В редакцию «Новой газеты» в Москве пришли силовики и провели там обыски. Это якобы происходит в рамках уголовного дела о незаконном использовании персональных данных.
Согласно сообщениям, в офис издания в центре города вошли сотрудники в масках и начали следственные действия. При этом адвокатов внутрь не пускали, а часть сотрудников осталась без связи. Также стало известно, что задержан один из обозревателей издания Олег Ролдугин, который делал расследования об окружении главы Чечни Рамзана Кадырова и о создании мессенджера Max.
Силовые структуры заявили, что проверяют деятельность газеты и возможные связи с другими организациями и ресурсами. По версии следствия, в материалах могли использоваться персональные данные граждан, полученные из различных источников.
Само издание «Новая газета» работает в России с 1990‑х годов, но после начала войны в Украине часть редакции выехала за границу и создала отдельный проект. В Москве осталась вторая часть команды, которая продолжает работу в сложных условиях.
Ранее в отношении газеты уже принимались ограничительные меры: ее регистрацию аннулировали, а некоторые связанные с ней проекты признали «нежелательными».
Во время последних событий сотрудники редакции и их адвокаты сообщали, что не имеют доступа к задержанному Олегу Ролдугину и не могут получить полную информацию о ситуации. Сама редакция пока не давала широких комментариев.
Бывший главный редактор издания Дмитрий Муратов в 2021 году стал лауреатом Нобелевской премии мира.
В России объявили «экстремистской организацией» «Мемориал»
В Беларуси признали «экстремистским» сайт Би-би-си. То ли весь, то ли только Русской службы
Фейковая журналистка «Новой газеты. Европа» пытается нанять на работу известных белорусов — предложения получил Лосик, Рогатко
У Кадырова отказали почки, Кремль ищет нового руководителя Чечни — ГУР
«Пригласил меня на свидание и приехал на него с пакетом помидоров вместо цветов». Что вспоминают о Яне Памедоре Реуцком, админе многотысячного сообщества белорусов Польши77
Комментарии
вось. нават у Маскве такое магчыма, а ў нас немагчыма