Угрожал военнослужащим раскрыть, кто из них гомосексуал, чтобы выведать секреты и продать Украине. Вот за что одиозный функционер БРСМ получил 17 лет колонии

Как так произошло, что человек, который был частью системы и служил ей, получил один из самых тяжелых приговоров?

Правозащитник и бывший политзаключенный Владимир Лобкович провел с Тюхаем несколько месяцев в одной камере могилевской тюрьмы №4.

«Я настолько одиозных людей за всю жизнь не встречал. Но это, пожалуй, тот случай, когда неадекватность пассажира даже для «своих» была сверх меры», — отмечает Лобкович.

«Белорусский хунвейбин»

До ареста Владимир Тюхай был человеком системы. Он работал в БРСМ, был среди руководства пролукашенковской Коммунистической партии.

Лобкович вспоминает, как Тюхай раньше участвовал в заполнении судебных залов, чтобы не пускать туда наблюдателей и родственников политзаключенных.

«Там он сбил с ног родственницу политзаключенного Александра Борозенко, чтобы она не зашла в зал. Я назвал его тогда моральным уродом. В камере он мне сам злобно говорил: «Я вас еще тогда приметил». Я, честно говоря, даже не помнил его. Но, значит, с первого взгляда не ошибся».

В 2020 году Тюхай руководил отрядами БРСМовцев, которые срывали дворовые собрания, провоцировали сборщиков подписей за альтернативных кандидатов в президенты и передавали людей силовикам. Некоторые представители команды Светланы Тихановской после его действий получили уголовные дела.

По словам Владимира Лобковича, в камере Тюхай открыто называл своим идеалом Бенито Муссолини. Рассказывал, как во время одного из провластных митингов в 2020 году в экстазе встал на колени и заставлял других молиться за милицию. Гордился тем, что участвовал в постановках: играл роль обычного рабочего на предприятиях во время визитов Лукашенко, в том числе на МАЗ.

«Он открыто говорил: большинство людей в кадре — постановка. Такие, как он. Из БРСМ, из партийных структур. Те, кто по сигналу становится местным жителем агрогородка или рабочим предприятия», — вспоминает Владимир Лобкович.

Павялічыць

Еще Тюхай хвастался, как вместе с соратниками отмывал бюджетные деньги, выделенные на «патриотическую работу».

«Он этим кичился», — отмечает Владимир Лобкович.

По рассказам Тюхая, партийные структуры создавали собственные фирмы, получали государственные заказы на агитационную продукцию, производили минимум, а остальные деньги распиливали между собой.

Он был директором издательского дома «ВиАлВи», поэтому у него была возможность реализовывать такие схемы.

Шантаж военных

Неожиданный разворот истории коммуниста произошел после начала полномасштабной войны в Украине в 2022 году.

По словам Лобковича, Тюхай утверждал, что у него была компрометирующая информация о некоторых белорусских военных из Генштаба и аппарата Министерства обороны Беларуси о том, что они гомосексуалы. Он пытался шантажировать их, чтобы получить секретные сведения, которые могли бы быть интересны Украине.

«Он начал шантажировать этих военных, чтобы они передавали ему секретную информацию, которую можно было бы продать Украине. Как я понял, у него был исключительно коммерческий интерес. Он думал так подзаработать. Никаких идеологических или ценностных мотивов у него не было», — считает Лобкович.

Правозащитник говорит, что однажды Тюхай даже показал ему фрагмент переписки с КГБ, где упоминались эти эпизоды.

Военные сообщили о шантаже в спецслужбы. С этого и началось уголовное дело. В результате — закрытый процесс, обвинение в измене государству и 17 лет заключения.

Дело Тюхая полностью засекречено. При этом, добавляет правозащитник, у Тюхая ряд хронических болезней, но из-за засекреченности дела даже медицинская карточка недоступна тюремной администрации. И это, по его мнению, отдельная проблема: независимо от поступков, человек имеет право на медицинскую помощь.

Как Тюхая отсадили в камере

В тюрьме Тюхай оказался в одной камере с Лобковичем и еще несколькими заключенными.

По словам собеседника, молчать он не умел совсем. «Не мог ни секунды без слова», — вспоминает правозащитник.

«Он много говорил о якобы заговоре чиновников против Лукашенко. По его версии, в 2020‑м чиновники «спасли режим», но после этого власть окончательно перешла к силовикам. Основной опорой стали люди в погонах, а разные чиновники и идеологические сотрудники, мол, оказались отодвинутыми на второй план. Им, как он считал, не дали той доли влияния, которую они заслужили. Тюхай утверждал, что и сам попал под преследование якобы из-за разговоров в чиновничьих кругах, — говорит Владимир Лобкович. — Но что там было правдой, что ложью, я не знаю. Он очень туманный и мутный человек, который любил выглядеть более значительным, чем был на самом деле».

При этом Тюхай, по словам собеседника, подписал много обязательств о неразглашении, но сдержаться не мог. В камере он сам раскрывал то, что обещал держать в тайне. И одновременно очень боялся. Прежде всего — политзаключенных. Понимал, что из-за его доносов люди получили сроки.

«Он определенное время был в шкловской 17‑й колонии, и в соседнем отряде был человек, который попал за решетку благодаря ему», — говорит Лобкович.

Статус Тюхая в камере изменился после разговора о детях. По словам Лобковича, Тюхай озвучил идею «забирать детей у политических» и воспитывать их в специальных лагерях, чтобы из них «вырастали такие, как он».

Якобы даже подготовил проект закона и собирался его куда-то направлять.

В тюремной иерархии угрозы детям — безусловное табу. Камера постановила: Тюхай «отсажен». Ему запретили сидеть за общим столом, питаться со всеми, с ним перестали разговаривать.

Когда же угроза забрать детей прозвучала еще раз, уже в сторону обычного уголовного заключенного, конфликт закончился быстро. «Тюхай просто получил в голову и летел через всю хату в отведенный угол», — говорит Лобкович.

«Он очень боялся, что политические будут ему мстить. Но в итоге получил не от них», — добавляет он.

«Отсаженность» Тюхая в камере — не то же самое, что «низкий статус». Фактически его просто игнорировали в камере, но при переходе в новую камеру он мог заново выстраивать коммуникацию с другими арестантами на равных.

Известен педофильский бэкграунд Тюхая. Так, в 2013‑м жодинские ловцы педофилов поймали его на живца, когда вели переписку от имени 15‑летнего парня, который пригласил функционера БРСМ на «горячую ночь». При встрече у Цюхая при себе нашли интимную смазку и презервативы. Впрочем, в тюрьме об этом никто не знал.

«И я теперь понимаю, почему он так боялся за свое прошлое, потому что если бы это всплыло в тюрьме, то его бы просто порвали на куски», — убежден Владимир Лобкович.

Воспитан во вражде

Мать Тюхая, по словам Лобковича, неоднократно приезжала в тюрьму и добивалась, чтобы сына не обижали. Она — фигура тоже одиозная: работала в пропагандистских СМИ, связана с Коммунистической партией. Сам Тюхай часто упоминал ее как пример и как оправдание собственных взглядов.

Он рассказывал, что в январе 1991 года его мать была в Вильнюсе как советская журналистка — в дни, когда литовцы защищали свою независимость. И якобы всю жизнь боялась, что ее «схватят литовские националисты». Этот страх, эти рассказы о враждебном Западе и предательстве, по его словам, звучали в их доме с детства.

«Он воспитан в этой ненависти фактически с рождения», — говорит Лобкович.

Тюхай с пафосом повторял о влиянии матери и ее принципиальности. И одновременно утверждал: если она вдруг «изменит режиму» или отступится от коммунистических идеалов, он отречется от нее без колебаний.

«Он фанатик. В своих взглядах — настоящий фашист», — резюмировал Владимир Лобкович.

• 3
• 0
• 5
• 11
• 5
• 1
• 6
• 0