Как политика Путина влияет на нас и как уменьшить это влияние 

Международные дебаты «Территория правды» на «Белсате» ведут белорусская публицыстка Светлана Калинкина и легендарный российский ведущий Евгений Киселев. В четырех выпусках ток-шоу десятки экспертов из шести стран будут дискутировать о том, как политика Путина влияет на нас, и как это влияние можно уменьшить.

Евгений Киселев, один из создателей НТВ, возглавлял российский телеканал до того, как контроль над ним силовым способом перехватили российские власти. С 2008 года Киселев живет и успешно работает на телевидении в Украине. Там в 2017 году совместно с продюсером Алексеем Семеновым и телеведущим Матвеем Ганапольским он создал новый медиаресурс — информационный телеканал «Прямой», где занял место ведущего.

В России Киселеву грозит многолетнее заключение. ФСБ возбудило против телеведущего уголовное дело, обвиняя в призывах к терроризму — Киселев высказывался в поддержку украинки Надежды Савченко, когда она находилась в российской тюрьме.

Интервью Сергея Пелесы с Евгением Киселевым

— Почему Вы решили принять участие в «Территории правды»?

— Я никогда не берусь за проекты, за темы, которые мне безразличны и неприятны. Я никогда не беру интервью у людей, которые мне не интересны. Если мне это интересно, я в этом участвую. И здесь именно такой пример.

Шесть лет Путина прошло, и еще шесть лет Путина впереди. И эти шесть лет что-то готовят соседним странам. Вряд ли что-то хорошее. Есть о чем поговорить.

— Как эта программа может повлиять на восприятие политики простым обывателем?

— Я не верю, что из-за одного такого проекта произойдет революция в умах, но я верю в то, что капля камень точит. И эти четыре программы — это те самые четыре капли, которые постепенно и повлияют на общественное мнение. Но копать нужно все время. Если все медиа, доступные русскоязычной аудитории на постсоветском пространстве, будут делать каждый день то же, что мы, — тогда будет результат.

— Что получит зритель посмотрев эти программы?

Павялічыць

— Пищу для размышлений. Важнее всего, чтобы люди послушали и задумались. В этом проекте принимают участие чрезвычайно содержательные эксперты, глубокие знатоки тех тем, которые мы обсуждаем. Мне их слушать интересно. Даже иногда слушаю, — и не прерываю их.

Любой телевизионный ведущий знает ситуацию, когда кто-нибудь из гостей ток-шоу говорит: «Не перебивайте меня, дайте мне закончить!» И мне всегда хочется сказать такому человеку: «Я никогда в жизни не буду перебивать, если ты будешь говорить что-то такое, что заставит меня слушать, затаив дыхание». Так вот эксперты, участвовавшие в проекте «Территория правды», говорили так эмоционально и содержательно, что я слушал их, затаив дыхание. Думаю, это самое существенное, самое важное, что даст проект зрителям.

— Чем Вам запомнилось сотрудничество с «Белсатом»?

— Приятно было работать с людьми, которые говорят с тобой на одном профессиональном языке, которые понимали с полуслова. И самое приятное, что я убедился в высоком профессионализме людей, работающих на «Белсате».

— Что Вас удивило во время работы над «Территорией правды»?

— Меня больше всего удивило то, что все удалось. Потому что это был тяжелый проект, в том числе и физически.

— Изменилось ли Ваше отношение к Беларуси после знакомства с белорусами, которые работали над «Территорией правды»?

— Смотря что понимать под Беларусью. Отношение к режиму Лукашенко не поменялось. К нормальным белорусским коллегам, а мне пришлось общаться с белорусскими коллегами, я всегда относился позитивно. Мое отношение не ухудшилось. В Беларуси я не был. Единственные белорусы, с которыми я был знаком, это Станислав Шушкевич и еще, конечно, покойный Павел Шеремет.

— Большую часть своей жизни и карьеры Вы провели в России. Что Вас подтолкнуло десять лет назад переехать в Украину?

— Меня пригласили работать на одном проекте. Мне показалось это интересным, перспективным. Я поехал туда работать. Это не было политической эмиграцией.

Павялічыць

Первое время, работая в Киеве, я часто приезжал обратно в Россию. Постепенно, с течением времени, я понял, что для того, чтобы успешно работать как журналист в Украине, нужно работать не вахтовым методом, а жить там, пускать корни, заводить связи, знакомства. Если ты хочешь быть серьезным украинским журналистом. Поэтому центр моих профессиональных и жизненных интересов переместился в Киев. Остальное было уже после. Рокировочка. Третий срок Путина. И все другие мерзости, связанные с этим третьим сроком. Аннексия Крыма, война на востоке Украины, сбитый малазийский «Боинг», убийство Бориса Немцова и прочее, прочее, прочее.

— Вы можете в Россию поехать или нет?

— Нет.

— Почему?

- Даже если бы я мог поехать, то я не хочу туда ехать. Мне там в данный момент противно.

— Что за история с обвинением против Вас в России? Надежда Савченко давно уже в Украине. Почему это дело не закрывают, в чем проблема?

— Это вопрос не ко мне. Это вопрос к тем, кто это дело возбудил.

— Как Вы себя чувствуете, работая на украинских телеканалах, комфортно ли Вам там?

- Мне комфортно. Я работаю по принципу: «делай что должно, и будь что будет» независимо от того, на каком канале я работаю. У меня есть свое представление о том, что такое хорошая журналистика, и я стараюсь это представление реализовывать независимо от того, где я работаю.

— А что такое, по-Вашему, хорошая журналистика?

— Хорошая журналистика - это хорошая журналистика. Кому непонятно - смотрите мои передачи.

— Евгений Алексеевич, вы сказали, что не хотите копаться в прошлом. Но я хотел бы Вам задать вопрос, связанный с прошлым. Несколько дней назад была очередная годовщина вывода войск из Афганистана. Дело в том, что так сложилось, что Вы и мой отец были почти одновременно в Афганистане. Мой отец был там с 1982 по 1983 г. А потом еще раз был год. Всего провел два года. Он давно умер, но чуть ли не до смерти ему снился Афганистан. Возможно, Вы не участвовали непосредственно в боевых действиях, но не могу не спросить: Вам снится Афганистан или нет?

— Нет, мне Афганистан почему-то не снится. А может быть, и снится иногда, но знаете, не все сны запоминаются. Во всяком случае, кошмарных снов у меня нет. Я не участвовал в боевых действиях. У меня нет посттравматического синдрома. Я же работал переводчиком. Причем не в 40-й армии, не в так называемом «ограниченным контингенте советских войск», который вошел в Афганистан в декабре 1979 г., а в группе советских военных советников, которая была там при всех режимах, во все времена.

Туда я попал еще в середине 1979 г. Тогда даже речи не было о вооруженном вторжении. И так там на этой работе и проработал. Это был параллельный мир той войне, которую там вела 40-я армия. Поэтому не припоминаю. Хотя отношение у меня к этому есть, но это тема отдельного разговора. Ввод советских войск в Афганистан - это было больше, чем преступление - это была ошибка.

— А то, что сейчас происходит с Украиной - это ошибка? Как Вы это воспринимаете?

— Это агрессия. Я воспринимаю это как аннексию Крыма и агрессивную войну, которая ведется средствами XXI века.

— Какое значение имеет тот факт, что «Территория правды» выходит на русском языке, а не, скажем, на белорусском или других языках?

— Русский язык, нравится это кому-то или нет, — это язык межнационального общения на постсоветском пространстве. Я вижу, как по-русски разговаривают между собой дипломаты из Латвии, Литвы, Эстонии, аккредитованные в Киеве. 

Павялічыць

Я как-то оказался в компании дипломатов, среди которых был посол Эстонии, посол Латвии, посол Литвы, там еще был и прекрасно говорил по-русски посол Швеции и, по-моему, Финляндии и Венгрии, не буду врать. Русский язык была для них единственным, на которой каждый из них говорил свободно, они, несмотря на всю сложность отношений к так называемому «русскому миру», говорили между собой по-русски. И проект «Территория правды» таким образом увидят все люди, говорящие на русском языке, независимо от того, где они находятся — в Беларуси, в Украине, в странах Балтии или даже в Польше. И надеюсь, что в России его тоже посмотрят.

«Территория правды» выходит по средам с 21 февраля по 14 марта на телеканале «Белсат».

• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0