«Мое мировоззрение абсолютно не изменилось». Политик Виктор Корнеенко стал садоводом и ремесленником
Известный общественный деятель и экс-депутат Верховного Совета СССР рассказал «Народной Воле» о своем доме и хозяйстве, о занятиях ремесленничеством, а также о том, почему он отошел от политики.
— Сейчас я на пенсии, живем с женой в своем частном доме в Фаниполе, — говорит Виктор Корнеенко. — Переехали сюда довольно давно — в 2007 году.
В Гомеле у меня и мамы были квартиры, дача, гараж. Все это мы постепенно продали, приобрели участок в Фаниполе и построили дом.
— Сами строили?
— Безусловно. Когда купили участок земли, он был абсолютно пустым. При этом действовал довольно строгий закон — участок 15 соток был не очень дорогой, но построить дом нужно было за два года. Успели. Недвижимое имущество в Гомеле постепенно продавали, а средства вкладывали в стройку.
— Большое ли сейчас хозяйство? На ваших снимках все выглядит красиво…
— Есть огород и сад — больше ничего. Была собака, но теперь остались только коты.
Это второй сад в моей жизни, который я посадил. В саду около 20 садовых и декоративных деревьев. Черная сосна, туя, китайский можжевельник «Стрикта», разные кусты…
Растут малины, смородины, кизил, китайский лимонник, облепиха и жимолость. Посадил 28 кустов голубики. Также в саду яблони, груши, великолепная черешня, сливы и абрикосы. Мои друзья помнят вкус домашних абрикосов, которые я приносил в офис Объединенной гражданской партии.
— Что-то продаете из того, что выращиваете?
— Ничего. Была попытка выращивать рассаду на продажу, но оказалось, что дело это очень хлопотливое. Да и конкуренция в этой сфере довольно высокая, в Беларуси существует целая индустрия.
Но у нас огород занимает всего полторы сотки, что здесь продавать? Другое дело, что иногда картошку, например, просто раздаем близким и даже хорошим знакомым. Естественно, что мы с женой 400-500 килограммов картофеля, который собираем, не съедим, поэтому угощаем урожаем других.
Но за фруктами и овощами в магазин ходить нам не надо. Даже на зиму ягоды замораживаем, а зимой они как найдутся!
И хочу сказать, что хозяйством и огородом мы занимаемся не только сейчас, когда я ушел на пенсию. Это не так напряженно, как кажется. Единственное, что в этом году, когда нет дождей, нужно было очень много поливать огород.
Хотя, честно скажу, я использую определенные технологии. Например, все грядки в огороде делаю по методу американского эксперта по землеводству Джекоба Миттлайдера.
— Известно, что вы еще и ремесленничеством занимаетесь…
— Да, без проблем могу сделать, например, качели, садовый стол или стул, подставки для обуви, какие-то другие изделия из дерева. Я зарегистрированный ремесленник, плачу налог и немного продаю свою продукцию.
Но у меня даже мастерской своей нет — на улице работаю. Есть, правда, полный набор инструментов, и это помогает немного увеличить пенсию. Хотя сейчас люди покупают меньше, чем, скажем, три или четыре года назад, когда я начинал это дело.
А тут еще с 1 июля вводятся новые правила для ремесленников. Раньше я платил две базовые величины в год — и на этом все. А теперь нужно будет ежемесячно держать отчет, платить налог на профессиональную деятельность. Поэтому не исключено, что больше ремесленничеством заниматься не буду. Безусловно, продолжу любительскую деятельность для себя и близких, но свой маленький бизнес, возможно, прекращу.
— От общественно-политической жизни вы уже полностью отошли?
— Еще в 2018 году, когда ушел на пенсию, сказал, что прекращаю общественно-политическую деятельность. И объяснил, что это означает: не буду входить ни в какие советы, центры и комитеты. Не буду ничего координировать и возглавлять, а также не буду выдвигаться в депутаты, президенты и так далее. Но, если кому-то нужен мой совет, если он кому-то будет полезен, то я не против поделиться опытом.
Теперь я понимаю, что не ошибся, когда оставил политику. Всему есть начало — и всему должен быть конец. Тем более, что уже звучали слова, чтобы «старые политики не путались под ногами».
Мне 66 лет, может быть, я и не такой старый, но, если учесть стаж, который начисляется с 1987 года, то уже и достаточно.
— Но следите за происходящим в последнее время в стране и в мире?
— Естественно, мое мировоззрение абсолютно не изменилось. Я отслеживаю все события, у меня, как и у всех неравнодушных людей, тоже болит душа за Беларусь. Но мое влияние на все эти политические процессы сейчас минимальное.
Комментарии