Борис Вишневский: Минские договоренности означают, что Путину не удалось сокрушить Украину

В Интернете нет недостатка в комментариях с оценкой минской встречи как удачной для Владимира Путина, «получившего все, что хотел».

С плачем по Украине, для которой указанная встреча якобы крайне неудачна. И с упреками в адрес лидеров Франции и Германии, которые не сумели (или не захотели) добиться для Украины большего.

Не пытаясь конкурировать в квалификации с авторами этих комментариев, все же замечу:

одного того, что могут перестать ежедневно гибнуть люди, уже достаточно для положительной оценки минской встречи.

Да, в минских протоколах не зафиксировано очевидного (для всех, кроме Кремля, российского МИДа и постоянных зрителей Киселев-ТВ).

Что российские власти несут главную ответственность за происходящее на востоке Украины, что они создали, поддерживают и вооружают так называемых сепаратистов (которых отродясь не бывало ни в Донецке, ни в Луганске до появления диверсантов Гиркина-Стрелкова), и что вывод российских наемников и «добровольцев» (с немедленным перекрытием границы) является непременным условием прекращения необъявленной войны.

Безусловно, если бы это было в них указано – дипломатическое поражение Путина не требовало бы пояснений.

И это с восторгом отметили бы все те, кто сейчас сокрушается над недостатками минских протоколов.

Правда, никто из них на переговорах не присутствовал.

И повлиять на их результат не мог. И не мог помочь Украине одержать победу над замаскированными под «ополченцев» российскими военными, или снабдить ее современным оружием.

Ну и сильно ли помогают Украине, — чьей борьбе за территориальную целостность и за отражение кремлевской агрессии я сочувствую так же, как они, — панические комментарии в стиле «шеф, все пропало, клиент уезжает»?

Украинский президент Петр Порошенко добился того, чего мог добиться – в тех условиях, в которых оказался.

И главным для него в Минске был мир для своей страны и сохранение ее целостности – а не дипломатическое унижение российского визави.

Что касается «получившего все, что хотел» Путина – стоит задуматься: а что же он, собственно, получил?

«Особый статус» нескольких районов Донецкой и Луганской областей (при отсутствии малейшего упоминания о бандитских «народных республиках» и виртуальной «Новороссии»)?

Но неужели использование там русского языка как основного, и право начальства этих районов согласовывать кандидатуры судей и прокуроров и создавать свою милицию было подлинной целью путинской политики последнего года?

Ее целью, — что, собственно, и не скрывалось путинскими идеологами и пропагандистами – было уничтожение независимой Украины, превращение ее в послушного российского вассала и подавление украинской антикриминальной революции.

И на пути к этой цели Кремль потерпел сокрушительное поражение.

Реально же «достигнуто» только перечисленное выше в «особом статусе».

А взамен развязана война, унесшая тысячи жизней, сделавшая Россию страной-изгоем, уничтожившая доверие к ней, обрушившая рубль и поставившая российскую экономику на грань катастрофы…

Действительной победой Путина, — хотя и недолгой, потому что последовали бы еще более серьезные санкции, и еще большая изоляция, — стало бы продолжение войны.

Потому что война сегодня является его главной и единственной опорой – как во внешней, так и во внутренней политике. Она, что называется, «как мать родна».

Мир же означает его поражение и победу Украины.

Но мир означает и победу России – которой не нужна война, и для которой все более губительной становится проводимая Путиным политика.

И потому сегодня быть российским патриотом – значит, быть против войны и против Путина.

• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0