Появится ли в Минске памятная доска о Первом всебелорусском съезде? Ирина Дрига пока еще упирается

В этом году, в декабре, исполнится 100 лет со времени проведения в Минске Всебелорусского съезда — первого в истории общенационального представительного форума белорусского народа, который положил начало государственному строительству Беларуси.

Заседания съезда проходили в Минском городском театре. Ныне это здание Национального академического театра имени Янки Купалы.

Вопрос о 100-й годовщине Всебелорусского съезда рассматривал Президиум Белорусской социал-демократической партии (Грамада). По итогам обсуждения председатель БСДП Ирина Вештард обратилась с письмом в Министерству культуры Республики Беларусь, Минскому городскому Совету, Минскому городскому исполнительному комитету и дирекции Национального академического театра имени Янки Купалы с предложением увековечить память о Всебелорусском Съезде мемориальной доской на здании Купаловского театра.

— Мы предлагали изготовить скромную информационную табличку без горельефов и барельефов, — говорит Ирина Вештард. — Мы даже предложили такой короткий текст для нее: «5—18 (18—31) декабря 1917 г. в этом здании проходил Всебелорусский Съезд, который положил начало современной белорусской государственности».

— «Современной белорусского государственности»? То есть, истоки Республики Беларусь социал-демократы видят во Всебелорусском съезде?

— Без всяких сомнений. Логика событий проста: не было бы Всебелорусского съезда — не было бы Белорусской Народной Республики (БНР); не было бы БНР — не было бы Социалистической Советской Республики Белоруссии (ССРБ). Видные социалисты и деятели БНР Антон Луцкевич, Томаш Гриб, Александр Цвикевич и др. смотрели на БССР как на очередной этап национальной революции, итогом которой будет независимое демократическое белорусское государство. И были правы. Независимое государство уже отчасти есть, а демократическое еще надо строить.

— И как отнеслись к предложению социал-демократов Министерство культуры и минские городские власти?

— Городские власти молчат, а первый заместитель министра культуры Ирина Дрига написала вот такой ответ: «Создание и укрепление мемориальных досок на здании театра, являющемся историко-культурной ценностью и местом проведения разного рода значимых исторических мероприятий, пространством творческой деятельности основателей национального театрального искусства, чья память также достойна увековечения, представляется недостаточно обоснованным».

Из ответа Ирины Дриги я поняла, что если на здании Купаловского театра устанавливать мемориальные доски в честь исторических событий, которые в нем проходили, и в честь основателей национального театрального искусства, которые в нем работали, то может не хватить места на стенах. И необходимость мемориальной доски в честь Всебелорусского Съезда в этом свете выглядит недостаточно обоснованной.

Мы не наивные люди и понимаем, что ответы на такого рода предложения, как наше, пишутся не на министерском и не на городском уровнях.

Павялічыць

— Вас устраивает такой ответ?

— Вполне устроил бы, если бы не одно «но». Направившая нам ответ Ирина Дрига подзабыла, что на здании Купаловского театра имеется мемориальная доска в честь другого исторического события — II Всебелорусского съезда Советов, который проходил 2—3 февраля 1919 г.

Ранее такая доска, оформленная на русском языке, висела на фасаде, справа от входа в театр. После реконструкции здания доску сделали белорусскоязычной, чуть изменили ее текст и поместили на стене со стороны улицы Карла Маркса.

Мы ничего не имеем против этой доски, но обращаем внимание на два обстоятельства. Первое: все съезды Советов БССР, проходившие в 1919—1937 гг., назывались всебелорусскими, хотя ни на одном из них вся Беларусь представлена не была. Наверное, большевикам хотелось доказать, что и они могут провести всебелорусский съезд. А на съезде 1917 года действительно была представлена вся Беларусь — и подроссийская ее часть, и поднемецкая. Западные уезды нашей страны были представлены на Всебелорусском съезде делегатами от беженцев и военных.

Второе обстоятельство — на мемориальной доске в честь II Всебелорусского съезда Советов сообщена не вся правда об этом событии. Написано, что съезд принял конституцию Советской Белоруссии и декларацию об установлении федеративной связи с Россией. Могли бы добавить, что Яков Свердлов зачитал также постановление Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета о признании независимости ССРБ. Но не только ради этого приезжал Свердлов («правая рука» Ленина) в Минск. Главная его цель заключалась в том, чтобы урезать и ликвидировать ССРБ. И он добился от местных большевиков, которые верховодили на съезде, чтобы они согласились с решением Центрального Комитета большевистской партии от 16 января о присоединении Витебской, Могилевской и Смоленской губерний к России. И он же продиктовал решение о том, что обрезанная, только-только успевшая родиться, ССРБ будет объединена с Социалистической Советской Республикой Литвы. И 27 февраля, спустя 24 дня после II Всебелорусского съезда Советов, ССРБ перестала существовать. Вместо нее появился печально известный, краткосрочный ЛитБел, в высшем руководстве которого не было ни одного белоруса.

— Чем вы объясните, что съезд, который по сути одобрил ликвидацию Социалистической Советской Республики Белоруссии, отмечен мемориальной доской, а съезд, решивший установить республиканский строй в Беларуси и создать Всебелорусский Совет крестьянских, солдатских и рабочих депутатов из представителей белорусского народа, такой чести не удостоен?

— Добавьте: Всебелорусский Съезд высказался и за федерацию с Россией. А если быть более точной — за федерацию с Российской Демократической Федеративной Республикой. Вот в чем суть. Участники Всебелорусского съезда рассматривали Советы как демократические органы власти, в которых представлены как минимум все социалистические партии. А большевики их рассматривали как органы так называемой диктатуры пролетариата, а по сути, как дополнение к органам большевистской партии. Партийные органы принимают решения, а депутаты, избранные открытым голосованием, их дружно одобряют.

— Какие выводы можно сделать из ответа Ирины Дриги?

— Два вывода. Беларусь, вопреки тому, что записано в Конституции, — не демократическая страна. Для современной власти Всебелорусский Съезд, который выступил за демократический республиканский строй в Беларуси, неприемлем. С другой стороны, увековечив мемориальной доской такое событие, как II Всебелорусский съезд Советов, и скрывая от публики всю правду о его решении, власть тем самым демонстрирует свою приверженность к большевизму и определенную зависимость от восточной соседки.

— И что дальше?

— Я думаю, демократическим партиям Беларуси следовало бы солидарно обратиться к Министерству культуры с предложением все же увековечить Всебелорусский Съезд мемориальной доской. И предложить Министерству рассмотреть этот вопрос на коллегии с приглашением заинтересованных сторон и средств массовой информации. Это, по-моему, заставило бы чиновников давать не отписки, а ответы по существу. Уже сегодня социал-демократы обращаются к демократическим партиям Беларуси с предложением в декабре отметить 100-летие Всебелорусского съезда на торжественном вечере.

• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0