирали паспорта: работай и сиди на одном месте, — злится женщина.

Не разговаривают каждый день

За четыре года они уже выстроили жизнь на расстоянии.

— Мы разговариваем несколько раз в неделю. Когда он работает в первую смену, приезжает часов в четыре-пять, и мы можем поговорить. А потом у меня начинаются вечерние занятия, — говорит Марина.

На вопрос, ссорились ли они из-за расстояния, она смеётся:

— Конечно, ссорились. А кто не ссорится? Мне просто интересно: есть такие семьи, где всё так гладко и люди не ссорятся? Я бы у них поучилась.

Но за этой шуткой — гораздо более серьёзная проблема. Марина говорит, что они с мужем по-разному смотрят на будущее. Она более склонна планировать, думать о финансовой подушке, о том, какой будет их жизнь через несколько лет. Муж, по её словам, больше живёт сегодняшним днём.

«Думали: возможно, закончим наши отношения»

Марина не скрывает, что были моменты, когда ей казалось, что брак может не выдержать. Они и сейчас случаются.

— Очень много семей, мне кажется, не выдержали испытания этим изгнанием, — говорит женщина.

В какой-то момент разговоры о расставании стали уже не абстрактными.

— Обстоятельства иногда доводили до того, что мы уже думали: возможно, закончим наши отношения. Но решили, что это расстояние, эти испытания, возможно, наоборот, поспособствуют тому, что мы сохраним семью. Я надеюсь, что так будет, — добавляет она.

Но сегодня она смотрит на эти отношения уже иначе, чем несколько лет назад.

— С высоты своих лет я решила, что я у себя на первом месте. И если мы не смотрим в одну сторону, а смотрим в разные стороны, то лучше не мешать друг другу. Но я думаю, что у нас всё получится, если будем стараться оба, — говорит Марина.

А потом она снова едет в Вильнюс

Казалось бы, самый тяжёлый момент каждой такой встречи — дорога обратно, когда Марина снова садится в поезд до Вильнюса. Но она говорит, что старается даже там не оставлять себе времени на грусть.

— В поезде, когда возвращаюсь в Вильнюс, я не думаю о каких-то философских вещах. У меня есть расписание: нужно подготовить занятия, музыку, следующее выступление, — говорит женщина.

В дороге она может вышивать белорусский наряд. За последние годы сделала аутентичный наряд для дочери, теперь шьёт себе сорочку.

— Я постоянно занята. У меня нет свободного времени, чтобы тратить свою жизнь на какие-то переживания. У меня столько планов, мечтаний и целей — не знаю, хватит ли мне этой жизни, чтобы всё воплотить, — добавляет Марина.

• 0
• 0
• 0
• 1
• 0
• 4
• 0
• 2