Белорус несколько раз успешно приезжал из Польши на родину. А в последний раз не смог выехать из-за политического уголовного дела

Вспоминая то, что произошло, Олег не может сдержать эмоций.

— Знаете, меня же вызывали в РУВД за протесты еще в 2021 году. У меня во «ВКонтакте» было много репостов — особенно мне нравился «Чай с малиновым вареньем», — а также снимки с протестов. Позвонили субботним вечером, сказали приехать в РУВД. Я ответил, что без повестки никуда не поеду. Но милиционер только усмехнулся: «Если не придешь, мы сами приедем. И тогда ты точно сядешь».

Олег говорит, что тогда ему грозила только административка. Он раскаялся в РУВД, письменно пообещал больше никогда не участвовать в митингах.

— Милиционер предупредил: «В понедельник можем тебя забрать». Но в понедельник никто меня не забрал. А недели через три пришла бумага, что административное дело прекратили, потому что доказательств нет. Я подумал, может, репрессии останавливаются, это финиш.

В ноябре 2023 года мужчина поехал работать в Польшу. С того времени он несколько раз приезжал в Беларусь. На вопрос, не боялся ли он таких поездок, Олег признается:

— Конечно, я читаю новости в независимых СМИ. Знал я и о задержаниях на границе, и о том, что иногда человека пускают в страну, а потом в скором времени задерживают. Я держал в голове, что такое возможно! Сначала — как любой белорус — крестился перед тем, как пересечь границу.

Но потом добавляет: после первых успешных поездок он расслабился. Тем более белорусские пограничники никогда не обращали на него особого внимания — на разговоры не вызывали, посмотреть телефон не просили.

— Ну, я и подумал: может, они видят, что я неактивный, нигде ничего не лайкаю, не пишу.

В этот раз Олег поехал в Беларусь в конце марта, чтобы поздравить дочь с днем рождения. Говорит, на границе никаких вопросов к нему не было.

В апреле мужчине нужно было возвращаться на работу в Польшу. Но в этот раз спокойно пересечь границу не получилось.

Павялічыць

— Пограничники сказали: «Мы не видим в системе почему, но тебе запрещен выезд из Беларуси. Едь в миграцию, выясняй причину».

В тот же день Олег вернулся в Минск и отправился в миграцию.

— Там все было как-то долго. Обычно они минут за пять выдают справку, в чем причина запрета на выезд. А здесь я ждал минут двадцать. Наконец женщина выносит мне документ, где написано, что я признан подозреваемым по уголовному делу. Она сказала, что дело политическое. Говорит: «Если ты нигде не участвовал, звони в Следственный комитет». И типа ничего не будет. «А вот если участвовал…» — и замолчала.

Олег признается, что в этот момент его охватила паника. Мужчина быстро нашел адвоката.

— Он объяснил, что в лучшем случае мне грозит 2,5 года домашней химии. А если есть еще комментарии (а я их действительно когда-то писал довольно активно), то точно сяду. Адвокат сказал, что сейчас аналогичных дел много, поэтому силовики разбираются с ними постепенно.

Потом Олег позвонил в Следственный комитет — там подтвердили, что он действительно фигурант уголовного дела.

— Пока был в Беларуси, опасался каждой машины. Ждал, что приедут, заберут, устроят маски-шоу. Прощался со свободой.

Олег разговаривал с друзьями, один из которых посоветовал ему не ждать — потому что ничего хорошего точно не будет, — а обратиться за помощью в «Байсол».

— Мне помогли. Я выбирался из Беларуси почти что неделю и прошел через все круги ада. Слава Богу, я в Европе — и у меня есть будущее. «Байсол» мне жизнь спас, а так была бы беда!

Павялічыць

Теперь мужчина звонит знакомым белорусам в Европе, чтобы предупредить: ничего не закончено, ездить на родину небезопасно. Говорит, среди его знакомых тех, кто участвовал в протестах, хватает — но не все они понимают, что мстить им режим может даже через пять лет.

• 9
• 1
• 2
• 35
• 0
• 6
• 9
• 0