Виктор Бабарико думал создать банк для эмигрантов — но вот почему отказался от этой идеи
На встрече в Вильнюсе Виктор Бабарико признался, что сейчас находится в поиске работы.
У бывшего политзаключенного и банкира на встрече спросили, не хочет ли он разработать программу экономического развития Беларуси или даже создать некое подобие кабинета министров в изгнании.
Виктор Бабарико признался, что не видит смысла в этом. Дескать, вероятно, дело благородное. Но сам он не занимается проектами на очень отдаленную перспективу.
То, что он планирует делать, звучит в простом лозунге: «Если не можешь спасти страну — спасай людей. Если не можешь помочь стране — помогай людям». Такой подход ему ближе.
Сейчас Бабарико находится в поиске работы, так как считает: чтобы работать в политическом поле, необходимо иметь какой-то заработок — и только тогда человек будет работать без мыслей о собственной выгоде.
«Я, когда вышел, сказал, что банковская сфера для меня закрыта. Потому что я уверен: нельзя встроиться в систему, которая для тебя чужая. Я был менеджером в белорусской банковской системе, наверное, был бы интересен в российской. Но вряд ли я был бы интересен в немецкой. Потому что я просто ее не знаю — там совсем другие принципы. Поэтому я просто вычеркнул банковскую сферу из списка моих профессиональных интересов».
Но однажды разговор зашел о том, что у белорусов хватает проблем с банками: от открытия счетов до финансирования малого и среднего бизнеса. Прозвучала идея, что Бабарико, с его знаниями, мог бы попытаться сделать банк эмигрантов.
«Я как-то усмехнулся, но подумал, что, вероятно, тема может быть интересной. Но тут мне сказали магическое слово — ЕБРР (Европейский банк реконструкции и развития). А мы, как Белгазпромбанк, были самым крупным его партнером. И вдруг у меня появилась мысль: в ЕБРР обратились почти что все основные программы. Им банк эмигрантов для развития малого и среднего бизнеса мог бы быть интересен».
Виктор Бабарико позвонил туда и спросил, где же ЕБРР сейчас работает. Выяснилось, что банк не работает в Восточной Европе — ушел в Африку.
«Я говорю: «А фондирование в Польше можно сделать?». Они отвечают: «В Польше — сделаем. В Германии не сделаем, а в Польше можем». И я вдруг подумал: если европейский банк будет партнером, идея имеет право на существование. Я воскрес: значит, надо заниматься».
Но потом он встретил людей, которые занимаются финтехом, и когда начал им рассказывать, как видит новый банк, выяснилось, что смысла все же нет.
«В конце 2010‑х годов Белгазпромбанк озвучил лозунг: «Мы убьем все банки и застрелимся последними». Он, оказывается, правильный. Поэтому делать банк, который однозначно сразу надо застрелить, — смысла нет никакого. И сейчас как раз обсуждается система выстраивания других принципов формирования финансового института и решения проблем в рамках финансовых институтов вне рамок традиционного банковского бизнеса. И поэтому сама идея банка неправильная — у меня есть ощущение, что в течение 5 лет банки все застрелят».
Поэтому тем, кто говорил Бабарико о создании банка для эмигрантов, тот посоветовал создать кассу взаимопомощи.
Комментарии