«Я считаю, что лучше бы никого не выпускали, но остались бы эти санкции»
Экс-политзаключенный Ким Самусенко в новом выпуске «ЧестнОК-LIVE» высказал свое мнение по поводу процесса освобождения политзаключенных.
32‑летнего основателя и члена Совета общественного движения «Дзея» Кима Самусенко задержали 3 ноября 2020 года. Его обвинили во взломе компьютерной системы Мингорисполкома, а также в участии в действиях, которые, по версии следствия, грубо нарушали общественный порядок в Минске после президентских выборов 9 августа.
В итоге Самусенко приговорили по шести статьям Уголовного кодекса к шести с половиной годам лишения свободы. 19 марта этого года он был досрочно освобожден и депортирован в Литву.
В беседе с Александром Ивулиным Ким Самусенко подчеркнул, что не считает возможным «перевернуть страницу».
«Пока внизу этой страницы не будет вынесен приговор тому, что происходило, мы никуда эту страницу не денем».
«То есть тезисы Бабарико и Колесниковой — не твои?» — уточнил Ивулин.
«Даже близко нет. Я понимаю, о чем они говорят, и многие могут их поддерживать. Большинство политзаключенных, насколько я понимаю, не разделяют мое мнение, но я считаю, что лучше бы никого не выпускали, а эти санкции остались», — ответил Самусенко.
Объясняя свою позицию, бывший политзаключенный напомнил, что главной целью протестов было заставить систему измениться. И санкции он считает одним из вариантов этого добиться.
«Если не будет денег.. Они раньше пойдут договариваться, когда их уже будет реально припекать.
А так получается, что мы боролись за то, чтобы система изменилась, а нам говорят: «Ок. Вы пять лет посидели, молодцы», — объясняет мужчина.
При этом бывший политзаключенный подчеркнул, что благодарен всем, кто содействовал его освобождению, и хочет, чтобы как можно скорее вышли на свободу остальные.
Однако, по его словам, когда за освобождение нескольких сотен человек ослабляется международное давление, это позволяет властям восстановить силы и продолжить репрессии:
«С точки зрения общей борьбы это нецелесообразно. Выпустили 500 человек, за это чуть отпустили эту удавку с шеи. Там они вздохнут, наберут [воздуха], и репрессии продолжатся. Еще несколько лет они смогут продержаться, сажать новых людей».
Самусенко отмечает, что за решеткой остаются многие люди, о которых широкая общественность даже не знает, и появляются новые политзаключенные, «которые пять лет получили. И будут другие люди, которые умрут там, сломают здоровье там».
«На мой взгляд, это мое личное мнение: у всех разные истории, и кому‑то действительно нужно было выходить — здоровье, близкие, просто он сломался, не выдержал. Но, на мой взгляд, лучше бы мы сидели, чем снимали бы эти санкции», — заявляет Самусенко.
-
На могиле Вячки Станкевича на памятнике — ни слова по-белорусски. Вот о чем это говорит насчет эмигрантов, эмиграции и «белорусскости внуков»
-
Львовский: В Беларуси национальный праздник — это рыцарские турниры, в России — сарафаны и хороводы
-
Прорыв марокканцев в Сеуту: что это было? Могла ли это быть тонкая месть Вашингтона Мадриду? И отразится ли на легализации белорусов?
Татьяна Замировская первый раз за 11 лет вернулась из США в Европу. Многие манеры, привычки и даже птицы, которых мы не замечаем, вызвали у нее бурю воспоминаний33
Комментарии
Экс-палітвязень які жыве ў ЭЗ НА волі (i ты на волі), кажа што іншыя павінны сядзець , няхай вяртаецца і сядзіць за іншых ён не будзе вырашаць .