Всеволод Стебурако: В «деле Юркойтя» ждать больше нельзя

Человеческая жизнь коротка, еще короче людская память. Исследователи говорят, что историческая устная память коротка и распространяется лишь на несколько поколений — «внук-отец-дед». Далее шли категории: сказка-легенда-забвение.

До появления массовой печати все наши победы под Грюнвальдом, Оршей и Синими Водами хранили в памяти лишь летописи, хроники и представители высших сословий. Хранителями памяти были единицы: шляхтичи, священнослужители, люди науки — национальная элита. Истребление белорускости на протяжении последнего столетия свело почти на нет и те ростки сознания — ведь были истреблены и шляхта, и священники, и весь цвет национальной интеллигенции.

В таких условиях особенно яркими личностями предстают те немногие, кто почувствовал призвание к белорускости вопреки нашей действительности. Абсолютное большинство из них остается неизвестным широкому свету. Это учителя, краеведы, работники маленьких, забытых Богом, музейчиков, руководители художественных кружков…

Одним из таких призванных в свое время стал и Алесь Юркойть — по профессии таможенник, который согдавал вокруг себя Беларусь… Заслуг у него немало, но я упомяну лишь одну из них.

Последние годы Александр был одержим идеей как должно отпраздновать 150-ю годовщину восстания Калиновского. То, что государство не намеревалось этого делать, а национальная интеллигенция, как всегда, пустила всю энергию на дискуссии, его не огорчало — у Алеся был свой план. Был подготовлен двухдневный лагерь-концерт на площадке отдыха у озера Каймин под Островцом. Были приглашены десятки участников: музыканты и литераторы, рыцарские клубы и художники, фактически были согласны и местные власти… Мероприятие должно было стать самым значительным в масштабах страны по этому поводу. Но не случилось: за пару дней до начала нервы у районного начальства не выдержали и разрешение было отозвано. На месте празднования появились патрули милиции, которые внимательно следили за окрестностями и записывали номера подозрительных машин… Разочарование было сильным. Но у Юркойтя имелся еще один элемент программы — памятник повстанцам!

Павялічыць

В глухом уголке появился обелиск, который оказал бы честь и Вильнюсу, и Минску — величественный крест-меч! С надписью кириллицей и латиницей: «Каго любіш? Люблю Беларусь! То ўзаемна!»

Теперь же деятельного таможенника привлекли к грязному коррупционному делу… До сих пор не решена судьба памятника. Не решена и судьба его создателя — уже год он находится в СИЗО на Володарского.

Я уверен, что он и в дальнейшем оставался бы в числе неизвестных, делая свое дело, если бы не попал под руку нашей неразборчивой и беспощадной фемиде. Ждать дальше нельзя — лишь общественное внимание к делу способно изменить ситуацию, иначе на нашем поле станет меньше еще одним воином, который стоит целой армии.

• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0