«Польская коляска по сравнению с белорусской — космический корабль». Белорус, который не может ходить, — об условиях для инвалидов в Польше и на родине.

Несчастный случай с Павлом произошел три года назад за границей. Мужчина не хочет называть страну, а также рассказывать о том, что случилось, отмечает лишь, что пять месяцев «провел в гипсах». Сейчас у него серьезно поврежден позвоночник, разбиты ноги. Время от времени может возникать спастика, то есть спазмы мышц, и тогда белорус становится обездвиженным.

Павел рассказывает, что у него было разрешение на экстренную помощь в Польше, поэтому операцию ему сделали в этой стране, что позволило восстановить некоторые функции тела. Однако позже он был вынужден поехать в Беларусь, так как там был кто-то, кто мог за ним ухаживать.

«В Беларуси пришлось выбивать реабилитацию — без блатa не обошлось»

На родине мужчина пробыл шесть месяцев и пришел к выводу, что отношение белорусского государства к инвалидам — «это показуха».

— Я поехал в Беларусь, потому что мне сказали, что дадут реабилитацию, на которую я имею право как гражданин. Но мне ее пришлось выбивать — без блата не обошлось, — признается Павел.

При этом мужчина отмечает, что отношение людей, в том числе врачей, было человеческим. Он подчеркивает, что отношение польского и белорусского государства к инвалидам сильно отличается, а вот «люди в обеих странах одни и те же».

После шести месяцев в Беларуси Павел вернулся в Польшу:

— Мы сделали так, что теперь здесь есть кому за мной ухаживать, — объясняет он.

«Обычная медсестра может взять на себя ответственность за обезболивание»

Одна из проблем, с которой столкнулся Павел в Беларуси, — доступ к сильным обезболивающим лекарствам.

— У меня до сих пор случаются очень сильные боли. И поэтому мне нужны такие средства, — объясняет он. — В Беларуси этих лекарств нет, во-первых, из-за отсутствия финансирования. А во-вторых, в нашей стране очень сложная бюрократическая процедура применения таких лекарств: акты, врач, медсестра, старшая медсестра.

Его несколько раз забирала скорая помощь из-за острых болей, и ни разу в машине не было сильных обезболивающих. То же самое было и в травматологии — по словам Павла, сильные лекарства ни разу не применялись в его случае.

— Это было критично для меня, так как боли были очень сильные, я мог сойти с ума. А мне говорили, что в бюджете нет денег, — вспоминает он.

В Польше с сильными обезболивающими ситуация совсем иная. Павел рассказывает, что смог договориться даже с семейным доктором, чтобы тот на первое время выписывал ему небольшие дозы. Далее этим уже занимался специализированный врач.

Мужчина также отмечает, что в Польше есть специализированное медицинское учреждение — Poradnia leczenia bólu, которое помогает пациентам, страдающим от боли.

— Получить дозу сильного обезболивающего в Польше не составляет проблемы, в том числе в стационаре, — продолжает Павел. — Обычная медсестра, которая находится на дежурстве, если видит, что ночью пациенту очень плохо, может взять на себя ответственность за обезболивание. Так что Польша и Беларусь в этом плане — небо и земля.

«Болит — не болит, а двигаться надо»

Находясь в Беларуси, Павел почти все время проводил дома, так как не мог двигаться. К тому же в здании, где он жил, отсутствовал лифт, поэтому самостоятельно выйти на улицу не было возможности. В медицинские учреждения его отвозили друзья, а уже внутри персонал предоставлял средство передвижения.

По этой причине в коляске не было необходимости. Но при желании Павел мог бы получить ее бесплатно:

— Насколько я знаю, инвалидам выдается коляска белорусского производства, допотопная, но она чуть лучше, чем российская, потому что там, я смотрел, совсем ужас.

В Беларуси около 10 тысяч человек передвигаются с помощью инвалидных колясок, и качество этих колясок создает для них проблемы.

В Польше средства передвижения для инвалидов частично или полностью финансируются из Национального фонда здоровья (NFZ). Белорус вспоминает, что когда обратился за коляской к доктору, тот предложил ему вариант за 500 долларов, из которых из своего кармана нужно было доплатить только 500 злотых (130 долларов). Сначала он согласился, а потом нашел еще более привлекательный вариант.

— Денег у меня было немного, — рассказывает мужчина, — поэтому мне было очень приятно, когда в медицинском магазине девушки предложили вариант, за который не нужно было доплачивать вообще. Это шикарная бельгийская коляска, малогабаритная, она складывается, очень удобная. По сравнению с тем, что в Беларуси, — космический корабль.

Павел говорит, что если есть деньги, то с большой доплатой от NFZ можно приобрести и более дорогие коляски, в том числе электрические. Мужчина добавляет, что выбрал механическую не столько из-за финансового вопроса, а потому что ему нужна физическая нагрузка.

— У меня частично парализованы мышцы, — объясняет он, — поэтому их нужно разрабатывать, чтобы не было тромбоза вен. Так что, болит — не болит, а нужно хоть как-то двигаться, что-то делать, ползать. Потому что если будешь просто лежать в кровати, то два-три года — и все, на этом ты и закончился.

«Каждый день предлагают помощь, даже по нескольку раз»

Павел не может точно сравнить безбарьерную среду в Беларуси и Польше, так как на родине особенно не передвигался по улицам. Но польский город, в котором он сейчас живет, он оценивает в этом плане положительно. В основном мужчина передвигается на коляске по велосипедным дорожкам — они удобные, с маленькими бордюрами.

— Также нет проблем заехать, например, в Biedronka (сеть магазинов — прим.), — продолжает он, — потому что там широкие двери. Единственное, что в этих магазинах загромождают проходы товаром, поэтому если я там буду ехать, то займу весь проход.

Павел хвалит также городские автобусы. Большинство из них приспособлены для инвалидов, они с низкой посадкой. Водитель на остановке может опустить автобус еще ниже. Есть автобусы, где водитель выходит и откидывает специальные пластины, чтобы по ним можно было заехать в салон.

— Но у меня с автобусами проблема, — делится Павел, — от тряски и вибрации становится очень больно. В таких ситуациях мне нужно лежать, но в автобусе особо не полежишь. Поэтому чаще я вызываю такси или меня возят знакомые.

Белорус называет себя скромным человеком, поэтому не любит обращаться к чужим людям на улице за помощью. Но этого и не требуется: местные жители и приезжие белорусы очень часто сами ее предлагают.

— Каждый день такое случается, даже и по несколько раз, — улыбается Павел.

«Доктор выслушала меня — потом просто открывает свою сумку и дает мне деньги»

Белорус получает финансовую помощь от государства — самую большую, которая может быть в таких случаях. Она составляет около 2 тысяч злотых (520 долларов) в месяц. Эти деньги почти полностью идут на оплату аренды и еду. Павел говорит, что решения о финансовой помощи пришлось ждать очень долго — и это одна из проблем Польши.

— Здесь между несчастным случаем и моментом, когда начнут выплачивать помощь, может пройти много времени — и шесть месяцев, и 12, — объясняет он. — В моем случае это было два года — один за другим шли больничные, и только после них проводилась экспертиза — аналог нашей МРЭК.

Такие длительные сроки создают неудобства для инвалидов, которые из-за несчастного случая теряют основной источник дохода. Павел вспоминает, как в ожидании решения о помощи приехал к доктору за рецептом на лекарства. Ему предложили дорогие и эффективные. Мужчина отказался, объяснил свою финансовую ситуацию и попросил рецепт на более дешевые лекарства.

— Доктор выслушала меня, потом просто открывает свою сумку и дает мне деньги — на лекарства и такси. Вот просто так, сразу. Я поблагодарил и отказался, но было очень приятно, — делится Павел.

При этом мужчина отмечает, что если в Польше несчастный случай произошел на работе и человек был застрахован, то комиссия, принимающая решение о выплате, почти всегда становится на сторону работника, чтобы он получил хоть какие-то деньги.

— В Беларуси же не так, — продолжает Павел. — Я разговаривал с людьми, которые получили травмы на работе. И они очень часто жаловались, что их делали виноватыми, чтобы ничего не платить по страховке. Да, их лечат бесплатно, платят минимальную пенсию, но выплат по страховке нет.

«В Беларуси я бы легко нашел работу»

Инвалиды в Польше могут работать. Павел говорит, что если человек с ограничениями по здоровью захочет найти работу, то с этим не будет проблем. Есть разные фонды, которые этим занимаются, проводятся ярмарки вакансий, а работодатели за работника-инвалида получают налоговые льготы.

Инвалидам предлагают неполный рабочий день, отпуска, которые оплачиваются, и выходные для посещения врачей, а также зарплату не ниже минимальной. Белорус говорит, что с удовольствием начал бы работать, но его состояние здоровья не позволяет. К тому же ему нужна физическая нагрузка, чтобы тренировать мышцы.

— В Польше все же такой подход, что инвалидам предлагают физически легкую работу, — объясняет он. — Вот в Беларуси я бы легко нашел ее. Меня бы посадили к станку что-то штамповать за копейки.

В Польше работа для людей с инвалидностью больше связана с коммуникацией, например их могут устроить кассирами. Павел говорит, что когда посещал офис Управления социального страхования (ZUS), то документы у него принимал парализованный с детства парень:

— И он нормально себе работает, а поскольку находится в таком состоянии, то хорошо понимает нужды инвалидов.

Также для людей с инвалидностью в Польше организуются различные мероприятия. Это не только ярмарки вакансий или встречи психологической помощи, но и развлекательные мероприятия. Павел о них знает, однако не посещает, так как физическое состояние не позволяет.

— Но я нахожу себе какие-то занятия, — добавляет он, — мне есть ради кого и чего жить. К сожалению, я не читаю, так как после травмы у меня проблемы со зрением, но много слушаю аудиокниги. Держу руку на пульсе.

• 2
• 0
• 0
• 1
• 1
• 1
• 0
• 3