Чем Шабаны отличаются от Зеленого Луга?

На фестивале «ТЕАРТ» состоялась премьера спектакля «Шабаны», созданного по мотивам одноименного романа Ольгерда Бахаревича.

Путь «Шабанов» на сцену — отдельная история, которая сама по себе может стать сюжетом произведения с необычными совпадениями и счастливым финалом. В 2012 году писатель Ольгерд Бахаревич, который тогда жил в Гамбурге, написал роман «Шабаны». Книга попала в руки Елены Ганум, бывшей актрисы Национального театра имени Коласа (Витебск), которая сейчас в Академии искусств осваивает профессию режиссера (мастерская Николая Пинигина). Ганум ничего не знала об авторе, но увлеклась «Шабанами», поскольку увидела в книге близкие ей моменты (о них позже). В феврале этого года Центр экспериментальной режиссуры проводил первую режиссерскую лабораторию. На ней Елена показала фрагменты будущей постановки (кстати, дебютной), в которой были заняты студенты Академии.

На показе присутствовал Александр Гарцуев, художественный руководитель РТБД, который пригласил Ганум поставить спектакль на площадке своего театра. И слово сдержал (хотя обещания некоторых его других коллег обычно остаются всего лишь обещаниями). Наконец, полную версию «Шабанов» на экзамене в Академии искусств увидели организаторы фестиваля «ТЕАРТ» и включили спектакль в белорусский программу фестиваля.

Спектакли, поставленные по произведениям современных отечественных писателей, — редкие гости в белорусских театрах. Преимущественно на сцене воплощают не прозу, а пьесы, чаще всего написанные по-русски (изредка — по-белорусски). В качестве исключений назову лишь «Чернобыльскую молитву» (поставлена в РТБД по одноименной документальной повести Светланы Алексиевич). Но это произведение написано достаточно давно, в 1997 году. Поэтому белорусский театр почти не имеет опыта работы с пьесами по произведениям современных прозаиков (в то время как в соседней России на сцене идут сценические версии произведений и Захара Прилепина, и Михаила Шишкина). Таким образом, режиссер Елена Ганум выступила в этой сфере чуть ли не первопроходцем.

Прозаический текст Бахаревича имеет две линии.

Первая, эссеистическая, представляет собой размышления писателя о феномене известного минского микрорайона Шабаны, которые дополняются авторскими воспоминаниями (писатель жил там до 19 лет). Вторая, сюжетная, линия рассказывает о молодой женщине Софии, у которой пропал муж по фамилии Симоненко.

Таким образом, перед Ганум стоял выбор, какую линию сделать основной.

К чести молодого режиссера, она не сделала предсказуемую ставку на вторую, сюжетную, линию, а попыталась их совместить. Наиболее ярко это удалось в начале спектакля. Например, в сцене, когда к Софии приходили гости (чтобы «поддержать» женщину, родственники решили отпраздновать у нее день рождения бабушки мужа). Или в эпизоде, когда к героине заходит соседка. Персонажи, действующие согласно сюжету, становятся носителями массового сознания и воплощают массовую культуру.

Кстати, такое понимание полностью соответствует режиссерскому замыслу. Собственно, свои «Шабаны» Ганум нашла в Ливане, куда в 2006 году уехала вместе с семьей и где пережила проблемы адаптации. «Шабаны — это образ деградирующего массового сознания. Поэтому они повсюду», — утверждает Ганум и приводит цитату из романа: «Куда бы я ни поехал, куда бы ни полетел, Шабаны встречались мне по всему континенту. В Берлине, в Праге, во Львове и Париже».

Примечательно, что этот фрагмент спектакля (вместе с некоторыми другими, близкими ему по стилистике) был показан в феврале в рамках режиссерской лаборатории и оставил впечатление, благодаря своей внутренней цельности и строго выдержанному авторскому стилю.

Но по причинам, о которых остается лишь догадываться, Ганум не удалось удержать во всем тот уровень, который она взяла, возможно, испытывая влияние или, наоборот, невлияние учителей из Академии. Поэтому отрывки, показанные в рамках лаборатории, остались самыми яркими в спектакле «Шабаны». В других сценах чувствуется существенный перекос в сторону сюжетной, беллетристической, линии. В результате теряется атмосфера «Шабанов» и их особенность, которой пропитан авторский текст. Из спектакля неясно, чем этот столичный район отличается от Чижовки, Слепянки или Зеленого Луга. Из истории о микрорайоне Шабаны, о жителях этого района и о «Шабанах», которые есть внутри каждого человека, постановка превращается в частную историю о женщине, от которой сбежал муж. Но даже эта сюжетная нить не доведена до ума.

В романе София сначала ищет мужа одна, потом вместе с его братом Данилой, художником-перфомером. Последний в конце концов пропадает (предварительно разбив ее мебель), и женщина находит счастье с Юрочкой, третьим из братьев Симоненко. Причем жить они будут в Шабанах (а первоначальное место жительства Софии — Зеленый Луг). Вариантов для интерпретации здесь много. Например, предопределенность судьбы женщины, невозможность вырваться из среды, в которой выросла. София осуждает родственников (носителей Шабановской ментальности), но потом сознательно возвращается в Шабаны и разменивает одного Симоненко на другого.

В спектакле же положительная София находит счастье с положительным Данилой (причем зрителям предложат эротическую сцену, решенную пластическими приемами).

Если учесть, что в отдельных фрагментах «Шабанов» этот вполне позитивный герой получает черты рассказчика из эссеистической части романа, выходит, что писатель якобы нашел свою музу. Возможно, это и есть единственный шанс для выживания в условиях Шабанов — создать альтернативный, творческий мир?

Но в таком случае не ощущается связи их истории с другими эпизодами. Истории пьяницы Сторцева или учителя истории Солоневича, которые повествуют о времени, изгнании и возвращении, остаются лишь частными монологами. Ведь Данила возвращается из Германии именно к Софии и остается в Беларуси исключительно ради нее. Так причем здесь Шабаны?

Присутствие спектакля в афише фестиваля — бесспорное творческое событие для Беларуси.

Проза современного белорусского писателя наконец получила воплощение на сцене. Правда, для Елены Ганум это скорее аванс, ведь в ее спектакле еще существенно ощутимо влияние других творческих личностей (например, в пластической сцене видно, что она внимательно смотрела и балеты Елизарьева, и номера современных хореографов).

А вот для Ольгерда Бахаревича и всей белорусской литературы это победа. С чем их и поздравляю!

• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0