«Нынешние женщины в белом действовали так, как сделала бы Лариса Гениюш». На смерть белорусской героини Леокадии Шишеи
18 января в Вильнюсе умерла белорусская героиня Леокадия Шишея. Красивая и хрупкая женщина 94 лет, на плечах которой помещался большой белорусский мир, оставила нас без своей защиты и упрямых, несгибаемых знаний — утверждений о советском ужасе, пишет в «Новым часе» Владислав Горбацкий.
Диссидентка, гулаговка, знакомая Ларисы Гениюш, жена деятеля белорусского национально-освободительного движения и десантника батальона «Дальвиц» Кастуся Шишеи, госпожа Леокадия после восьми с половиной лет лагерей за участие в антисоветской организации «Чайка» оказалась с мужем в Вильнюсе. Потому что на родине ее не очень ждали — найти новую жизнь в волшебном и вечно борющемся Вильнюсе оказалось гораздо легче.
Она не писала текстов, оставалась в тени мужа, к ней часто обращались преимущественно как к той, которая с тюремных времен знала Ларису Гениюш. При этом она была не только женой и подругой кого-то известного, она сама олицетворяла неповторимый, интересный и порой страшный мир-воспоминание о нашем прошлом, важный голос устной истории. Она оставалась душой белорусского Вильнюса, посещала белорусские мероприятия, а в последние годы уже из дома сочувствовала белорускам, которые боролись с очередной авторитарной напастью после 2020 года.
И ее не удивляло то, что творилось и творится в Беларуси и России. Достаточно пессимистично констатировала, что пока Россия хозяйничает в Беларуси, нам не встать на цивилизованный путь. Белорусов называла «несчастными» и не верила в скорую их победу. Помимо влияния России к факторам, определяющим поражение белорусских протестов, относила и чрезмерную «памяркоўнасць» самих белорусов, которые терпят и молчат.
Очень пристально госпожа Леокадия следила за движением женщин в белом: ее поражала их смелость.
Женщины в белом вызвали у нее воспоминания о многих заключенных женщинах в ее молодости, она считала, что нынешние женщины в белом действуют так, как сделала бы Лариса Гениюш.
Благодаря Людвике Кардис, в 2021 и 2022 годах мне удалось познакомиться с виленской героиней, которая жила на Антоколе, и вместе с Людвикой мы записали несколько интересных часов интервью с госпожой Леокадией.
Жизнь Леокадии заслуживает отдельной книги, которая, без сомнения, появится в недалеком будущем. Свой рассказ и, возможно, будущую книгу о белорусской героине Я бы назвал «N 604 Щ»: его госпожа Леокадия получила в тюрьме и до смерти Сталина должна была откликаться на номер, а не на имя.
До кончины она запомнила номер и при встрече в шутку, но и со скорбью рассказывала о таком перекресте человека в ГУЛАГе.
Когда умер Сталин, первым положительным изменением стало то, что прекратили называть заключенных по номерам — вернулись к именам.
Ее удивляло смирение и блаженство многих женщин в тюрьме, которые плакали от новости о смерти диктатора и продолжали называться по номерам. После освобождения она выбросила тюремные вещи, в том числе робу, так как не хотелось иметь перед глазами печального напоминания, но при этом она оставила интересные воспоминания и неотнятый оптимизм, благодаря которому и выдержала в советском аду. Но и до смерти ей так и не удалось изгнать из памяти и тела номер, назначенный ей «советской родиной».
Номера вместо имен прекрасно свидетельствуют о подлинном характере СССР и нынешней Беларуси, которая продолжает трактовать человеческую жизнь как собственность государства.
Литва признала ее заключенной и предоставила заслуженное гражданство, белорусская диаспора признала ее героиней, Рада Белорусской Народной Республики наградила ее медалью «100 лет БНР», и только официальная родина никак не удостоила белоруску, которая отсидела «ни за что» восемь с половиной лет в ГУЛАГе, так и не получив впоследствии ни извинения, ни компенсации.
Еще при жизни и тем более сейчас, в смерти, Леокадия присоединилась к когорте непокоренных белорусок, которые составляют невидимый, но существующий пантеон богатырей белорусчины.
Теперь, когда госпожа Леокадия ушла, мне остаются лишь воспоминания о последней встрече с ней — 1 июня 2022 года. В день ее рождения я заехал к ней с букетом цветов. Едва попал к ней через закодированные двери подъезда, отказался от кофе, только на пороге чуть поговорил с ней и крепко обнял на прощание, чтобы больше никогда не встретиться…
Читайте также:
Умерла Леокадия Шишея
-
На могиле Вячки Станкевича на памятнике — ни слова по-белорусски. Вот о чем это говорит насчет эмигрантов, эмиграции и «белорусскости внуков»
-
Львовский: В Беларуси национальный праздник — это рыцарские турниры, в России — сарафаны и хороводы
-
Прорыв марокканцев в Сеуту: что это было? Могла ли это быть тонкая месть Вашингтона Мадриду? И отразится ли на легализации белорусов?
Комментарии